Демоны добра и зла (ЛП)

А потом я ступила на его темную пентаграмму.
Я замерла от удивления: остаточная энергия, казалось, поднималась сквозь меня, притягивая к себе горе и утрату, вытягивая их, вбирая в себя… овладевая ими? Боль стиснула руку, и я вскрикнула, когда кольца чакры вспыхнули быстро гаснущим жаром.
«Какого черта?» подумала я, стряхивая с себя воображаемый огонь. Но тут у меня перехватило дыхание. Пентаграмма темной магии Ли светилась. Я что-то запустила, что-то скрытое и оставшееся.
  
— Ли! — крикнул знакомый женский и очень раздраженный голос.
Я вскинула голову, и Ли, пошатнувшись от шока, повернулся.
Это была Вивиан, выражение ее лица было напряженным от гнева, когда она стояла перед нами на сцене. Мистики окутывала ее, превращая короткие волосы в ореол, а белые одежды искрились при движении.
— Ты и я, — сказала она, указывая, и Ли отступил к окнам. — Прямо здесь. Прямо сейчас.
— Как? — задыхался Ли, и магия в его руке ослабевала, пока он смотрел на нее. — Ты…
— Не слишком счастлива, — закончила она за него. — Теперь я могу видеть все. А то, что не вижу я, видят другие. Они шепчут мне, что ты врал. Ты врал мне. Ты врал ковену. Считай, что твоя условная должность члена отменена. А еще лучше — позволь мне лишить тебя должности.
— Ты… — воскликнул он, а затем вскрикнул, подняв защиту от раскаленного потока расфокусированной энергии Вивиан.
Я попятилась назад, поскальзываясь на уродливых линиях пепла. Я крепче вцепился в кинжал Ала, когда энергия Вивиан потекла по кругу, разъедая его слой за слоем. Я едва могла видеть Ли, который, зажмурившись, судорожно вычерчивал символы на полу, пытаясь отгородиться от нее.
— Он — маг! — Я была так благодарна за то, что она мне поверила, что могла бы заплакать, когда магия Вивиан померкла, а сама она мудрено кивнула. — Я должна спасти Трента. У тебя все под контролем? — Должно быть, она пришла в церковь, чтобы найти меня и обвинить в том, что я ее подставила. Слава богу, она спряталась в тени, слушая исповедь Ли, пока мы ругались.
— Иди, — сказала она, и, клянусь, я услышала, как Ли заскулил, шепча слова, которые могли спасти его задницу, а могли и не спасти. Вивиан была рождена для ковена. У нее были способности, о которых Ли и не мечтал. Я почти жалела этого человека. Она практически парила над деревянным полом. — И спасибо тебе.
Я переложила книги повыше на бедро, и кинжал Ала зашипел в сильно заряженном воздухе.
— За что?
Она пожала плечами, смущенно нахмурив брови.
— Ты дала мне шанс все исправить. Иди и спаси Трента, — сказала она, ее улыбка стала благосклонной и знающей. — А этот кусок слизи останется у меня. И еще, Рейчел? Никогда не чувствуй себя виноватой за то, что бросила его в колодец. Жасмин говорит, что он заслужил это за то, что убил ее утенка. Это был не несчастный случай. Он сделал это нарочно.
«Как она узнала?» задумалась я, а потом посмотрела на кольцо на мизинце. Жемчужина была по-прежнему белой.
— Вперед! — крикнула она, снова столкнувшись с Ли. — Он барахтается в воде.
Я понятия не имела, откуда она это знает, кроме того, что дождь шел уже три дня подряд, и я стояла, застыв на месте, пока Вивиан бросала в Ли ленты голубой и золотой энергии. Ленты трещали и лопались, стягиваясь вокруг его защитного круга, сжимая его до тех пор, пока его пузырь не начал деформироваться и искривляться. Энергия исказилась, и Ли закричал.
— Спасибо, — прошептала я и выбежала за дверь, почти не замедляя шага, так как дождь хлестал, холодный и жгучий. Вивиан была здесь. Все будет хорошо. Она знала правду. Ковен лишит Ли лицензии. Посадит его в Алькатрас. Обвинения против Трента будут сняты. Все вернется на круги своя.
Сжимая в руках книги, я побежала к лей-линии. Мне нужен был прыжок через линию. Нет, мне нужно было три.
  
Глава 25
 
Всю мою внутреннюю библиотеку покалывало от напряжения, когда я бежала к лей-линии, протискиваясь через ворота и вбегая в сад. Мне не понадобилось второе зрение, чтобы найти светящуюся дымку: именно я вытолкнула мерцающую полосу энергии из центра святилища в сад, где ей и место. Позади меня Ли завыл от злости, а может, от страха. Без сомнения. Я на собственном опыте убедилась, что Вивиан нельзя злить.
Раздался тихий треск окон — и тут же сквозь витражи вспыхнул яркий свет, высветивший сад. С тихим гулом вернулась темнота. Я резко остановилась, пульс участился, и я уставилась на свою церковь. По крайней мере, окна остались целы.
— Рейч! — прокричал Дженкс, и я обернулась. Его пыльца была нереально темно-красной — цвета старой крови. — Я думал, ты все еще в машине! Ты пошла туда за книгами? Я наконец-то нашел Гетти. Она в шести футах под землей. Все то время, что я не мог ее найти, она пряталась у Констанс. Ты не поверишь, что она сказала о том, что сделал Ли.
— Я слышала. Он бросил Трента в колодец в лагере, — сказала я, и угол наклона крыльев Дженкса изменился, его глаза расширились, когда он увидел кинжал, все еще зажатый в моей руке.
— Что он сделал? — спросил пикси, и я протиснулась мимо него в поисках лей-линии.
— Дженкс, ты за главного. Я собираюсь купить у Дали пару линейных прыжков, чтобы вытащить его. Держись подальше от церкви, пока Вивиан не уложит Ли.
— Вивиан? — спросил он, отступая назад, пока я пробиралась через надгробия. — Э… — Все еще отлетая назад, он перевел взгляд с кинжала в моей руке на церковь, сад и обратно. — Гетти сказала, что Ли…
— Является членом ковена. Знаю. Дженкс, я должна найти Трента, — коротко сказала я, ступив в лей-линию, и по телу прокатилась волна мурашек, теплых, как лужа, долго нежившаяся под солнцем. Я с любопытством прищурилась на церковь. Если смотреть на нее изнутри линии, то от нее почти исходила аура, словно она была живым существом. Я никогда не видела такого раньше, а ведь стояла в линии сотни раз. Странно.
— Да, но, Рейч, — снова попытался Дженкс. — Гетти говорит…
— С ней все в порядке? — спросила я, прерывая его. Жемчужина на моем кольце все еще была белой, но дождь шел уже три дня, и необходимость двигаться все возрастала. В пещеры нельзя было заходить, потому что они наполнялись водой каждый раз, когда шел дождь. Трент был в беде.
— Она просто испугалась. — Дженкс завис, его крошечные черты лица напряглись. — Но, Рейч, Вивиан…
Я погрузила сознание в линию чувствуя, как она гудит сквозь меня. Шаг в Безвременье будет незначительным, и тогда я смогу легче добраться до Дали.
— Когда Бис проснется, скажи ему, что мне может понадобиться его помощь, — сказала я и закрыла глаза, желая, чтобы моя аура совпала с линией.
— Послушай меня, ведьма! Вивиан… — крикнул Дженкс, и его голос оборвался, когда я позволила своей душе вернуться в нормальный резонанс. Так быстро я оказалась в Безвременье.
Я задыхалась от внезапного порыва холодного ветра, сбившего меня с ног. Сгорбившись, я смотрела на яркий закат. Высушенная осенью трава хлестала меня по ногам, и было жутко холодно. Я крепче прижала к себе тяжелую сумку. Запах горелого войлока прилип к книгам, но огонь Ли не причинил им никакого вреда. Тома демонов нельзя было сжечь, и они все, что Ли забрал из моей библиотеки.
«Даллианс» находился в пяти минутах ходьбы отсюда, но я надеялась, что если вызову Дали с этой стороны линий, он ответит. Снова закрыв глаза, я заставила себя войти в коллектив.
Дыхание перехватило, я вздрогнула, голова закружилась от ветра и мысленного шума. Они спорили, каждый думал так громко, как только мог, чтобы его услышали.
  
«Дали?» позвала я, бросая свою волю в пустоту, но она растворилась, как неслышное эхо в океанской волне. «Дали!» крикнула я, отбросив страх и беспокойство.
С пугающей внезапностью наступила жуткая тишина. В течение нескольких секунд ничего не было слышно, а затем раздался нервный гомон и шепот вопросов. Я услышала свое имя и имя Ала.
«Это она. Она жива», почувствовала я мысль Дали, и потом, «я все узнаю. Никто ничего не предпринимает до моего возвращения. Поняли? Или единственное, что вы найдете в музыкальном автомате, будет тот распутный стрип-бар».