"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

А что ему ещё остаётся? Назад дороги нет.
— Здорово, — проговорил Налим достаточно бодрым для своего вида голосом. — Ну что, Старый, проблемки у тебя.
— И какие это? — спросил я с усмешкой.
— Ща расскажу.
Я уселся на заднее сиденье и захлопнул дверь. Налим повернулся ко мне, а Газон беспокойно посмотрел на меня в зеркало. Окно запотело, будто кто-то был с сильного похмелья. Хоть я сам не болел. Но буду притворяться, будто вчера капитально перепил, а сейчас трещит голова. Налим купится.
  
Машина медленно выехала со двора. Звук двигателя почти не слышно, в салоне пахло кожей от сидений, пивом и приторно-сладким табаком — у Налима были дорогие сигариллы с деревянным мундштуком. Одну он держал в руках.
— А в таверне тихо плачет скрипка, — пел Кучин из магнитолы.
— Выруби, — сказал я Газону. — Башка трещит.
Тот большим пальцем нажал на кнопку магнитолы, и кассета вышла наружу.
Ладно, пора говорить. Надо всё ещё играть роль, чтобы Налим думал, что он тут самый умный. Он хочет нашими руками избавиться от шефа, причём напрямую этого говорить не будет.
Но всё должно обернуться не так, как он хочет. Только для этого он не должен понять подвох.
— Башка трещит, значит, — хмыкнул Налим. — Давай о делах побазарим, потому что дела у вас хуже некуда. Думаешь, чё тебя Гарик вчера звал? А потому что кто-то из ваших хлопнул Кислого. Он предъявить хотел за это. Но знаешь, потом бы сделал вид, что понимает, и предложил бы отработать. Услугу оказать, как в кино про крёстного отца.
— А мы же не трогали Кислого, — сказал я, стараясь звучать так, чтобы в голосе слышалось удивление. — Он нам бабки должен был, а вернуть в итоге не успел.
— А вы всё равно деньги с его шестёрок получили, — отмахнулся Налим, открывая переднее окно. В салон задул холодный воздух. — Так что Гарик рассудил так, и имеет право, он в городе главный. Вот и попали вы, пацаны. Сначала одно дело скажет сделать, какую-нибудь мелочь. Например, «чехов» на рынке погонять.
— Так и будет? — я посмотрел на Газона.
Тот кивнул. Ему я просто вчера сказал, чтобы он кивал, тоже играя простачка. Его таким и считают. Это просто я его хорошо знал, что на самом деле он парень умный.
— Потом — наехать на кого-нибудь, долги выбить, — продолжал перечислять Налим. — Или вообще должника покалечить, его самого или родню. А в конце — мокруху устроить, повязать на крови. И всё, в бригаде. Но чё, думаешь, зашибок, бабки пойдут и девки плясать перед тобой будут? Нет уж. Чуть чё — и ты крайний, едешь в Воркуту на двадцать лет, а Гарик не при делах. Потому что он докажет, что нихрена не делал, а ты — исполнитель.
— И чё делать? — спросил я.
— Чё делать.
Налим хмыкнул. Купился, думая, что я в шоке, и сейчас переманит к себе, обещая защиту и всякие блага. Но для этого потребует избавиться от Гарика. Вернее, так требовать он не будет. Он так выставит, чтобы у нас не осталось выбора, чтобы в случае проблем спереть всё на нас.
Если удастся всё запланированное, он станет паханом и заполучит к себе нас. Если нет — избавится от Гарика нашими руками, чтобы крайними остались мы.
Пытается найти выгоду для себя.
— Вот смотри расклад какой, — Налим повернулся ко мне. — Вот Газон — пацан правильный, и он наш, — он хлопнул Санька по плечу. — Чуть чё случится, за него вся бригада впрягаться будет. А вы в стороне держитесь, сами по себе. Но сам видишь, в вашу сторону наезд за наездом. Значит, чё надо делать?
— А? — Газон сыграл дурачка.
— Бэ! Надо идти под того, кто прикроет. Вот Газон соврать не даст. Если у него какие проблемы, он сразу скажет, что под Налимом ходит. А я за всех своих пацанов мазу тяну.
— Так-то оно так, — я почесал затылок. — Но погоди. Кислого хлопнули не мы.
— Да какая разница? — Налим махнул рукой.
Ну, явно прибил бы его сам, если бы не засуетились Гарик и компания. Ну, надо немного сбить с него спесь, и для этого у меня было средства.
— Да тут приходили к нам опера, — начал сочинять я, — Моржов и Семёнов из уголовного розыска, а потом явился Громов. Чекист который, ФСБшник.
— Так, — Налим снова обернулся. Во взгляде стала видна тревога. — А ты откуда его знаешь?
— Я же говорил вчера, — Газон снова посмотрел на меня в зеркало. Как договаривались. — Что пацанов прессовали типы в пиджаках, вызывали к себе.
— Ты про ФСБ не говорил, — авторитет оглядел нас по очереди.
— Там какие-то тёрки были, — неуверенным голосом сказал Саня. — Типа, комитетчика одного под следствие отправили, а он до этого к нам приходил. Я-то не в курсе особо, это Старый разруливал.
— Приходили, — продолжил я разыгрывать эту карту. — Из-за тех «духов», что в нас стрелять хотели в центре. Оказывается, какая-то операция у чекистов сорвалась.
— Ты не говорил, — вспылил Налим, глядя на Газона.
— Он и не знал, — вступился я. — Они меня дёргали, вот из-за того майора… Климова, что ли? А вот про Санька я им не говорил.
— Так, ну понял, — пахан задумался. — И чё, при чём тут чекисты? Что им надо было?
— Громов спрашивал, как и что у нас с Кислым случилось, и кто с ним был. Спрашивал, был ли там какой-то уголовник со стальными зубами, мол, его видели с ним раньше. И был ли он там с нами?
— Ну, — в глазах Налима появилось узнавание.
— Дальше не говорил, — сказал я, сдерживая усмешку. — Показывал ещё фоторобот какой-то… слушай, — я посмотрел на него. — Похож на того мужика, который с вами сидел.
— Ты мужиком его, смотри, не назови — спросит за это, — он нахмурился, но ясно, что информацию принял.
Клюнул налимчик, и даже не на живца, а просто на голый крючок. Даже Газон удивился. Но с Гариком бы так быстро не вышло, тот посерьёзнее. Хотя тоже нас недооценивает, считает молодыми простачками.
Понятно, что он не будет выговаривать Гарику за убитого Кислого, даже если это было сделано по его приказу, ведь об этом был мой намёк. Но тут ему видно, что Гарик ведёт дела за спиной у Налима. Ещё один звоночек, что от него скоро избавятся, и он об этом предупреждён. И неважно, кто убил Кислого на самом деле.
Теперь будем действовать активнее.
— Потом давай про снайпера спрашивать, — продолжал я. — Вадик, который служил с нами.
Тут я погружал его глубже. Налим должен прекрасно знать, что случилось с киллером Вадиком, и как они все паниковали, думая, что он связан с ФСБ. Конечно, связан с чекистами он был только с моей подачи, это от меня пошло, но откуда им знать? Они тогда здорово перепугались и кинулись зачищать хвосты. И тут тоже самое, он уже думает, что делать с этой угрозой.
Дело для Налима усложнялось. Но поворачивать назад уже поздно, вчера он первый ход сделал, сильно рискнув. Теперь ему надо рисковать ещё сильнее, или его закопают свои же.
В итоге он думает, что мы будем его исполнителями, а Гарик — что вот-вот заманит нас. Но оба ошибаются, и вот-вот схлестнутся сами. А Шутник, как и Фидель, ещё сыграют свою роль.
Зато паранойя у него обострялась. Явно задумался о хвосте, а у меня было, что ему рассказать.
— А за тобой случаем никто не ездит?
— Вчера какая-то тачила гнала, — я задумался. — От самого ресторана, впритык. Можно Халяву спросить, может, видел.
— И на чём?
— «Пятёрка» старая.
— А цвет какой?
— Да я не помню, — я пожал плечами. — Темно было.
— Не белая?
— А хрен её знает.
Не белая, очень грязная. Но он явно о ком-то подумал, так что пусть. Воображение доиграет всё само.
— Ладно, тормози, — велел Налим Газону, вытирая вспотевший лоб. — Короче. Я всё сказал. Попали вы, пацаны, в конкретный блудняк влетели. Но ещё можно выпутаться. О разговоре этом никому.
  
— Сегодня же встреча с Гариком, — напомнил я.
— Не будет. Ты сам не лезь никуда, всё порешаю. Если я не порешаю, — с напором сказал он, — то никто не порешает. Вам со мной надо двигаться, пацаны. Пока сиди, не отсвечивай.
Ага, щас. Сейчас-то для меня как раз начинается основная работа.