Пушистая катастрофа для ректора (СИ)

– Кэлвин…
– Я его до конца не просмотрел.
– Еще рано отчаиваться.
– Я. Не. В. Отчаянии! Мы ведь просто потратили время впустую. Ничего более. Поэтому будь так любезен и передай мне книгу. Пожалуйста.
Лиам сокрушенно мотнул головой и, тяжело вздохнув, протянул мне фолиант. В этот момент в дверь настойчиво постучали. Я даже сказать ничего не успел, как на пороге показалась взвинченная до предела магистрела Вуд.
– Гес де ла Шер, мне нужно срочно с вами поговорить!
 Глава 2.2 
Кэлвин
– Входите.
После разговора с магистрелой Вуд я был сильно удивлен тому, что женщина жаловалась именно на гессу Грей. Помнится, Грегори перед смертью попросил меня принять его дочь в академию, несмотря на ее слабый дар. И я сделал это без зазрения совести.
Он был другом моего дяди и после его кончины взял на себя роль внегласного наставника. И надо отдать ему должное, многому меня научил.
Я часто бывал в доме Греев, но с самой Карделией почти не общался. Она была слишком тихой девочкой, болезной серой мышкой, которая сидела в своей комнате и никуда не высовывала свой нос. А появление в их семье неожиданного пополнения в виде новой жены и двух падчериц уверенности девушке не придало. За все время моего общения с Грегори я с ней и парой слов не перебросился. Поэтому был уверен, что проблем с девушкой точно не возникнет. Максимум, она не осилит магическую базу первого курса. Но тут я был бессилен чем-либо помочь. Все исключительно зависело от ее дара, которого, увы, у нее практически не было.
Вследствие чего я был действительно озадачен поведением гессы. Но, чтобы не смущать Делию, попросил Лиама спрятаться в комнате отдыха, которая скрывалась прямо за книжным стеллажом. Разговор со знакомым семьи все же приятнее, чем в компании неизвестного наблюдателя. По правде говоря, я просто хотел поскорее разобраться с девчонкой и вернуться к своим делам.
Двери распахнулись, и гесса ожидаемо замерла на пороге. Не каждый день тебя вызывают в кабинет ректора.
– Проходи, – подбодрил я ее. – Не переживай. Мы просто поговорим. И все.
Окинув меня внимательным задумчивым взглядом, словно оценивая противника, Карделия едва заметно кивнула каким-то своим мыслям и, наконец, преодолела невидимую грань кабинета. Уверенным, но слегка шатающимся шагом девушка подошла к столу и села в то кресло, где еще пару минут назад сидел мой друг. Поерзав по мягкой коже и, в конце концов, найдя удобное положение, она просто безмолвно уставилась на меня. Сейчас Карделия больше напоминала набравшую воды в рот рыбу, чем серую мышь.
Помимо молчания, я, ко всему прочему, отметил нездоровую бледность девушки и едва подрагивающие кончики пальцев, нервно комкавших ткань платья.
Я был уверен, что она начнет оправдываться. Ведь именно это было в духе таких, как она – неуверенных и забитых. Однако Карделия не собиралась начинать разговор. Она ждала активных действий с моей стороны.
– Как ваше самочувствие, Дели?
Гесса удивленно распахнула глаза, не ожидая услышать ласковое обращение, и медленно потянулась рукой к белокурому затылку, почти сразу отдергивая ладонь от головы и сжимая плотнее губы. Ей было больно. Это читалось в искристых, почти синих глаз, похожих на полевые васильки. Удивительно, раньше они мне казались серыми и тусклыми.
– Голова... Я упала... И... – рот девушки приоткрылся, словно она хотела сказать мне что-то более конкретное, однако по каким-то неизвестным соображениям решила этого не делать.
Но, по крайней мере, я убедился в правильности своих выводов. Хоть магистрела и настаивала на моем серьезном разговоре со строптивой ученицей, нарушившей правила академии, я не собирался становиться для нее карающей дланью. Сперва нужно было понять, что вообще произошло.
– Магистрела Вуд сообщила мне, что вы создали существ. И теперь не можете их развеять.
– Не могу, – не стала она отрицать. – Потому что не знаю, как это делается. Точнее... Не помню этого.
Я нахмурился. Одно дело ушиб, но совсем другое – проблемы с памятью.
 
– Гесса Римеди тебя не осматривала?
– А она чаритель?
Теперь я был уже обеспокоен. А еще зол на магистрелу Вуд, которая вместо осмотра девушки решила ее проучить. Правила академии важны, и нарушение их наказуемо, но только в том случае, если есть кого наказывать. В этой же ситуации дело и вовсе могло закончиться плачевно, учитывая здоровье Карделии.
– Так дело не пойдет, – вздохнул я и стал перекладывать стопки съехавших бумаг на столе, где-то среди всего этого добра завалялся чаркамень. – Да где же он?
Впору было смахнуть все со стола к беркудам, но я держал себя в руках. Проклятье влияло на эмоции сильнее, чем я бы того хотел, и все чаще перерастало во вспышки раздражения, чего ректор академии не мог себе позволить. Нужно было срочно найти решение!
 Глава 2.3 
Кэлвин
Наконец искомая вещь обнаружилась за чернильницей, и я, нарисовав на камне руну призыва, вновь вернулся к разговору с девушкой.
– Через пару минут чарительница придет сюда. Вас нужно осмотреть. Потеря памяти – дело серьезное.
Карделия вымученно улыбнулась и согласно кивнула.
– А пока... – я перешел к более важной части, и не самой приятной. – Нам нужно поговорить про ваш проступок.
– Я не сделала ничего плохого!
– Это ведь вы создали существ? Или вы и этого не помните?
Замявшись и как-то неоднозначно передернув плечами, девушка все же подтвердила мои слова:
– Это сделала я.
– Значит, вы не станете отрицать, что нарушили устав академии?
– Не стану, – произнесла гесса сквозь сжатые зубы. Либо ей очень сильно болела голова. Либо не нравилось то, к чему я клоню.
Выдохнув, я скрестил руки на груди.
– В обычной ситуации за такую провинность я бы мог отстранить вас от учебы на целый месяц. И был бы прав, – рот девушки взволнованно распахнулся, но я поспешил ее успокоить: – Однако то, что я дал слово присматривать за вами, обязывает меня пойти на некоторые уступки.
– Вы обещали моему отцу… – не очень уверенно произнесла Делия. Неужели не помнила даже этого?
– Во имя светлой памяти геса Грегора Грея, я в первый и последний раз сделаю вид, что ничего не было.
– Спасибо, – тихо выдавила из себя Карделия, обретая крайне изумленный вид. Словно действительно не осознавала, что я был близко знаком с ее отцом и лично с ней.  Да и бледность никуда не делась. И как будто отчетливее стали видны темные мешки под глазами. Надо бы поручить гессе Римеди выписать девушке освобождение от занятий. За пару дней под чутким взором чарительницы она полностью восстановит силы. Даже с очень слабым потенциалом этого времени должно было хватить.
– А насчет созданий не беспокойтесь. Раз вы не помните заклинания, я попрошу чистильщиков развоплотить их. И скоро этот инцидент забудется, как...
– Нет! – вскочив из кресла, девушка уперла руки в стол и посмотрела на меня с нескрываемым негодованием. – Не смейте! Пушистики ни в чем не виноваты!
Надо отдать должное девчонке, она меня удивила. Не знал, что серая мышка имеет в обиходе такой звонкий голосок. Да и глаза при этом сверкали так неистово, что хотелось вжать голову в плечи. Мне казалось, что даже воздух заискрился от витающего в нем напряжения. Если бы я лично не знал, какой у Карделии потенциал, то приравнял бы его к высшей планке. Но такого быть не могло. Дар либо есть, либо его нет. Иного не дано.
Но можно было вечность любоваться хорошеньким грозным личиком девушки, однако она явно перешла границу дозволенности. Я все же был ректором, а она – ученицей.
Встав из-за стола, собирался указать Карделии на ее место, однако заметил неладное: девушка пошатнулась и, отпустив столешницу, неуклюже шагнула назад с явным намерением упасть. Инстинкт сработал безотказно. Я оказался возле нее как раз в тот момент, когда глаза мышки закатились, а ноги и вовсе перестали держать тело. Я подхватил ее на руки и громко крикнул: