Бутлегер. Книга вторая (СИ)

К счастью, ни Патрик, ни Фредо не поняли о чем идёт речь и просто смотрели на меня, бестолково хлопая глазами. Для них последние предложения, в которых фигурировали психологические проблемы Томазино, прозвучали как белый шум.
— Ты понимаешь, каких масштабов проблема у нас возникла по твоей милости? — Я решил сделать вид, будто ничего не произошло. Мало ли какой бред может нести человек на эмоциях. — Ты этот чертов «Кольт» из своих рук за последнюю неделю вообще не выпускал. Ты его лапал постоянно, только что не облизывал. И я лапал. Представляешь? Там теперь вряд ли что-то осталось от прежнего владельца, а вот наших с тобой «пальчиков» — хоть жопой жри!
  
— Я не знал! — взвыл Патрик. — Я дрался! Он просто выпал из-за пояса, когда я бежал! Наверное… Не помню как это произошло.
— Молчи. — Я сделал резкий взмах рукой, прерывая стенания друга. — Иди умойся. Перевяжи, что нужно и… Ложись спать. Утром будем разбираться. Сейчас я слишком зол, чтоб обсуждать твой идиотский поступок.
Патрик тяжело вздохнул, поднялся с табурета и понуро поплелся к умывальнику. Ему было очень стыдно. Другой вопрос, что этим стыдом теперь ситуацию вообще никак не исправить. Не понятно, где искать утерянный пистолет. Не понятно, точно ли он утерян, или пока Патрик валялся без сознания, у него тупо спёрли оружие. Что тоже, кстати, вполне вероятно.
Фредо несколько минут молча наблюдал, как ирландец кряхтит и пытается умыть физиономию, затем перевел тяжелый взгляд на меня.
— Это не случайность, Джонни. Нападение. Слишком вовремя. — Выдал вдруг старик. — Да, утерянное оружие — проблема. Но сама ситуация гораздо серьёзнее. Нашего дурачка явно ждали. Важно два момента — кто устроил это все и с какой целью.
— Знаю, — кивнул я. — Полностью с тобой согласен. На случайность вообще не похоже. Кто-то очень хочет навалить нам кучу дерьма побольше. И, кажется, у него или них это отлично получается.
Фредо что-то буркнул себе под нос, затем сполз с кровати, встал на ноги и начал собираться. Ему пора было отправляться в залив за новой порцией «товара».
Я дождался, пока Патрик, наконец, умоется, помог ему обработать приличную ссадину на скуле, на всякий случай крепко перевязал тканью ребра и мы, наконец, улеглись.
Как ни странно, вырубился я в один момент. Видимо, так меня плющило и таращило от злости на ирландца, что организм решил — нужно взять тайм-аут.
Утро началось не с обычного пинка Фредо, которым он нас будил, возвращаясь после «рыбалки», не с характерного звука «ходиков», а с громкого, наглого стука в дверь.
Я резко поднял голову и уставился на створку, сотрясающуюся от ударов. Кто-то ломился с такой хамской уверенностью, что я в какой-то момент подумал, не раздастся ли сейчас из-за двери:«Сова, открывай, медведь пришёл!» Слишком уж много было в этом стуке наглости и даже безбашенности.
Я вскочил с матраса, в два шага оказался возле стола. Схватил нож, которым Фредо недавно разделывал рыбу, зажал его в руке и замер, бестолково пялясь на дверь. Мне отчего-то показалось, что в этом громком стуке кроется опасность. Тем более, после ночных приключений Патрика ничего хорошего ждать не приходилось.
Затем мой взгляд метнулся к гвоздику возле двери, на который мы обычно вешали ключ. Ключа на месте не было. Значит, старик ещё не вернулся и, скорее всего, он запер нас с той стороны. Фредо всегда так делает, когда уходит ловить рыбу. Видимо, привычка. Некая иллюзия безопасности.
Невидимый хам снова несколько раз долбанул в створку двери. Судя по звуку, бил ногами.
— Головой постучи. — Раздался снаружи недовольный голос Фредо. Очевидно, эти слова предназначались раннему гостю. Старик как раз вернулся домой и застал у входа пока еще неизвестного посетителя.
— Доброго утра, хотелось бы мне сказать. Но, пожалуй, не скажу. Дверь откроете? А то ваши жильцы не хотят встречать гостей. — Насмешливо ответил тот, с кем Фредо вел диалог.
Я узнал этот голос. Ледяной, с издевкой, с откровенными нотками сарказма. Слоун. Это был долбаный агент Слоун. Остатки сна, как рукой сняло.
В тот же момент щелкнул замок, дверь распахнулась и на пороге появился Фредо.
Старик заметил меня, удивился. Потому что я, как дурак, стоял посреди комнаты в одних подштанниках и пялился на дверь. Потом он заметил в моей руке нож и удивился еще больше. Я еле заметно пожал плечами. Мол, сам не знаю, как так вышло. Да, нож. И что?
За Фредо, щурясь от утреннего солнца, которое уже пробиралось сквозь маленькие оскошки нашей каморки, стоял агент Слоун.
Этот тип был гладко выбрит, одет в аккуратный костюм и плащ. От него за километр несло одеколоном. В руках Слоун держал портфель. Пожалуй, именно портфель поразил меня сильнее всего. Он выглядел, как совершенно чужеродная деталь, которая никак не соответствовала ситуации.
Слоун с нескрываемым любопытством принялся рассматривать нашу убогую лачугу, его взгляд скользнул по спящему Патрику, по мне.
Агент Бюро усмехнулся и вслед за стариком шагнул внутрь.
— Какая идиллическая картина, — произнес он, не скрывая сарказма. — Спите на полу, кушаете хлебушек, запивая его водичкой. Просто братство по несчастью. Я войду? Никто не возвражает?
Не дожидаясь ответа, Слоун прошел в центр комнаты и замер едва ли не рядом со мной.
Патрик при этом продолжал самым бессовестным образом дрыхнуть. Я, конечно, давно понял, что крепости его сна можно только позавидовать. Но сейчас даже для ирландца это было слишком.
— Мистер Фредерико Гатти, не успел поздороваться должным образом. — Слоун кивнул Фредо. — Или вам больше нравится Бонасэра? Сложно выбрать, когда у вас столько имен. Как поживает бывший советник дона Вито? Рыбка сегодня хорошо ловится?
Фредо не ответил. Он подошёл к столу, плюхнул на него ведро с рыбой, затем демонстративно развернулся и отправился мыть руки. Остальной улов, старик, видимо, уже отнес в лавку. Делал он все молча, без каких либо эмоций, но я заметил, как напряглись его плечи и как ходили желваки на скулах.
— Чего тебе нужно, Слоун? — спросил я — Опять полицейского застрелили, и ты ищешь, на кого бы повесить? Или думаешь, у нас тут квартируется Фрэнки Йель. Говорят, на данный момент он — твоя самая главная цель.
Слоун усмехнулся, прошелся по комнате, заглянул в пустую кастрюлю на плите.
— О, нет-нет. Сегодня я с визитом вежливости. Просто решил проведать столь… уважаемых людей. — Он остановился перед Фредо. — Скажите, синьор Бонасэра, а ведь ваш бывший босс, дон Вито, уже старенький. Как вы думаете, сколько ему осталось? Год? Два? Говорят, у него проблемы со здоровьем. Небось, вся Сицилия с замиранием сердца ждет новостей.
— Заткнись, — тихо, но очень четко сказал Фредо. Его голос прозвучал как щелчок взведенного курка. — И убирайся отсюда.
Однако Слоун и не думал уходить. Он повернулся ко мне.
— Я, конечно, понимаю, у вас тут свои разборки. Но должен предупредить, Джованни. Начинается большая игра. Очень большая. И мне нужна чистая доска, для того, чтоб верно расставить фигуры. А вы… вы меня отвлекаете. Мешаетесь постоянно под ногами.
— Иди к черту, Слоун, — я подошел к нему вплотную. — Мы тебе ничего не должны.
— Ошибаетесь. — Его улыбка стала шире. Он посмотрел на меня так, будто я был мухой, запутавшейся в паутине. — Видишь ли, Джованни Скализе, я очень добрый человек. Я даже могу позволить таким мелким шавкам, как вы, немного почувствовать себя важными людьми. Мне даже нужны ваши маленькие победы. Это создает видимость хаоса. А потом являюсь я, как герой, и этот хаос героическим же образом устраняю. Это хорошо смотрится в отчетах. Но если вы перейдете грань… — он сделал паузу, наслаждаясь моментом, — тогда твой друг-ирландец отправится в тюрьму. Надолго. За убийство, например.
  
— Какое еще убийство? — я фыркнул. — Опять эти сказки про фараона?
— О, нет. — Слоун покачал головой, делая удивленное лицо. — Что ты. Речь о свежем деле. И там несколько пунктов. Первый — этой ночью твой друг жестоко избил некоего Альдо «Барашка» Риццоли. Сынок очень уважаемого человека. Мистер Риццоли-старший владеет несколькими мясными лавками. И он в ярости. Его мальчик сейчас в больнице, у него сотрясение мозга, сломанная челюсть, выбитые зубы. И знаешь, что самое интересное? — Слоун наклонился ко мне. — Рядом с местом драки мы нашли вот это.