"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Ну а когда виделись во второй раз, там было не до разговоров.
— Вот смотри, парню двадцать лет, — Моржов показал на дверь. — Там какая-то банда дворовая ему прохода не даёт, так и лезут, бабки тянут. Сначала думаю, ну пацан, чего с него взять, не всем же драться уметь? А сейчас думаю: так и тебе сейчас двадцать, а тогда, — он выделил это интонацией и продолжил с грустью в голосе, — всем пацанам по восемнадцать было, и все обычные, никто там крутым Уокером не был до этого. Ровесники с ним… вот только он теперь совсем другой, робкий. И вот, сейчас его гопники задрочили, и мне — разбираться, потому что работа теперь такая… Не понимаю я эту жизнь, короче.
  
— А кто понимает, Васька? Лучше посмотри, что я вчера нашёл.
Я сунул ему расписки, и он заржал, глядя на свой кривой почерк с обещаниями выплатить большие суммы денег на гражданке.
— Ничего себе, я встрял на бабки, — он засмеялся.
— Да, это так, на память держи. Слушай, — я стал серьёзнее. — Знаешь же, зачем я пришёл?
— Про следака этого расспросить? — догадался он.
— Слушай, подскажи, что конкретно у него есть?
— Да так-то я не работаю с ним, — пробурчал Моржов. — С ним сейчас опера-тяжи работают, кто убийствами и износами занимается, — он вдруг громогласно засмеялся. — В смысле, расследуют, а не делают.
— Ты же здесь, один из них, — напомнил я. — А этот Ерёмин на нас хочет палку срубить или прославиться, мол, раскрыл военное преступление. И вот на нас взъелся. Чё, не знаешь, как это делается?
— Ну слушай, — он присел на скрипнувший стул. — Не просто это будет. А то знаю я их, ради галочки и повышения чего оттуда только не откопают. А там святых не было, на каждого нарыть можно всякого или придумать, лишь бы правдоподобно, кто нам поверит-то? Тебе бы адвоката, и лишний раз помалкивать. Я просто предупредил, чтобы полегче отбиваться было.
— Это понятно, всё будет. И за предупреждение спасибо. Но хотелось бы знать наверняка. Он же хитрый гусь, так и будет подлавливать на мелочах. Ты же не хуже меня знаешь. Мне он одно скажет, Шустрому — другое. Кого-то да подловит. Мы с тобой пересекались в госпитале, но ты с пацанами виделся на передке, и раз они тебя запомнили, то понравился, значит, зауважали. И тогда ты нам помогал на дороге, помнишь? А здесь, в мирное время, на кого нам рассчитывать, как не на своих?
Моржов задумался и потёр затылок. Думал долго.
— Слушай, — он потёр ладони. — Чтобы пробить, что он знает — это надо его под ноготь загонять. А в этом я тебе не помощник, и даже, наоборот — нельзя сейчас так. Это там вопросы решались жёстко, а здесь — другой мир, Андрюха. Я буду против и вмешаюсь.
— Да я понимаю. Я не про это. Он же — следователь, бумагомарака. Не выйдет подтянуть официально — свалит нахрен. Думаешь, он за справедливость и правосудие? Да хрен там плавал, ему вообще неважно, что там случилось или не случилось, ему главное — палку серьёзную срубить. Сам же знаешь.
— Ну вообще… — Моржов задумался. — Слушай, есть у меня мысль, что можно сделать.
  
Глава 13
 
— Уже не хромаешь? — спросил я на лестнице.
— Даже бегать могу, — с усмешкой проговорил Моржов, бодро спускаясь по ступенькам. — Работаю без году неделя, а меня уже в область на соревнования хотят отправлять: стрельба по мишеням, бег, всё остальное.
— Так ты же в ВДВ служил. Кому ещё показатели выполнять?
— Ага, и теперь затычка в каждой…
— Моржов! — раздался окрик. — Ты куда это намылился?
Моржов закатил глаза и пошёл отчитываться начальнику, который так некстати заметил его в коридоре. Толстый мужик в милицейской форме и фуражке сверлил молодого опера злющим взглядом.
— Что там по гаражам?! — ревел он белугой, аж щёки раскраснелись. — Нашёл, кто ворота вскрыл и всё вынес?! Скоро конец года, а у нас квартальные показатели горят из-за твоих гаражей! Всю картину обосрал!
— Да не мои это гаражи, Олег Иваныч, — ответил Моржов.
— Умный? Найди этих вороваек уже! На рынок сходи, где запчастями торгуют, в посёлок у химкомбината съезди! Найди! Учить тебя ещё работу работать? Дело выеденного яйца не стоит, а ты чего-то телишься!
Вставив люлей, начальник Моржова важно пошёл дальше, разыскивая, кого ещё поторопить.
— А тут один опер нас в милицию звал работать, — с усмешкой сказал я. — Но мы не пошли. Любят здесь поорать.
— Везде любят. Помнишь майора Кондратьева? Это он тогда колонной командовал. Вот он-то орал, аж уши закладывало. Хотя мужик мировой. Слушай, Андрюха, — Моржов стал говорить тише. — По чесноку… ну, я не обещаю, что он поможет… ну, тот, к кому мы идём.
— Но не просто же так ты его выбрал, да?
— Само собой. Как минимум, если мы его попросим — он сдавать не будет. Это бати моего знакомый, я его с детства знаю, и с сыном его на карате ходили вместе, пока он живой был. Мужик честный, понимающий. Ещё старой советской закалки, опером с семидесятых работает, по мокрухам и остальному тяжёлому. Ты его, может быть, и знаешь.
— Может. Давай посмотрим, что из этого выйдет.
— Особо много не жди, все проблемы не решит, само собой. Но хотя бы подскажет, в какую сторону рыть, чтобы отвязались, наконец. А то действительно, проблем не оберёшься из-за этого следака.
Заглянули в очередной тесный кабинет. Там за столом сидел плотный мужик в белой рубашке и ел намазанный маслом и малиновым вареньем батон, запивая чаем.
Перед ним возвышалась стопка бумаг, телефон обрывался от звонков, но мужик нашёл свободную минутку и по-настоящему кайфовал в этот момент. Даже прикрывал глаза, пока жевал.
— Приятного, Петрович, — пожелал Моржов. — Аркадий сегодня был?
— Я ему долг вернул с утреца, — отозвался мужик, прожевав угощение. — Вот он и пошёл чебурек скушать в столовку. Как раз горячие должны сделать.
Направились туда, и я встретил ещё знакомого.
На улице курил Шустрый, рядом с ним высокий парняга в камуфляже расцветки «талый снег», бронежилете и разгрузке, чуть более тёмной, чем сама форма. На голове чёрная вязаная шапка, которую можно было развернуть на лицо, чтобы получилась маска. Из-под шапки торчали ярко-рыжие волосы, жёсткие, как проволока.
— Смотри, Старый, кого нашёл! — прокричал Шустрый, увидев меня. — Стоит тут, солнышко летнее, глаз радует. Вот кого хоть прямо сейчас в «Иванушки» возьмут!
Рыжий важно заулыбался, увидев меня, и протянул руку. Подзабыл его, и не вспоминал, потому что он из другой роты, но раньше виделись часто.
— О, Рыжий, здорово! — поприветствовал его я. — А я как раз слышал, что тебя в ОМОН взяли?
— А то, — немного высоковатым голосом для его комплекции отозвался Рыжий. — Приехали тут к вам порядки наводить, — и добавил шёпотом: — пока по всяким клубам и кабакам не шляйтесь. Работаем вечерами по таким местам, ещё под раздачу попадёте ни за что.
— Благодарю за совет. Пока не ходим.
— Но если что — сразу на пол, как при обстреле, и не дёргайся. И права не качай. А я вас увижу — прикрою. Ладно, с вами, пацаны, весело, да работать надо, — он кивнул в сторону стоящего у здания милиции автобуса. — Отоспаться надо и по новой.
— Хорошая у тебя работа, — я хмыкнул. — Заходи, пока в городе. К любому из нас, мы сейчас вместе часто собираемся.
— Зашибись делаете, пацаны, — Рыжий поднял большой палец и не торопясь пошёл к автобусу.
Шустрый помахал ему рукой, а потом показал в сторону киоска, мол, что-то купить себе хочет. Там ещё стояла какая-то девушка в коротком пальто, и это могло быть основной причиной, почему парень пошёл туда, задвинув шапку ещё дальше на затылок.
  
— Ща я приду! — предупредил он.
— Мы в столовке будем, — я показал на неё и повернулся к Моржову. — Парень это с нашего батальона, с другой роты, — пояснил я, кивнув на автобус с ОМОНом. — Тоже там был.
— Сразу понял, но не встречался. Они тут из области приехали, операцию проводят: оружие изымать во время всяких мероприятий. Всё из-за снайпера этого. Вот, кстати, идём к человеку, который тоже его ищет.