Мой свёкр – Дед Мороз

 
Мой свёкр – Дед Мороз
  
1
 
– Что, ты опять не кончила?! – недовольно смотрит на меня Дима, и мне хочется плакать от обиды.
Словно я одна такая, бракованная. Недоделанная. Все девчонки рассказывают, как они испытывают по сто оргазмов за ночь, и только я до сих пор не знаю, что это вообще такое.
  
Мне надо пойти к врачу. Со мной явно что-то не так.
– Прости, – сглатываю я, натягивая на себя одеяло до подбородка.
Рассматриваю своего мужа: красивый, стройный. Всё на месте.
Что мне ещё надо?!
– Я постараюсь, обязательно. В следующий раз, – тихо лепечу я.
Я просто плохо стараюсь.
Надо пойти на йогу. Или на какие-нибудь курсы, наверняка есть такие. Сейчас всё есть.
Потому что я хочу научиться кончать, как любая нормальная женщина!
– Если бы я знал, что мне попадётся жена с отклонениями, – бормочет куда-то в сторону мой муж. – Ты у меня первая такая. Я сам себя уже начинаю чувствовать неполноценным! – с обидой смотрит он на меня, вытягиваясь во весь свой рост.
Я понимаю, что у него были и другие женщины до меня. И это нормально. Это он у меня первый. Но ему есть с чем сравнивать.
И сравнение явно не в мою пользу…
– Дима, ты у меня самый лучший! Я только о тебе и мечтала!
– Может быть, ты фригидная? – снова подбрасывает он дровишек в огонь. – А что, если ты вообще никогда не сможешь кончить? Думаешь, это большое удовольствие заниматься сексом с бревном? – добивает он меня последней фразой и не спеша направляется в душ.
Оставляя меня задыхаться от слёз и обиды.
Но если подумать, он ведь прав! Так и есть!
Только сегодня утром я разговаривала с лучшей подругой Светкой, и она мне рассказывала, как она кончает, только едва её дорогой Илюша расстёгивает свои штаны.
А потом ещё раз, когда он только начинает, и, конечно же, обязательно вместе с ним. За компанию.
Я много раз слышала, как это важно для мужчины: знать, что он может доставить своей женщине удовольствие. Подарить ей неземное наслаждение.
И только он.
А пока я лежу под ним как холодная селёдка, сотни других девок ходят и облизываются на моего статного красавчика.
Который, кстати, всегда готов…
Мне ли не знать…
Всё, решено, завтра утром сразу же запишусь к врачу! А пока слышу звук льющейся воды в душе. И решаю ещё раз попробовать…
– Люблю тебя, – переступаю порог ванной и прижимаюсь всем телом к своему Диме.
Соски трутся о его влажную кожу, твердеют, и он тут же оборачивается ко мне. Прижимает меня к тёплой кафельной плитке и быстрым движением раздвигает мне ноги.
Без поцелуев. Без ласк. Сразу к делу.
Быстро, я даже не успеваю опомниться, как он уже во мне. Я же говорю, что всегда готов…
Только я, в отличие от него, ещё нет…
И теперь я пытаюсь подыграть, изобразить бурный оргазм, хотя у меня это плохо получается. Потому что невозможно сымитировать то, что никогда не испытывал.
– Да, да, так! – кричу я на всю ванну, пока мой муж жёстко обрабатывает меня, и мои слёзы смешиваются со струями воды из душа.
Только не от неземного удовольствия, а от боли, потому что кроме неё я ничего не испытываю…
– Да, да, да! – продолжаю я подыгрывать ему, пока через несколько секунд Дима не замирает, испуская в меня свой мужской дух.
– Ну вот видишь, если постараться, то всё возможно, – с довольным видом звонко шлёпает он меня по попке, уже выключая воду и вылезая из ванной.
И я понимаю, что так долго притворяться невозможно.
Потому что мне всё это не нравится.
Я безнадёжно фригидна, он прав…
За окном сверкают новогодние гирлянды, и я вдруг вспоминаю, как писала в детстве письма Деду Морозу. И у него всегда можно было попросить всё, что угодно. И он исполнял все мои желания…
Но теперь я знаю, что Дед Мороза не бывает… И моё желание невыполнимо…
– Кстати, забыл тебе сказать, к нам завтра приедет погостить мой отец, – вдруг вспоминает Дима, уже поворачиваясь ко мне спиной.
– Твой отец? – переспрашиваю я.
Потому что до этого мне Дима про него ничего никогда не рассказывал. И я была уверена, что он его просто не знает.
Даже и подумать не могла, что они до сих пор общаются…
 
2
 
Дима только плечами пожимает, не оборачиваясь, и я понимаю, что разговор окончен. Он считает, что мне и так достаточно информации. Отец – это просто отец, и дело закрыто. Но для меня это как удар под дых. Я-то думала, что мы с Димой – нерушимая ячейка общества, двое против всего мира. А теперь оказывается, у него есть родня, о которой он предпочитает умалчивать. И эта родня решила нагрянуть к нам погостить под Новый год. Отличный повод для семейных хлопот, ничего не скажешь!
Всю ночь я не смыкаю глаз. В голове крутятся мысли о нашем с мужем постельном провале, о враче, который, возможно, спасёт мою "фригидность", и теперь ещё этот загадочный свёкр. Как он выглядит? Что за человек? Дима ни разу не показал мне фотографий – я даже думала, что он сирота или из тех, кто разорвал все связи с прошлым. А тут вдруг – сюрприз!
На следующий день я нервничаю весь день, пытаясь навести в доме праздничный порядок. Новогодние ёлки уже сверкают на улицах, а наш дом кажется таким пустым и холодным, как моя постель по ночам. Дима возвращается с работы рано, ворча о том, как отец его доставал с самого детстве своими сказками про Деда Мороза.
– Он всегда был немного чокнутым, – бросает он, плюхаясь на диван. – Но теперь, в пятьдесят, выглядит как герой крутого боевика. Не представляешь, какие бабы на него пялятся, когда мы с ним иногда встречаемся.
Я представляю себе… кого-то вроде Мела Гибсона, но моложе и сексапильнее. Бог ты мой, мысли улетают далеко: мускулистые руки, обтянутые тонким свитером, хищный взгляд, от которого вспыхивает мгновенно всё внутри. Я встряхиваю головой, отгоняя эти глупости. У меня муж, проблемы с оргазмами – а я тут фантазирую о свёкре! «Фригидная, тебе есть чем заняться», – напоминаю я себе, оглядывая кухню.
Когда дверь открывается, я стоя у окна, поправляя фартук. Дом наш невелик, но вполне уютный – две комнаты, кухня с видом на заснеженный двор. С улицы доносится рокот автомобильного двигателя, а потом – стук колёс по снегу. Я быстро оглядываюсь: Дима уже возле двери, улыбается широко, как не улыбался мне последние недели.
– Па, заходи! – кричит он, обнимая высокого мужчину в дублёнке.
Я жду, затаив дыхание, и вот передо мной предстаёт именно он – мой свёкор. Николай. Дима называл его просто отцом, но теперь я вижу, что это не обычный пенсионер.
Он снимает дублёнку, и под ней оказывается не растянутый свитер, а стильный чёрный джемпер с глубоким вырезом, облегающий мускулистые плечи. Рост – под два метра, волосы седеют на висках, но не от возраста, а от той мужественной привлекательности, которая буквально завораживает меня, не даёт вздохнуть.
Глаза тёмно-карие, пронизывающие, с искрой, от которой внутри что-то взрывается крошечными пузырьками, как от выпитого бокала шампанского. Он улыбается, и эта улыбка – белоснежные зубы, морщинки у глаз – делает его неотразимым.
Сексуальным.
Опасным. Я чувствую, как щёки вспыхивают, а взгляд невольно скользит по его фигуре: широкие плечи, узкие бёдра, уверенная осанка.
  
Это не просто красивый мужчина – это тот, о ком девчонки шепчутся, проходя мимо: "Смотри, какой обалденный мужик, да это просто мечта!"
И он – отец моего мужа?! Это просто невероятно.
– А ты, наверное, Ляля? – говорит он низким, бархатным голосом, протягивая руку.