Служебный Роман (СИ)

Пока отец утрясал проблемы, выявленные аудитом, я решила встретиться с Антоном. У него было своё небольшое дело по ремонту машин и шиномонтажу, и он являлся не только владельцем, но и работником, потому что работал сам на себя.
Я договорилась встретиться с ним недалеко от места его работы, чтобы сильно не отвлекать. Мы, а это я, Антон и повсюду сопровождающий и еще более молчаливый чем раньше мой служебный водитель Роман, устроились в небольшом кафе, где можно было и поесть, и попить, и поговорить. Когда, утолив, кто первый голод, а кто и жажду, я спросила у Антона про перевод, а он даже сначала не понял о чём речь.
  
- Антон, я знаю, что примерно год тому назад Юрка перевёл тебе деньги, довольно крупную сумму. Я хотела бы тебя спросить на что? Извини, что спрашиваю, но я об этом ничего не знала, а Юрка мне не сказал и я хотела бы спросить…
- Спрашивай, – спокойно сказал он, не выражая никаких эмоций.
Да, это было в его стиле. Он всегда был таким – совсем не похожим на брата.
- Хотелось бы знать, хотя, я понимаю, что это, видимо, раз так произошло, то не моё дело, а только ваше с Юркой, но… - Я немного замялась, словно подбирая слова и продолжила. – У тебя были какие-то проблемы или кто-то болел, а я и не знала? Поэтому он тебе помог финансово?
Антон глубоко вздохнул, подумал с минуту и ответил:
- Даже не знаю, что сказать. Хотя, теперь уже, наверное, все равно… В нашем райцентре была куплена однушка на моё имя в новом жилом комплексе на Малинниках. Это Юркина квартира. Он её купил на моё имя, а потом я её ему же и подарил. Это было не мне, а себе. Он её покупал для себя.
- Как это себе? Она же на твоё имя? Зачем ему покупать однушку в другой части города? И почему я ничего не знаю? – не понимала я это его «мне-себе».
- Ты уж меня извини, Ань, я не в курсе ваших семейных дел, но когда меня брат попросил записать покупку на своё имя, а потом передать ему её по дарственной, то я так и сделал, не задавая вопросов. Это не моя квартира, а Юркина. А что, как и почему — это не моё дело. Сколько он мне помогал? Вот и я помог чем смог, - подытожил Антон.
- И ты даже не поинтересовался почему он решил так сделать? – не отставала я со своими вопросами, потому что действительно не понимала, зачем все эти туда-сюда были нужны Юрке.
- Ань, Юрка мой брат, который мне всегда и во всём помогал, так почему бы мне тоже ему не помочь. А задавать разные вопросы … ты же знаешь, я не по части болтологии. Меня попросили – я сделал, - отбрил Антон.
- А как же твоя Мария? – никак не успокаивалась я.
- А что Мария? Какое она имеет отношение к покупкам моего брата?
- Так, квартира же была куплена на твоё имя, а она всегда так ревностно относится ко всему, что попадает в поле зрения её загребущих ручек. А тут даже целая квартира! И где! В новостройке! – как бы рассуждала я вслух.
- Я же сказал, что это к ней не имеет никакого отношения, - немного поморщившись сказал Антон.
Видимо ему не понравилось моё замечание про «загребущие ручки» или Мария уже хорошо потрепала ему нервы, если узнала о покупке.
А это было чистой правдой, потому что Мария – жена Антона, контролировала абсолютно всё, а финансы тем более. Тут она вела все подсчёты с ловкостью опытного бухгалтера, хотя специального образования у неё не было, да и работать она особо не рвалась, говоря, что с двумя детьми в доме полно всякой разной работы. В принципе, я с этим «полно работы по дому» была согласна, только вот …. В общем, да кто я такая, чтобы лезть в их семью?
- Всё было сделано по закону, - продолжил Антон. - Дарственная на квартиру была у Юрки. Ко мне эта квартира не имеет никакого отношения.
  
Глава 17
 
Дальше Антон не стал распространяться на эту тему, видимо, Мария не была в курсе, а то бы он вряд ли вернул Юрке такой лакомый для неё подарок.
Я не была в очень дружеских отношениях с Юркиным семейством. У нас с семьей мужа были обычные ровные отношения. Родители у него были вполне нормальные. Жили в небольшом посёлке рядом с нашим райцентром и занимались своим приусадебным хозяйством. Мама у него работала на почте, а отец когда-то работал электриком в теперь уже развалившемся колхозе, потом ездил на работу в город, а сейчас уже был на пенсии.
Они к нам не лезли, мы не сидели у них на шее. Встречались мы в основном по праздникам, да еще, когда они приезжали к нам в гости. Семейные встречи-посиделки по большим праздникам, поздравления по телефону по маленьким и всё.
Больше с ними общался Юрка, скорее по финансовым вопросам, ремонту и помощи по хозяйству. Мне это не очень нравилось, поэтому я и держала родственников мужа на определенной дистанции. Надо отдать им должное за то, что они и сами не проявляли особого рвения для сближения, что меня вполне устраивало. Родители мужа были страстными любителями грядок и посадок. Практически всё что выращивалось, уходило на семью младшего сына, потому что старший и так был хорошо пристроен и «прикормлен», как когда-то обмолвилась свекровь.
Вначале замужества нас пытались «припахать», но мы вежливо отказались, ссылаясь на загруженность на работе. Юрка было ездил туда помочь, но после того, как я ему популярно объяснила, что тот, кто лопает пусть и работает, а если ему так хочется поогородничать, то мы ему выделим место в саду, где он может придаться своей тайной страсти земледельца. Юрка почему-то отказался и решил участвовать в помощи родителям только финансово, да и то, этот поток, как я подозревала, плавно перенаправлялся младшему сыну.
Ему нужнее – у него дети.
Кстати, Машка с Антоном принимали посильное участие только осенью во время сбора урожая и перевозки оного к себе в закрома. Мы предлагали им закупаться у нас с хорошей скидкой, но между «за спасибо» и «за деньги», они выбрали первое, хотя, я сомневаюсь, что они говорили спасибо свекрам. Но это уже было не моё дело, свекры сами так решили.
Конечно, их можно было понять. У Антона полная семья, двое детей, жена в постоянном декрете, начиная со свадьбы, вот они и помогали чем могли, потому что Антон один работал и обеспечивал все запросы Марии и детей.
А мы богатеи, которые только и занимались работой. То, что эти богатеи всегда помогали чем могли, больше, правда, финансово, не считая Юркиных отчислений, это не считалось и воспринималось как должное. Но такой формат отношений всех более-менее устраивал, не считая Марии, которая постоянно намекала при встречах, что Юрка мог бы быть и пощедрее к своим племянникам, которым мы при встрече всегда дарили хорошие подарки, а на дни рождения ещё и оплачивали празднества, не считая подарков.
После разговора с Антоном мы сначала отправились на работу, где мне пришлось до самого вечера заниматься разными текущими вопросами. Чувствовалось, что выполнять свою и Юркину работу мне становилось всё сложнее, а значит нужно было или просить помощи у отца, чего я никак не хотела, или кого-то нанимать. Вот и ещё одна головная боль.
Уже потом, возвращаясь домой, я спросила, что по поводу нашего разговора с Антоном думал Роман. Сама-то я уже себе понапридумывала до Луны и обратно, но все же хотелось знать его мнение, как стороннего непредвзятого наблюдателя.
Не знаю, но я почему-то хотела услышать, что он думает по этому поводу. Может потому, что он планировал поступать на юридический, а может потому, что просто хотела поговорить. Просто со стороны всё всегда видится по-другому. А он хоть и посторонний человек, но с самого начала был в курсе происходящего. Может он что предложит?
  
- А что тут думать, - как всегда спокойно и немногословно ответил он, - надо смотреть документы. Может уже и нет никакой квартиры.
Да, он, как всегда, был в своем репертуаре – редко - немногословно, но метко. Говорил он мало, но точно и по делу. Эту его привычку я заметила почти сразу, и она мне понравилась. Мне и нужно было, чтобы меня никто не лечил и не лез в душу. И Роман, как служебный водитель, точно подходил на эту роль.