Недотрога в академии некромантов

– Идёт, – кивнул Крайден. Хотел протянуть руку, но вовремя одумался.
– Тогда… – Каян наклонился и начертил на земле руну, вкладывая толику силы. – Пусть печать Хороса скрепит наш договор.
– Что ты…
Руна вспыхнула, в воздух взвился призрачный череп, описал круг, касаясь каждого участника спора и испарился, издав зловещий стон.
– Если кто-то не выполнит условия договора, будет наказан, – непринуждённо произнёс Каян, пока остальные сидели в оцепенении с остекленевшими глазами. – В течение месяца недотрога должна одному из нас признаться и подарить поцелуй. Добровольно, а не под действием заклятия или под внушением. Грязные методы запрещены.
– Идёт, – сипло отозвался Крайден, очнувшись, но по-прежнему настороженно поглядывая на Каяна, не понимая, как его угораздило поспорить с ним. Для чего? Ведь цель была иной…
– Отсчёт времени начнётся с того момента, как недотрога переступит порог академии, – произнёс Каян, развернулся и направился к полосе препятствий…
Глава первая
За неделю до…
Ректор нервно постукивал толстыми пальцами по столу. На его морщинистом лбу выступила испарина. Я терпеливо ждала, стоя перед его белым новеньким столом. Впрочем, новая мебель в кабинете господина Гоблина, как ученицы академии искусств ласково зовут ректора за глаза, появляется с завидной регулярностью. Неясно только куда девается старая. Пускают на дрова?
– Николь… – Гоблин тяжело выдохнул, достал из нагрудного кармана фрака белый платок и вытер им лицо. Бережно и аккуратно. Всё по этикету. – Ты понимаешь, зачем я тебя вызвал?
– Нет, господин Фалгер, – ровно ответила, глядя в его маленькие серые глазки.
– Строишь из себя невинную? – Гоблин сцепил зубы, а крылья носа гневно раздулись. – Пять учениц подтвердили, что видели тебя на этаже в момент происшествия. И ты уж прости… но больше никто из академии не мог сорвать со стены рапиру, которая по сути муляж, и сразиться ей с двумя адептами магакадемии.
– Простите? – вопросительно выгнула бровь, сохраняя спокойствие. – Вы сказали, адепты магакадемии у нас на этаже? Но как они попали в женский корпус, господин Фалгер? Разве это не запрещено?
Гоблин глухо застонал, на секунду зажмурившись, так что его пухлые, напоминающие оладушки щёки покраснели.
– Да, запрещено! Они проникли на территорию академии искусств и понесут заслуженное наказание от своего куратора. Но это не даёт тебе право лупить всех, кто нарушает правила! Ты должна была, как сознательная ученица, сообщить об этом кастеляну или своей наставнице, – уже спокойнее закончил Гоблин, бросив на меня хмурый испытывающий взгляд.
А может, я ещё – «как сознательная ученица» – должна была согласиться на их «заманчивое» предложение? Или сознательно позволить себя лапать? Позволить безнаказанно развлекаться в женском корпусе?
– Не понимаю, о чём вы, господин Фалгер, – произнесла отстранённо. – У вас есть жалоба от пострадавших или иные доказательства того, что именно я причастна к данному инциденту? Или только то, что меня видели на этаже, на котором проживаю?
Лицо Гоблина побагровело. Неудивительно, ведь он точно знает, что это была я. Но знать, это одно, а вот иметь возможность доказать – совершенно другое.
– Ты однажды… доиграешься… – он сжал кулаки, грузно поднимаясь. – Тебе никогда не стать такой же достойной, как твоя мать! Никогда, слышишь?!
Я дёрнулась, словно от пощёчины. По телу прокатилась дрожь…
– Леди Де Камелье была выдающейся женщиной, а ты… дьявольское отродье! По тебе казарма военной академии плачет!
Голос Гоблина неожиданно стал звучать словно издалека. В висках колотился пульс, шумом отдаваясь в ушах…
Впервые этот человек опустился до оскорблений. Впервые мне захотелось вскинуть руки и свернуть эту маленькую головку. Чтобы потом сделать из неё образцовый череп, а может, подставку под карандаши…
Изумлённо моргнула, ужаснувшись собственным мыслям, но было поздно.
 
– Что ты… – Гоблин побледнел, вжимаясь в своё резное кресло из красного дерева, которым так гордился.
…По полу полз зеленоватый туман, приобретая форму костлявой руки.
Рука, словно живая, тянулась к ректору, пытаясь его ухватить.
Я оцепенела, скованная липким страхом.
«Это не я… это не я!..»
– Николь… – жалобно выдавил Гоблин. – Я искренне прошу прощения за свои слова… только прошу… уберите это… – сдавленно охнул и прикрыл глаза.
Отмерла, моргнув, и замахала.
– Прочь! Прочь! Убирайся, – развела руку и кинулась к окну. Распахнула его в надежде, что туман рассеется.
«Я не хочу никому причинять зло…»
Туман мгновенно исчез, словно его и не было.
Гоблин осторожно приоткрыл один глаз. Убедился, что опасность позади и шумно выдохнул, обмякнув в кресле. На него было тошно смотреть, хотя меня саму внутренне колотило от выброса адреналина.
Просто не могу поверить…
– Я свяжусь с вашим дядей, – сипло выдавил Гоблин. – Оставайтесь в своей комнате до его приезда и никуда… никуда не выходите.
Странно, что Гоблин резко перешёл на «вы». Трус…
Усмехнулась и, вежливо простившись, отправилась к себе.
Что это сейчас было? Нет, я догадываюсь, но как?! Как, бездна, такое могло случиться?!
Посмотрела на свои руки и с силой закусила губу.
«Прости, мамочка, я совсем не оправдала твоих надежд. Я самая бестолковая дочь на свете. Дьявольское отродье…»
***
Адриан явился незамедлительно. Подозреваю, что воспользовался порталом в императорском дворце. Толкнул дверь лоджии и опустился на корточки рядом со мной, где я забилась в угол, обхватив колени руками.
Тёмно-синие, словно ночное небо, глаза лучились беспокойством и тревогой, от которой разрывалось сердце.
– Ну вот, заставила хорошего человека переживать, – пробормотала недовольно, поднимая голову.
Адриан усмехнулся и коснулся шершавыми губами моего лба. Поднялся, подал мне руку и отвёл в комнату. Усадил меня на кровать, замотав в одеяло, проявляя так заботу, а сам устроился на стуле возле бюро.
– Подралась? – будничным тоном поинтересовался он. Гоблин уже и это доложил.
– Угу, – вздохнула, не испытывая угрызений совести.
– И победила?
– Победила.
– Тогда я спокоен, – удовлетворённо кивнул он. – Пока ты побеждаешь, – добавил лукаво.
Повисла неловкая пауза. Я не знала с чего начать, он, видимо, тоже. Может, подбирает слова, но я знаю отношение Адриана к некромантам.
«Они все циничные, мерзкие, беспринципные… держись от некромантов подальше, Николь…» – и я держалась. Никогда не питала к ним повышенного интереса, а когда сталкивались в обществе, сторонилась.
А теперь…
– Иронично, правда? – всё же заговорила первой.
– Я от этого тебя любить не перестану, – жёстко отрезал Адриан, сцепив руки в замок. – Но и забрать тебя сейчас не могу. Прямой приказ Императора: всех, у кого пробудилась магия смерти, отправлять в академию. Ты же знаешь, какая тяжёлая ситуация в империи. Особенно в провинциях, а уж про приграничье и говорить не стоит. Каждый адепт смерти на счету, да только… желающих запечатать дар всё больше…
– Угу… – протянула, задумавшись.
Меня тоже ждёт безумие… Слышала, в академии некромантов суровые условия и подготовка у них почти армейская. А со второго года обучения адепты имеют дело с реальной нежитью. Многих отправляют в рейды для защиты местного населения. И не все возвращаются…
– Но, если не будешь себя никак проявлять… – вновь заговорил дядя. – Через месяц смогу подать прошение и силу запечатают. Всего месяц, Николь… – плохо скрывая сожаление, произнёс он.
Скривилась и высунула язык, чем его рассмешила.
– Не делай такое лицо!
– Но тебе же нравится, – усмехнулась в ответ.
– Ты уже всё решила? – напряжённо спросил и потёр переносицу.
– Да, – ответила тихо. – С самого начала было понятно, что недотрога из меня никакая…