Чужая земля (СИ)

— Выше нос, рядовой! — рявкнул Пестов, который тоже сидел рядом с поваленным деревом и обедал. Возле него стояли прислонённые к стволу одноразовые гранатомёты. — Чего расплакался? Всех порвём.
— Вот именно, — согласился я. — Порвём. А сейчас, — я поднялся и огляделся по сторонам. — Вы тут оставайтесь, а я отлучусь на полчаса, посмотрю, что там в тумане творится, а то разведка не работает ни хрена.
Рюкзак я оставил, закинул на плечо карабин и отправился к расчищенной от деревьев поляне, где до сих пор лежали трупы магнусов. Когда отошёл подальше от своих, превратился в дым, быстро добрался до места и там спокойно, не торопясь собрал остатки силы. От её избытка опять ухудшилось самочувствие, но не так, как раньше. Посидел, отдохнул минут десять, пришёл в себя и побрёл дальше.
Когда возвращался, ещё издали заметил длинную фигуру капитана Тараканова, что топтался возле наших позиций.
— Сержант Озёров, где опять пропадаете? — возмутился он. — Почему вас постоянно нет на позиции? В чём дело-то?
— Господ капитан, я проводил разведывательные мероприятия. Не хочу, чтобы нас застали врасплох.
— Разведывательные мероприятия? Знаете, давайте отойдём. Поговорить надо.
Тон капитана не предвещал ничего хорошего.
  
Глава 3
 
Князь Михаил Озёров прохаживался по кабинету и тяжело сопел, поглядывая в окна на пестрящий осенними красками сад. Михаил не любил осень. Серо, пасмурно, дождливо, да ещё и зима скоро. И чем старше он становился, тем больше его раздражали дождь, снег, слякоть, грязь и прочие природные явления.
Особенно он ненавидел, когда к природному ненастью добавлялись бытовые или личные проблемы. Вот как сегодня, например. Загорелась строительная база. Компания понесла убытки. А самое паршивое, непонятно, что за этим стоит: то ли банальное короткое замыкание, то ли недруги со своими кознями. А недругов у Озёров хватало. В глаза эти негодяи вежливо улыбались, а за спиной каждый готов был нагадить. Не аристократы, а змеиное кубло, полное зависти, желчи, злобы. Михаил уже давно не питал иллюзий по отношению к высшему обществу. Сволочи одни. Только спят и видят, как бы поживиться за чужой счёт или в спину плюнуть, в лицо-то ведь — кишка тонка.
А ещё сегодня в пять должен был позвонить Иннокентий Воронов — один из лучших разведчиков службы безопасности рода, которого пару недель назад Михаил отправил в Первосибирск следить за сыном.
Исчезновение Светланы до сих пор не давало Михаилу покоя. Больше месяца никто не мог её найти. Вся служба безопасности ломала голову, куда подевалась эта несносная девчонка, и до сих пор не могла дать ответ. Варианта прорабатывалось два: её либо похитили, либо она сбежала.
Михаил склонялся к последнему: мерзавка была вечно чем-то недовольна. Никакой благодарности, никакой почтительности. Всё ей не так, всё ей не эдак. Вот и удрала, как и её братец. Но Алексей хотя бы открыто объявил о своём уходе, а эта тайно сбежала. Оба в мать пошли. Что та стерва была, каких свет видывал, что эти — малолетние засранцы, которые ни во что не ставят ни отца, ни род.
Вот только в одиночку шестнадцатилетняя девчонка провернуть такое не могла. Ей кто-то помог. Если б найти выродков, всем головы посворачивал бы, а Светлану — обратно домой, запереть в комнате, никакого интернета, никакого кино, никаких развлечений. Пусть думает о своём поведении. А то ишь, семью позорит!
А тут ещё и Ирина плешь проела. Взбрело ей видите ли в голову, что Светлане помог сбежать Алексей. Поначалу Михаил только отмахивался. Ему это казалось абсурдным: Алёшка ведь и сам не на шутку разозлился, когда о пропаже сестры узнал. Но чем больше Михаил обдумывал данную версию, тем более правдоподобной она выглядела в его глазах.
И в какой-то момент он пришёл к мысли, что не мешало бы проверить, а вдруг, и правда, так? Да и вообще, интересно стало, как Алёша устроился на новом месте. Там, в Сибири, ведь его мать жила, родственники какие-то… дядя, кажется. Чем он занимается? И вправду служить пошёл, как говорил?
 
Оказалось, что да, пошёл служить. И вместе с тем всплыла ещё кое-какая информация. Дядя-то его недавно помер, и всё наследство племяннику оставил. Теперь Алёша стал уважаемым человеком в Первосибирске, землевладельцем, да ещё какой-то завод у него появился, шахта и чёрт знает что ещё.
И как-то несправедливо показалось это Михаилу. Он сына растил, всем обеспечивал, образование дал, воспитание отменное, а паршивец уехал, получил наследство и в ус не дует, родного отца даже не вспоминает, делиться не желает. Так, может, он и сестру к себе забрал? Сговорились негодники, как пить дать, сговорились против родителя.
На широком экране компьютера высветилось, что звонит Иннокентий. Михаил тяжело опустился в кожаное рабочее кресло, надел наушники, и мышкой нажал на кнопку «ответить».
— Привет, Воронов, слушаю тебя внимательно. Какие ты мне новости сообщишь? Хорошие, надеюсь?
— Здравствуйте, ваше сиятельство, — раздался дребезжащий голос в наушниках. — Работу ведём. Кое-что выяснили.
— Тогда рассказывай.
— Не обессудьте, но начну издалека для… так сказать, понимания ситуации.
— Давай-давай.
— Так вот, узнал я, что в Первосибирске уже давно существуют несколько аристократических кланов. Здесь подобные объединения распространены широко, многие аристократы в них вливаются. Занимаются такие кланы всем, чем придётся, вплоть до незаконных промыслов.
— Знаем такое. Кланы они не только в Сибири. И к чему это?
— А к тому, ваше сиятельство, что сын ваш, Алексей, недавно поссорился с одним из первосибирских кланов, «Коготь» называется, перебил кучу их охраны, в том числе владеющих, убил главу клана и его старшего сына и сам власть захватил. И это не выдумки и не слухи — чистейшая правда. Изначально ссора возникла из-за завода, который Алексею достался в наследство, ну и вот чем закончилось. А сейчас на границу служить уехал, уже второй месяц, говорят, не вылезает оттуда.
— Та-а-ак, — протянул Михаил. — Что-то я не пойму никак. А как это случилось? Ему помог кто? У него самого там группировка какая?
— Охрана у Алексея, без сомнения, есть и не малая. Но не в этом дело, ваше сиятельство. Видите ли, от достоверных источников есть сведения, будто бы сила у Алексея просто чудовищная. Сколь велика, не знает никто, но все уверены, что он — великий мастер, не менее. И сила эта довольно специфична. Какая-то тёмная магия или что-то вроде того. Честно сказать, плохо в этом разбираюсь.
— Что ещё за тёмная магия? Ни разу не слышал.
— Да в том-то и дело, что никто не слышал. Может, конечно, и преувеличивают, но про клан информация достоверная.
— А девчонку не нашли?
— Следов Светланы не обнаружено, ваше сиятельство. Вероятно, её здесь нет. Если даже её похитил Алексей, то спрятал, вероятно, в другом городе. А возможно, он ни при чём. Связи пока мы никакой не обнаружили.
— Причём, ни причём… Я уж сам разберусь. Ты, главное, работай, ищи. Понял? И отчёт мне в письменном виде предоставь. Отчёт подробный. Фамилии, адреса — всё, что выяснил.
— Понял, ваше сиятельство!
— Всё, бывай. До связи.
Михаил завершил звонок, кинул на стол наушники и, подперев голову своим увесистым кулаком пробормотал:
— Да что ж это такое делается… Одни предатели и недоумки. Недоумки и предатели.
* * *
Три штабные палатки раскинулись возле дороги, рядом с ними толпились солдаты, а по обе стороны стояли две «Стрелы», задравшие вверх спаренные зенитные орудия. Земля вокруг была изодрана гусеницами и изъезжена колёсами, превратившими слегка подмёрзлую почву в грязевую кашу.
Мы с капитаном до палаток не дошли. Тараканов остановился, повернулся ко мне:
— Знаете, Алексей, — наедине он предпочитал обращаться ко мне по имени, — хотел серьёзно поговорить с вами.
— Слушаю вас.
— Не понимаю, что с вами происходит. Вы — сильный владеющий, поэтому мне странно слышать то, что мне сегодня рассказали. Никак не ожидал.