Босс для Белоснежки (СИ)
Вот и меня она вводит в курс дела довольно комфортно. Вплоть до уровня некоторых щекотливых моментов в коллективе.
Мой рабочий стол расположен на краю приемной: чуть в стороне от общего потока, с видом на главную стойку ресепшена и прозрачные двери, через которые входят клиенты, курьеры, арендаторы и случайные люди, ищущие “Сэвэн-Тур” вместо “Сэвэн”.
И это неудивительно.
Над приемной — девять этажей стекла и стали.
С седьмого вниз иногда спускаются сотрудники из отделов продаж, маркетинга, логистики и всего остального, что называется “умственной деятельностью”.
Восьмой этаж — зона юристов, айтишников, бухгалтерии и службы безопасности. Оттуда спускаются к нам крайне редко, и всегда с лицами, как будто мы тут внизу можем испортить им костюм.
На девятый вообще отдельный допуск. Партнёры, особые визитёры, деловые переговоры и совещания… словом, там работает внутреннее солнце корпорации. Питает всю систему энергией и ресурсами.
Ну и десятый…
Пентхаус. Мозг "Сэвэн", который рулит всей корпорацией. Царство великого и ужасного Батянина.
Ходят слухи, что там тишина, шахматные стены, черный мрамор и ковёр, который глушит шаги совести. Тамара Николаевна сообщает мне это вроде бы в шутку, но на ее лице читается тихое благоговение.
— Даже не рассчитывайте когда-нибудь туда заглянуть, Лиза, — добавляет она и неодобрительно косится в сторону группки других наших сотрудниц из приемной. — А то у нас тут и так кое-кто чего только не вытворяет время от времени, стараясь попасть на глаза генерального директора. Это недопустимо.
— Я на такое и не рассчитываю, — искренне отвечаю ей. — Меня интересует только моя работа.
— Очень хорошо. В любом случае Батянин здесь у нас практически не появляется. У него отдельный вход в здание. Понимаете почему?
— Понимаю, — прилежно отвечаю я. — Он соблюдает необходимую дистанцию с сотрудниками, как любой ответственный руководитель.
— Вот именно, одобрительно кивает Тамара Николаевнв. — Запомните это и не раздражайте его лишний раз, как другие.
— Обязательно.
С запоминанием у меня проблем нет. Но именно поэтому, когда ровно в десять открываются прозрачные двери для посетителей, я недоуменно оглядываюсь на тихое аханье одной из молодых девочек-менеджеров:
— Ой… смотрите, здесь Батянин!
Кто-то будто нажал кнопку “стоп” во времени всего приемного отдела на первом этаже.
Вместе со всеми я поворачиваю голову к высоким прозрачным дверям парадного входа и вижу, как к нам, словно обычный сотрудник или посетитель, входит…
Он.
Идёт не спеша, с планшетом в руке. Высокий, в тёмно-сером костюме и переброшенным через локоть черным пальто. С тем самым шрамом, пересекающим скулу и уходящим через веко на лоб. Лицо непроницаемое, с резкими эффектными чертами, в которых чудится что-то хищное. Но его глаза — спокойные, чёрные и проницательные, — наполнены какой-то потаённой усталостью.
Я едва не роняю ручку. Сердце делает в груди сальто.
Да, это он. Неразговорчивый мужчина с парковки, в которого я врезалась по рассеянности.
И это вот его назвали только что Батяниным..? То есть… тот самый великий и ужасный генеральный директор корпорации “Сэвэн”, обитающий на самом верхнем этаже делового центра?.. А я его там, на парковке, просто взяла и толкнула, как случайного прохожего на рынке… ох…
От изумления и смятения меня почти что парализует. Стою ни жива, ни мертва и даже не моргаю. Впрочем, как и остальные сотрудницы нашей общественно-приемной зоны. Дружно таращатся на генерального директора, напоминая своеобразную картину маслом о встрече благоговеющих жриц с их грозным божеством.
Батянин проходит мимо, задержав на мне взгляд буквально на секунду.
Уж не знаю почему, но в этот момент я поднимаю перед собой ладонь в дружеском жесте “приветик” и слабо шевелю пальцами раньше, чем успеваю задуматься. И тут же прячу руку за спину, опомнившись.
Вот же сглупила! Наверное, подсознание из-за этой проклятой встречи на парковке успело записать генерального в моего шапочного знакомого, с которым можно вот так запросто фамильярничать.
Его густые темные брови слегка приподнимаются. Батянин чуть наклоняет голову, обозначая кивок, в котором мне чудится усмешка, и идет дальше. За стеклянной дверью его встречает один из административных партнёров с девятого и проводит в прозрачный лифт для руководства, о чем-то расспрашивая на ходу.
Я скорее падаю, чем сажусь обратно на свое место. Сердце колотится, как у человека, который случайно потрогал статую, а та вдруг улыбнулась в ответ.
Он узнал меня. Я это чувствую.
— Ты с ним знакома? — вдруг спрашивает Маргоша, одна из таких же офисных менеджеров, как я, появившись откуда-то сбоку.
— С кем? — машинально уточняю я, всё ещё пребывая в собственных мыслях.
— С Батяниным, конечно! Не прикидывайся. Я видела, ты на него посмотрела так, будто тебя током ударило. А потом еще и помахала.
— Мы не знакомы, — отвечаю честно. — Просто на улице вчера случайно столкнулись.
— Да ладно! Я тыщу раз пробовала с ним “сталкиваться”, но что-то он ни разу не кивнул мне после этого, как тебе, персонально… — она долго изучает меня подозрительным взглядом. — Кроме того, он обычно не ходит через приемную зону нашего вестибюля. Никогда. Только через VIP-вход. Да ему даже кофе приносят через внутреннюю служебную зону!
— Эй, хорош уже докапываться до новенькой, — лениво вмешивается наш третий офис-менеджер с ярко-рыжими волосами и горделивой осанкой. — Она просто еще не освоилась и не знает, что наш генеральный только один раз спускает фамильярность. А на второй раз выносит предупреждение с выговором. Прямо, как тебе, Маргош.
— Отстань! — фыркает та и быстро возвращается на свое место в западной стороне вестибюля.
Рыжая подходит ко мне, улыбаясь.
— Тебя ведь Лиза зовут? А я Юля. Тамара Николаевна сказала, что теперь у нас полный комплект офис-менеджеров на первом. Поздравляю! Ты в самой токсичной зоне этой галактики.
— Эм… спасибо? — я не удерживаюсь от смешка.
— Шучу. Почти, — подмигивает Юля. — Если что, кофе-машина в коридоре, туалеты за углом, а нервные срывы — в переговорной. Там и свет приглушённый.
Я тихо смеюсь над ее забавными словами.
Кажется, в этой корпорации мне будет не так одиноко, как я опасалась.
Глава 11. Слишком добренький Акулов
К третьему дню работы я начинаю чувствовать себя чуточку более уверенно.
Не на все сто процентов, конечно, нет. Это было бы слишком самоуверенно с моей стороны. Но у меня появилось что-то вроде стабильности на своем рабочем месте. Чувство медленного привыкания.
Руки потихоньку запоминают, где и какие лежат документы и офисные принадлежности, голос — каким тоном надо здороваться с посетителем или арендатором, ноги — куда отойти, чтобы не мешать и быть незаметной, но оставаться чуткой частицей обслуживающего персонала корпорации “Сэвэн”. И я уже не путаю, где бухгалтерия, а где серверная, что, вне всяких сомнений, уже и есть успех. Более того, я даже начинаю понемногу различать, где в этом человеческом бизнес-муравейнике заканчивается моя зона ответственности и начинаются маленькие подводные камушки для новичков.
Меня сегодня уже дважды окликнули по имени за весь день.
Один раз — курьер, которому я вежливо помогла отыскать направление в нужную сторону, а второй — арендатор с четвёртого, у которого оказалось что-то не в порядке с пропуском. Оба, спустившись в вестибюль во второй раз, не забыли поблагодарить меня.
Это… приятно. Почувствовать себя кем-то другим. Не женщиной в разводе, не одинокой мамой с двумя детьми, а просто — Лизой, которая знает, как побыстрее попасть на нужный этаж или правильно подать заявку на замену бракованного электронного пропуска.
Впервые за долгое время ощущаю такое глубокое спокойствие. Да, теперь я не просто разведёнка с двумя детьми, а нормальная женщина с офисной работой, ежеутренней чашкой кофе и перспективой наконец-то разгрести долги по коммуналке.