Милан. Том 3 (СИ)
Глава 6
Оберстдорф
Мюнхен встретил российских фигуристок и сопровождающих их лиц проливным дождём, как бы говоря: какого чёрта вы сюда припёрлись? Вот же удивительно… В Москве сухо, стоит пушкинская золотая осень, ветерком гоняющая жёлтые листья по мостовой, надоедая божьими коровками, заполонившими всё вокруг, и дымом от костров. А в Германии свет померк и поливает типичный унылый осенний дождь. Несмотря на десять часов утра, темно, словно поздним вечером.
И только сейчас Люда подумала, что единственная вещь, которую они забыли с мамой положить, это зонт. Впрочем, похоже что, зонты забыли абсолютно все.
К большому удивлению Людмилы, регистрация в германском аэропорту заняла времени раз в пять меньше, чем в Шереметьево. Пограничник посмотрел шенгенскую визу в загранпаспорте, шлёпнул печать и показал рукой на багаж.
Багаж… Люда с унынием кое-как стащила свои кейс и сумку со стеллажа и волоча их за собой, отправилась вслед за остальными. Бронгауз зорко наблюдал, чтобы никто не отстал и не потерялся.
У входа в аэропорт фигуристов ждал большой современный автобус марки Мерседес с табличкой «Nebelhorn Trophy. Munich — Obersdorf» на громадном затемнённом лобовом стекле. Багажный отсек внизу транспорта был раскрыт, рядом стоит водитель в форменной синей рубашке, брюках и в фуражке с логотипом фирмы на околыше.
Люда закинула вещи в отсек и прошла в автобус, где села в удобное кресло рядом со Смелой, которая сразу же принялась крутить какие-то ручки, подстраивая кресло под себя, а потом регулировать температуру потока воздуха над головой, выходящего из грушевидных патрубков. Опытная!
Когда автобус тронулся и выехал за территорию аэровокзала, свернув на междугородную трассу, ведущую в Оберстдорф, Люда стала с любопытством разглядывать окрестности, проносящиеся за стеклом, и всё-таки сначала не могла поверить, что это заграница. По крайней мере, аэропорт и деловые кварталы центра ничем не отличались от Москвы, разве что надписи были на немецком. А вот окрестности города… Здесь всё было другим. Старинные белые фахверковые домики с красными черепичными крышами и массивными каменными трубами каминов, брусчатка вместо асфальта, исторические здания с ратушами, слуховыми окнами, трубами и шпилями. В пригородах и за городом отличия были очень весомыми.
Смелая сидела рядом с Людмилой и тоже с большим любопытством смотрела в окна, любуясь на ухоженные поля, сады, проносящиеся за окном и всё ближе подступающие красивые горы. Оберстдорф — альпийский горнолыжный курорт, между прочим!
— А ты раньше здесь была? — спросила Люда.
— Конечно нет, здесь только взрослые катаются! — Смелая в упор уставилась на Людмилу, как будто она спросила что-то настолько элементарное и известное каждому, что даже не стоило и отвечать на этот вопрос.
…Через два часа езды по идеальной автостраде автобус приехал в Оберстдорф, вольготно раскинувшийся в долине меж высокими красивыми горами, с массой горнолыжных сооружений в виде трамплинов и подъёмников. Турнир по фигурному катанию в сентябре, вероятно, не случайность. Позже начинается горнолыжный сезон, и количество народа в небольшом городишке возрастает кратно, занимая все свободные гостиничные номера. Да, наверное, и в целом здесь становится слишком шумно… Сейчас же было тихо и спокойно, как в сказке. Дождь стих, и небо слегка прояснилось, показав синие окна среди туч.
— А тут мило, — заметила Люда. — Как в сказках Андерсена или Гауфа. Помнишь про Петера-угольщика, Михеля-великана, Стеклянного человечка и лес Шварцвальд? Блин, мне сейчас кажется, что это здесь происходило…
— Угу, — кивнула согласно Смелая. — Надо бы фоточек наделать. Это же Альпы! Смотрите, какая красота!
Действительно, Люда согласилась, более живописного местечка она не видела. Высокие горы, кое-где заросшие хвойным лесом, а кое-где с голыми скалами, между ними зелёные долины с красивыми старинными домами и рощами деревьев. Оберстдорф производил странное и непривычное впечатление. Это не был город или посёлок в обычном понимании, а считался общиной. Среди гор и зелёных долин с дубравами, иногда на порядочном расстоянии друг от друга, были разбросаны отдельные усадьбы, в полной гармонии с окружающей их природой.
Автобус катил по узкой дороге среди всего этого великолепия и вскоре остановился в живописном месте перед трёхэтажным зданием с вывеской «Alpenhotel Oberstdorf». По краям отеля виднелись вездесущие горы и лес.
— Вот мы и на месте, — объявил Бронгауз. — Сейчас заходим, расселяемся. Два часа вам на отдых, обустройство, потом, в 14 часов, едем на каток, в пресс-центр, там будет проводиться общее собрание перед стартом и встреча с организаторами соревнований — Федерацией фигурного катания Германии. Загранпаспорта возьмите — будут выдавать аккредитацию, по которой будет организовано питание и проход на каток.
Только Брон сказал волшебное слово «питание», как Люда ощутила резкий приступ голода. Хорошо, что в кейсе, заботливо уложенные мамой, были кексы и печенюшки с соком. Перебиться до обеда можно.
Люда вышла из автобуса, подождала, пока водитель откроет багажный отсек и кое-как вытащила свои тяжеленные прибамбасы. Повесив сумку через плечо и взяв кейс двумя руками, она потащилась вслед за Смелой, которая шагала довольно шустро и легко.
Гостиница была сделана в традиционном классическом немецком стиле, как здание 19 века, и смотрелась словно рекламный ролик, что снаружи, что внутри. Территория рядом с ней тоже облагорожена и обустроена: видно теннисный корт, лунки для гольфа, волейбольная площадка, разбросанные бунгало по поляне среди деревьев и даже бассейн.
Заселение шло быстро: у организаторов всё продумано. Девушка-портье брала паспорт, сверяясь со списками, и выдавала ключ от номера, на английском языке желая хорошо провести время.
Поселили Людмилу, естественным, со Смелой. Пришлось немного попотеть, затаскивая вещи на второй этаж, хотя в гостинице был лифт, но в целом, всё прошло хорошо. Сбросили несколько калорий!
— Если храпишь, я тебя прибью, — пообещала Сашка, глядя на чистую постель, застеленную красивым пледом.
— Только попробуй, — предупредила Людмила. — Ты сама ещё не знаешь, в какой ад попала.
Полученную комнату адом назвать было трудно. Люда была вынуждена признать, комната выглядела практически так же, как их квартира, и была отделана в нейтральном европейском стиле. На полу уложен красивый ламинат, стены были отделаны белым гипсокартоном, в комнате красивые окна с солнцезащитными стёклами, в углу на тумбочке стоял большой телевизор, проведён интернет с Wi-Fi, в ванной комнате имеются душ и джакузи.
А ещё здесь были просторные шкафы для одежды, где можно расположить всё что угодно. Никакого сравнения с общежитием ЦСКА, в котором Люда жила, когда приезжала на соревнования в Москву. Правда, это было только один раз, но она до сих пор помнила, как жили в одной комнате вчетвером. А здесь и комната больше в 4 раза, и живут вдвоём.
— Ну вот мы и на месте, — сказала Сашка, когда разложила свои вещи и бухнулась на кровать. — Теперь осталось только откататься достойно.
Люда тоже разложила свои вещи, и легла отдохнуть, впрочем, долго полежать не удалось. Нужно было идти на общее собрание и встречу с организаторами.
У входа в гостиницу ждал белый трансферный микроавтобус, на котором было написано: «Alpenhotel Oberstdorf — Eissportzentrum Oberstdorf».
— Это автобус спортивного центра? — спросила Люда.
Впрочем, можно было и не спрашивать: в автобусе уже сидели фигуристы с тренерами, и не только российские. Люда увидела с удивлением Даниэля Грассля, который сидел со своим тренером Микаэлем Хутом. Парень, сидевший в капюшоне толстовки, увидев её, улыбнулся и помахал рукой.
— Смотри, Данил сюда приехал, — удивилась Люда.
— Он тоже заявлен на этот турнир, — заявила Смелая. — Он же, кажется, здесь тренируется на постоянной основе. У них в Италии со льдом дела плохо обстоят. По крайней мере, его тренер отсюда родом.