Не стану бывшей

До поступления в университет мы с Игорем не встречались. Я хорошо помню первую линейку, когда наши взгляды пересеклись. Я не узнала его, а вот он понял сразу, кто я, и подошел поздороваться.
– Кира, о чем задумалась? – насмешливо спрашивает Вика, моя коллега. – У тебя работы нет? Так я могу и свою подкинуть.
– Я жду задание от Игоря Васильевича, – игнорируя колкие слова, отвечаю я.
  
– Задание? – удивляется она.
– Да. Контрольное. Выполню – останусь, провалюсь – отправлюсь дальше искать работу, – объясняю я.
– Какие-то чересчур завышенные требования к тебе у Игоря, – произносит она, кликая по кнопке компьютерной мыши, и быстро добавляет: – Васильевича.
– У тебя не было заданий? – удивленно восклицаю.
– Я тебе больше скажу, у меня даже не было испытательного срока, – с гордостью говорит Вика. – Игорю Васильевичу было все понятно и на собеседовании.
– Видимо, у тебя большой опыт и ты очень квалифицированный специалист, – говорю с чуть заметной издевкой.
Все же кое-что от меня той еще осталось. Ненавижу таких людей, которые пытаются показать себя подобным способом. Но еще сильнее Вика раздражает меня тем, что она намеренно демонстрирует особое отношение начальника к своей персоне.
– Да, это так, – вздернув подбородок, отвечает она.
Наш разговор неожиданно обрывается: в кабинете появляется Мещеряков.
– Доброе утро, Игорь Васильевич, – от слащавости ее голоса меня едва не начинает тошнить.
– Доброе утро, Виктория, – он чуть заметно улыбается девушке. – Как дела с отчетом?
– Внесу кое-какие правки и смогу сдать. Буквально в течение получаса, – отвечает она, демонстративно выпячивая зону своего декольте.
Машинально закатываю глаза. Неужели Мещеряков ведется на такое? Или его глаза дальше ее бюста не поднимаются?
– Отлично, Вика, – быстро кивает он. – Кира, теперь обсудим твое задание. Открывай системную папку на рабочем столе. Так. Дальше папка «Поставщики».
Игорь опускает одну руку на мое кресло и приближает лицо к монитору. У меня перехватывает дыхание. Я чувствую аромат его неизменного парфюма, который вызывает легкое головокружение. Но дело совсем не в парфюме. Близость Игоря оказывается для меня слишком неожиданной, и я с трудом могу сосредоточиться на том, что он говорит в этот момент.
– Кира, поставщики, не поставки, – строгий голос Мещерякова отрезвляет, и я кликаю по нужной папке.
– Тебе нужен Руднев Константин Петрович. Он у нас проблемный поставщик, не хочет давать цену, а еще сегодня последний день оплаты предыдущего заказа. Сформируй платежку, передай в бухгалтерию и договорись с ним насчет цены, – Игорь раздает указания.
– Платежку? – удивляюсь я. – Где можно взять образец?
– Спросишь у Вики. Она подскажет, – коротко кивает он. – В этом деле нельзя спешить.
– Хорошо, я поняла.
Я резко поворачиваю голову, желая задать еще один вопрос, но оказываюсь в слишком опасной близости от его лица. Я чувствую мятное дыхание и вижу прямой взгляд, направленный на мои губы. Какое-то необъяснимое наваждение. Тряхнув головой, резко отворачиваюсь, впиваясь глазами в экран монитора.
– Игорь Васильевич, но это мой клиент. Я работаю с ним уже несколько недель, – раздается возмущенный голос Лавровой.
– Я знаю, Вика, – он делает пару шагов к двери. – Мне нужно понимать, готова Кира к работе или нет.
– У меня с Рудневым запланирована встреча, – отвечает Виктория. – Во второй половине дня.
Не нравится мне эта девушка. Себе на уме. И не окажись я в критической ситуации, не стала бы обращаться к ней ни по какому вопросу.
– Отлично. Кира, задание остается. До обеда ты должна убедить Руднева в том, чтобы цена стала ниже. Он может это сделать, но не хочет, – уверенно произносит Мещеряков и добавляет: – Других причин, кроме «не хочу», нет.
Игорь разворачивается и уходит, оставляя нас с Лавровой наедине. Лучше бы он этого не делал. Чувство превосходства мгновенно возвращается к ней.
– Если потребуется помощь, обращайся, – равнодушно бросает она.
– Скинь образец платежки, – прошу я.
Вика отправляет мне на почту образец платежного поручения, и я довольно быстро справляюсь с одним из заданий. Несколько раз проверяю правильность и уже собираюсь отправить, как вдруг звонит мой мобильный. Это Мила Сергеева, моя единственная подруга со студенчества.
– Кирюш, привет. Я звоню уточнить по поводу сегодняшней встречи. У нас все в силе? – тараторит она.
– Привет, Мил, конечно.
– На работе?
– Да, – быстро отвечаю.
– Ты одна в кабинете?
– Нет.
– Можешь выйти в коридор на два слова? – спрашивает она. – Это срочно.
Ее просьба не кажется мне странной. Когда у Милы что-то происходит, она звонит мне и делится моментами своей жизни – как счастливыми, так и не очень. Но всегда подальше от посторонних ушей.
– Могу, – отвечаю я и, заблокировав компьютер, через несколько секунд оказываюсь вне кабинета.
Мы говорим не более трех минут. На этот раз ее проблема действительно существенная. Прошу подругу дождаться вечера: у нас как раз запланирована встреча по случаю моего возвращения. На месте все детально и обсудим. После чего я возвращаюсь в кабинет. Еще раз пробегаю взглядом по платежке и отправляю ее в финансовый отдел.
Прежде чем провести переговоры с Рудневым, я решаю собрать о нем как можно больше информации, чтобы при беседе быть подкованной в любом вопросе. Спустя полчаса я беру мобильный и набираю номер. Как раз в этот момент я нахожусь в кабинете одна, Вика куда-то отошла.
Но я не успеваю нажать на кнопку вызова, поскольку в кабинет влетает разъярённая Лаврова.
– Платеж ушел не туда! Куда твои глаза смотрели, когда ты набирала несуществующий КБК? – возмущается Виктория, а я никак не могу понять, где именно допустила ошибку.
– Что-то можно сделать? – поджимаю губы, все еще не веря.
– Нет. Понимаешь, какое дело, – язвительный тон режет уши, – это не миллион и даже не два. Это почти пятьдесят миллионов. И они ушли в никуда. На невыясненных будут болтаться. Это плохо, очень плохо.
– Что теперь делать? – спрашиваю растерянно.
– Уже ничего не сделаешь. Считай, мы потеряли поставщика. Я позвонила Константину Петровичу, он сказал, что больше не станет сотрудничать, – холодно отрезает она. – Можешь собирать свои личные вещи, Кира. Мещеряков непременно тебя уволит.
До самого обеда я едва могу собраться с мыслями. От растерянности, которая мне несвойственна, я даже не сразу вникаю в текущую работу. Хотя с самого первого дня трудоустройства я ее выполняла быстро и безошибочно.
Когда настенные часы показывают ровно двенадцать тридцать, Вика встает со своего рабочего места и, перекинув сумочку через плечо, выходит из кабинета. Оставшись одна, я облегченно выдыхаю. В присутствии Лавровой, которая то и дело кидает на меня косые взгляды, сосредоточиться еще сложнее.
Спустя несколько минут раздается стук в дверь, и я от неожиданности вздрагиваю. В дверном проеме показывается голова Алены.
– На обед пойдем? – интересуется она.
– Я сегодня пас, – отрицательно качаю головой. – Работы очень много. Боюсь, до вечера не управлюсь.
– Пойдем. Обед – это обязательное условие работы, – шутливо произносит Алена.
– Это ты сейчас сама придумала? – улыбаюсь я.
– Да, то есть нет. Не совсем. Мещеряков однажды так говорил сотрудникам, которые во время обеденного перерыва находились в офисе.
– Ален, я бы хотела, но у меня катастрофа, – с комом в горле произношу я.
– Что случилось?
– Ты еще не знаешь? Мне кажется, Вика уже всем растрещала, – закатываю глаза.
  
– Видимо, не всем. До меня очередь не дошла, – насмешливо говорит коллега. – Я – последний человек в компании, кто станет слушать ее сплетни.
– Значит, мне не показалось, – отвечаю с улыбкой. – И она в самом деле стерва.
– Еще каких поискать. Давай, сворачивай там все и пойдем.