"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— То-то же, — Руслан выдохнул через нос.
— Тут проблема-то в другом, — произнёс Самовар. — Смотрите, парни. Если Вадима возьмёт милиция, то он расколется следователю рано или поздно. Если возьмут бандиты — снова предложат нам разобраться с ним, чтобы повязать. Откажемся — сдадут ментам, ведь их понятия работают только между своими. Других-то сдают без проблем.
— Да не гони, — грубо сказал Газон.
  
— Чё не гнать-то? Вы свои понятия вертите как хотите. Они только для своих. В любом случае — от нас не отстанут. Но если сможем как-то отбиться от этой проблемы — время выиграем.
— Не, Самовар, ты про понятия всё равно не прав.
— Какая разница? — заметил Самовар.
— Да ладно, пацаны, — влез Шустрый. — Вы оба правы, ха!
Он не раздражал, наоборот, его эти шутки казались уместными, чтобы немного разрядить обстановку. Да и всем это напоминало события, которые для парней случились совсем недавно. Когда мы думали, как выжить, все говорили, спорили, обсуждали, Шустрый шутил.
Ну а я, как сержант, принимал решения. Правда, сейчас я больше, чем просто сержант. Теперь от меня зависит больше. Будто ставки выросли.
— А если мы его найдём сами? — спросил Шопен, глядя в окно. — И ки’дык ему настанет? Так-то пацанов попросил знакомых, они в разных районах ходят. Может, увидят, шуманут мне.
— Да, у тебя знакомых вал, — кивнул Шустрый. — А они с тобой как свяжутся?
— Ну, как-нибудь, — Шопен пожал плечами. — Выйду на улицу, побазарим с кем-нибудь.
— Там у меня сиги в куртке лежат, если чё — дай им, награда же. Покормить, если что, можем.
— Неплохо бы. А то жрать-то им нечего, — согласился Шопен.
— Тогда, если мы найдём сами и как-то решим вопрос, — произнёс Самовар, — хотя, конечно, хотелось бы без крайних мер, но вряд ли без них хоть что-то сейчас решается. Но тогда Налим придёт к Газону и скажет, что тот его подвёл, потому что испортил такую схему. Предъявит, как они говорят, ведь сразу поймёт, откуда ветер дует. И что с Газоном будет дальше — рассказывать не надо.
— Куда не сунься — везде жопа, — Халява поднялся, проверил рубашку и начал её надевать. — Давайте наймём ему адвоката.
На груди у него болтался жетон с личным номером на цепочке, который он как-то умудрился забрать из армии и не сдать. Правда, это был личный жетон Царевича, как я помнил — они с ним тогда менялись наудачу. Хорошо, что оба выжили, а то бывало, что из-за этой традиции похоронка уходила не в ту семью.
Славик, хоть и старается не показывать это, но к вещам тех времён до сих пор привязан.
— Кому адвоката? — удивился Шустрый.
— Ну Вадику. Нашего, чтобы адвокат держал в башке оба дела, и чтобы Вадик молчал.
— Во! — Шустрый вскочил. — Вот ты мысль дельную сказал, Халявыч! Посмотришь — дуб дубом, а в голове-то не сплошная кость, как мы в армейке думали. Ты же у нас тоже порой подсказать можешь грамотно.
— А ты чё сегодня ко всем ластишься? — пробурчал Славик, хотя краешки губ у него чуть поднялись от похвалы, и щёки порозовели.
— Так температура, — он шмыгнул носом. — Простыл же, вот и туплю. Чая с малиной надо выпить, или над картошкой подышать.
— Мысль про адвоката дельная, — сказал я, и Самовар одобрительно кивнул. — Как запасной план, если попадётся этот Вадик. Но надо учитывать, что Вадик может из вредности следаку про нас сказать, как уже делал и не раз.
— Именно, — сказал Пашка.
— Сами понимаете, — начал Царевич, — хотелось бы надёжный вариант. Но за такие варианты сейчас по головке не погладят.
Шустрый пошёл в ванную, где громко сморкался, пока бежала вода, а мы продолжали совет.
— Кто стучит из ментов? — спросил я, переходя к следующему вопросу. — Налим был в курсе, ему явно кто-то ему стучит. И раз он пришёл так быстро — он знает про допрос и что там говорили. Два пути: адвокат или менты, но адвокат пришёл не сразу и всё не слышал.
Газон выдохнул через нос. Это то, что ему нельзя было говорить, ведь это могло навредить его бригаде. Но вопрос: кого он ценил больше — нас или их.
Нас.
— Точно не знаю, но это мог быть Пешкин, — медленно сказал Газон. — Там пацаны говорили, что от него сливы идут. И типа это, базарили ещё, что если попадёшься ему — не сопротивляйся и не трогай. Только про него так и говорили.
— Это молодой или старый? — уточнил я. — Точно один из этих двоих.
— Говорили, что молодой.
— Ему платит Налим?
— Не, — Газон замотал головой. — Фидель, скорее всего. Точно не знаю, но как-то слышал пару раз про ручного мента. Просто виду не подал, в нашем деле сами понимаете — лучше помалкивать лишний раз, чтобы за умного не сойти.
Наблюдательный и неглупый, делает верные выводы. Что же ты, Санька, с бандитами-то связан? Но пока его оттуда не достать.
— А Фидель кто такой? — спросил Царевич.
— Ну вы чё, пацаны? — Газон удивился. — Совсем не в курсах? Вот есть «химкинские», во главе — Гарик, он положенец, следит, чтобы другие команды в городе в общак долю отсылали и не ерепенились особо, поэтому им и позволяется зарабатывать. Его сюда сам Гамлет поставил, вор.
— Вор в законе? — спросил Шустрый.
— В смысле? — Газон шумно выдохнул. — Не говорят так, Шустрый. Всегда говори «вор», или законник, а то пояснить потребуют. А лучше вообще ничего не говори. Потому что по воровскому закону он… ладно, забей, — он отмахнулся. — У Гарика есть младший брат — Федя — Фидель, он тоже бугор. В него стреляли раз десять, вот и прозвали так. Он не вор, даже не сидел, но бригадой рулит и по жизни двигается с братом.
— Выстроили цепочку, — заметил я. — И причём быстро в курсе всего стали.
— А то! А Пал Палыч с Фиделем хорошо вместе живут. Вот и мог передать сразу.
— Теперь понятнее, — я задумался.
— Вообще, — Газон стал говорить тише, — я пацанов попросил мне подсказать, если кто лежку Вадика найдёт. Типа, Пал Палыч распорядился. Так что если что — брякнут на мобилу или на пейджер скинут. Но если узнает Налим…
— Надёжных пацанов просил?
— Не выдадут, — уверенно ответил он. — Они не из бригады, но стремятся. Мелкие, в бригаду хотят, но их пока не берут. Зато глазастые…
— От нас этот Налим ничего не узнает, но он всё равно может понять схему, как мы на Вадика вышли, — сказал Самовар. — Явно не дурак.
— А ты, Газон, блаторез, а пацанов не забываешь, — произнёс Шустрый, чуть улыбаясь. — Вот за чё тебя и уважаю.
— Да ну тебя, — тот отмахнулся. — Опять какую-нибудь пакость придумал? Ко всем подлазишь.
— Да не, — Шустрый сел на диван между мной и Царевичем и положил нам руки на плечи. — Просто будто нихрена не поменялось, что там, что здесь. Только там все свои были с одной стороны, а с другой — враг. А вот здесь — свои только рядом, а кто вокруг — хрен проссышь, верить нельзя никому. Но вот на вас, пацаны, смотрю, и уверен, что не пропадём, раз опять все держимся. Как в окружении, в натуре. Вот и дальше бы так было.
— Ты чё-то расчувствовался, — заметил Халява.
— Температура, — снова сказал Борька и шмыгнул носом. — Ща, сопли выбью, а то надоело их гонять.
Он поднялся и снова пошёл в ванную.
Но у меня появились идеи, пока ещё только робкие, неуверенные, которые требовали их продумать одному.
Чтобы ответственность была за мной, буду это разгребать, в конце концов, я тут самый старший.
Так, мне потребуется помощь мента, Моржова, он поможет, тем более — это будет его ментовская работа.
Надо будет встретиться с ним, обсудить, а ещё… разыграть сценку.
Мысли роились в голове, рискованные, но может получиться. Рискованный вариант, как решить проблему, чтобы не подставлять наших. Ну и чтобы самому выбраться, у нас ещё много задач.
  
Жёсткий вариант, правда, но как ещё? Но этот второй шанс легко может сгореть, если сидеть и ничего не делать.
— Газончик, у тебя есть от горла чё-нибудь? — раздался из коридора голос Шустрого.
— Сигареты. Водяра ещё в шкафчике.
— Хе-е! Не. Лекарство какое-нибудь, таблетка или пшикалка. Заболело чё-то, глотать больно. Гриппоз, видать, схватил, или ангину.