Демоны добра и зла (ЛП)
Дэвид переминался с ноги на ногу, его хватка на Кэсси стала крепче. Мне этого было достаточно, и я крепче ухватилась за лей-линию. Мы практически стояли в ней, и я почувствовала укол вины, когда она без боли пролилась сквозь меня. Мои руки начали светиться от ее силы, а кончики волос стали развеваться.
«Reserare, Джариатджекджунисджумок», — подумала я, открывая хранилище, и глаза мои закрылись, когда я почувствовала, что снова проваливаюсь в него, мое сознание пронеслось мимо шепота гнева и ненависти, найдя то, что мне было нужно. Это сделает Паркер волком. Настоящим волком. Только это даст нам обеим покой.
— Lupis seculo seculorum, — прошептала я слова, втягивая проклятие через себя и укладывая его в дымку в моих руках. — Res ispa loquitur.
— Волчица, на веки вечные, — сказал Ал, и я направила на нее магию. — Тебе вынесен приговор.
Паркер напряглась, когда светящаяся дымка опустилась на нее.
— Подождите. Нет! — вскрикнула она, пошатнувшись, чтобы встать, но тут же упала, и из-под одеяла показалась белая нога. — О Боже… — задыхаясь, произнесла она.
— Не трогай ее, — сказал Дэвид, поймав Кэсси за руку и оттащив ее назад.
Я обмякла, когда магия покинула меня, холодная и пустая. Бледная нога Паркер, видневшаяся из-под одеяла, менялась, становясь неестественно тонкой и костлявой. Ее ступня удлинилась, пальцы превратились в когти и наконец покрылись шерстью. Ее крики превратились в хныканье и прекратились.
Дженкс навис рядом, его зеленые глаза расширились.
— Все готово? Она — волчица?
Медленно Паркер подтянула под себя ногу и поднялась на четыре лапы. Одеяло упало.
Она была волчицей, серебристой с черными лапами. Одно ухо у нее было оторвано почти до черепа, а глаз отсутствовал. Это были кровоточащие новые повреждения, омрачающие ее красоту.
— Мне жаль, что все так вышло, — прошептала Кэсси, и оставшееся ухо волка дернулось. В ее взгляде был ум, но это был взгляд волка. Паркер больше не было.
Дэвид притянул Кэсси поближе, чтобы защитить, и с этим легким движением Паркер бросилась бежать. Послышался шелест листьев и травы, и она исчезла, затерявшись в мокрой от дождя городской природе, окружающей Цинциннати. Может, мне стоит предупредить Дойла и Гленна?
— Черт возьми, Рейч! — сказал Дженкс, явно одобряя. — Эй, амулет все еще работает.
Я посмотрела на амулет и увидела, что он освободился от рубашки, а зеленое сияние медленно исчезает, как и волк.
— Она — животное, — прошептал Дэвид. — Ты видела?
Мне стало плохо, но дело было сделано, и ничего нельзя было изменить. Я убила все, что было в Паркер, за исключением, возможно, ее желания выжить, и я не смогла встретить взгляд Ала, когда его рука коснулась моего плеча и опустилась.
— Это был подарок, — сказала Кэсси, и ее лицо сжалось от душевной боли. — Рейчел, не думай, что ты могла отпустить ее. Она бы пришла за всеми нами. Ее разум был сломлен.
— Мне нужно идти. — Мысль о Тренте пронзила меня, как огонь. — Я должна найти Трента, — сказала я, поднимая сумку повыше на плече. — Могу я одолжить у кого-нибудь машину?
Глава 24
Снова шел дождь, и если бы не суббота, движение на дорогах было бы почти безвыходным. Но как бы то ни было, я проскочила на желтый свет на пустом перекрестке, слишком круто повернув, пытаясь одновременно звонить Тренту и вести машину. Первые два раза он не отвечал, но… третий раз не помешает.
— Сиськи Тинки, Рейч! — прокричал Дженкс, держась за основание зеркала заднего вида. — Положи телефон и веди машину. Давай я позвоню Квену. Он может знать, где Трент.
— Спасибо. — Я положила телефон в удобное мобильное устройство Дэвида, и Дженкс опустился, его искры стали раздраженно зелено-золотыми. — Машину Дэвида заносит, будто она на льду, — добавила я.
— Говорю тебе, Трент в порядке. — Дженкс пролистал ладонью список моих последних звонков. — Ты оставила его в больнице, ради Тинки.
Я оставила его с Ли. Выдохнув, я посмотрела на свое кольцо с жемчугом и сильнее сжал руль руками. Зазвонил телефон, и я почти схватила трубку, когда Квен наконец взял трубку.
— Рейчел. Можно я тебе перезвоню? — спросил старший эльф, в его низком голосе слышалось рассеянное, раздраженное напряжение: стопроцентное раздражение, ноль процентов интереса.
— Где Трент? — выпалила я, и он, казалось, заколебался.
— Э… — Послышался щелчок закрывающейся двери, а затем, громче, — насчет этого…
Костяшки пальцев на руле побелели, и я слишком резко затормозила перед знаком «стоп», шины заскрипели на мокром асфальте.
— Квен, Ли — это маг. Я узнала это от самой Паркер. Я оставила Трента с ним в больнице, и он не отвечает на звонки. Я верю ей. Где он?
Крылья Дженкса были расслаблены и неподвижны, когда он стоял у моего телефона, и когда Квен ничего не сказал, меня пронзил страх, быстрый и острый.
— Квен? — подсказала я, и он перевел дыхание.
— Я бы и сам усомнился, что Паркер лжет, да вот только это придает смысл моему утру, — сказал Квен. — О.В. здесь с ордером на поиск неопределенной контрабанды, как наркотической, так и магической. Они необычайно тщательны.
— Ли винит Трента в смерти своей маленькой дочери, — сказала я, не в восторге от почти безразличной реакции Квена. — Трент не отвечает на звонки. Он не знает, что Ли сошел с рельсов. Кто-то умер, чтобы создать второе кольцо чакры, и… Паркер… — Я затолкала чувство вины за нее вглубь. Эта женщина предпочла бы умереть, чем сидеть в тюрьме. Теперь она была свободна.
Крылья Дженкса гудели.
— Квен, с Трентом все в порядке. Второе кольцо появилось на фестивале.
«Стеф», подумала я. Но я же видела ее в больнице. Это была не она.
— Трент не в порядке. Если бы он был в порядке, то отвечал бы на звонки.
— Он не отвечает на звонки, потому что я сказал ему этого не делать, — сказал Квен, и я свернула на Оук-Стафф, заставив себя замедлиться, дворники забили в слишком быстром ритме. — Когда О.В. появились в поместье, я велел ему залечь на дно и не отвечать. Пока кольцо с жемчужиной остается белым, он в порядке. — Он заколебался. — Оно же белое, так?
— Да. — Я уставилась на кольцо, рука дрожала, пока я вела машину. Никаких мигающих огней на обочине. Это хорошо. — У тебя нет для него GPS-амулета? Ведь ты даже не разрешал ему водить машину до двадцати трех лет.
— Нет, — мягко сказал Квен. — Его разыскивают для допроса по очень тревожным обвинениям. Я бы удивился, если бы ты тоже не была в этом замешана. Отключись от телефона и исчезни. Держись подальше от церкви и всех, кого знаешь.
Раздраженная, я посмотрела на шпиль.
— Спрятаться. Конечно. Сразу после того, как я сделаю амулет для Трента.
— Рейчел, это не шутка, — начал Квен, и я бросила трубку.
Крылья Дженкса тихо гудели, когда он поднимался в воздух.
— Тревожные обвинения?
— Выбирай, — пробормотала я, резко сворачивая направо, к церковному гаражу. — Если за ордером стоит Ли, это может быть что угодно.
Мы оба работали вне закона, когда это было необходимо. Черт, я только что безвозвратно превратила женщину в волка. Я сделала это, потому что это была моя работа, но это все равно было незаконно. Город спускал мне это с рук только до тех пор, пока я отстаивала их интересы. Это было новое место, и я не была уверена, что оно мне нравится.
— Рейч, дай мне минутку, чтобы проверить территорию, — сказал Дженкс, и я кивнула, расстроенно открывая для него окно.
— Следи за температурой! — крикнула я, когда он выскочил под дождь, и он нетерпеливо мигнул красным, прежде чем скрыться за стеной и в саду. Я задержалась в машине, наклонившись под неудобным углом, чтобы взглянуть на шпиль. Он был пуст. Сегодня утром Бис заснул на вершине башни Кэрью и не проснется до захода солнца.
Я еще глубже вжалась в сиденье машины, перебирая пальцами дорогую кожу, по которой струился дождь. Во дворах было тихо и пусто. На обочинах лежали мокрые листья, а на ступеньках перед домом стояли первые вырезанные тыквы, готовые к Хэллоуину. Я даже не задумывалась о том, кем хочу нарядиться в этом году, чтобы раздавать конфеты. Возможно, офицером транспортной полиции. Эти парни были страшными.