Демоны добра и зла (ЛП)

— Мило, — сказала я, вспоминая, как меня били за то, что я не такая, как все — пока я не стала достаточно сильной, чтобы отбиться.
— Мило? Нет. Харт был большой занозой в заднице. — Сосредоточившись на далеком воспоминании, он заправил прядь волос мне за ухо. — Выключить свет, — сказал он, а потом, когда ничего не произошло: — Выключить свет!
Комната погрузилась в темноту, кроме отблесков огня, и я моргнула, ожидая, пока глаза приспособятся. Улыбка Трента была любящей, а в его прикосновении читался явный вопрос.
  
— О, мне это нравится, — ответила я, и что-то словно опустилось в глубину моей души, заставив пульс участиться от надвигающейся потребности. — А насколько ты уверен, что сюда не заглянет следователь?
— Сегодня пятница. — Трент склонил голову рядом с моей и вздохнул, пальцами обхватывая мою талию, вызывая восхитительную дрожь. — Мне повезет, если я увижу кого-нибудь до вторника. Кроме того, почему, по-твоему, Бис и Дженкс плюются через дорогу? — В его взгляде читалась любовь, пока он водил рукой по моим волосам. — За тебя все еще цепляются мистики.
— Да, они такие. Они склонны держаться вокруг вещей, которые, по их мнению, могут их развлечь.
Но меня пробрала дрожь, когда они отстранились от его прикосновения, и крошечные струйки энергии пронзили меня, как лед. Я закрыла глаза, и я потянулась к его уху, нежно коснувшись его губами. — У тебя здесь есть работающая трехместная ванная? — прошептала я.
— Есть, — сказал он с весельем в голосе. — Что-нибудь еще?
— Нет. — Я обвила руками его за шею и покусывала его ухо. — Это хорошо для меня. — Расслабившись, я послала через него ленту энергии лей-линии, наслаждаясь его новым напряжением. Положив голову ему на плечо, я расстегнула одну, потом две пуговицы его рубашки и провела рукой по его груди.
— Мммм, — прошептал Трент, и мой пульс участился в предвкушении, когда он стянул с меня рубашку и бросил ее на стул позади нас.
Пуговицы… Я хотела просто дернуть за эти чертовы штуки и сорвать с него рубашку, но не была уверена, что у него есть другая, и я пыталась сосредоточиться, чтобы просунуть их в дырки, пока он поднимал меня на колени и ласкал мою грудь, оттягивая, дергая… требуя.
Я обхватила его ногами, скрестив лодыжки, и когда сжала его, он сильно ущипнул меня, вызвав во мне острый, как удар хлыста, спазм желания.
— Дерьмо на тосте, я не могу снять это… — пробормотала я, а потом сдалась и толкнула его, чтобы он оказался между мной и овчиной. Он усмехнулся, и я потянулась к его молнии.
С этим я справилась, даже когда он продолжал играть со мной прикосновениями, поднимаясь по спине, прослеживая путь по позвоночнику, соблазнительно изгибаясь вперед. Я затрепетала, нашла его губы своими, когда он добрался до моей молнии и расстегнул ее на один мучительный зубчик за раз.
«Спорим, я смогу заставить его ускорить процесс», подумала я, просовывая руку под его обтягивающие трусы и нащупывая его. Я дьявольски улыбнулась от его вздоха, а затем ахнула, когда он схватил меня за плечо и перевернул, прижав к себе между мягкой овчиной и своим требовательным присутствием. В плену.
Это было то место, где я хотела быть. Я играла пальцами с его волосами, мои брюки были свободны на бедрах, а его полуопущены, пока он медлил, любовь и страсть были в его взгляде.
— Как же мне так повезло, — сказал он, и я притянула его к себе, наслаждаясь его весом.
— Ты упорный, — прошептала я, и мы поцеловались, когда он накрыл меня, одной рукой поддерживая свой вес, а другой задерживаясь на моем боку, поглаживая его и опускаясь ниже, находя мои изгибы.
Я потянулась к нему, чтобы почувствовать, как он напрягся. У него перехватило дыхание, и этот звук донесся до глубины моей души и пронзил меня насквозь. Я оттолкнула ногой его брюки и случайно сбила доску для сыра.
Но ни одному из нас не было до этого дела, когда он нашел губами мою грудь, заставив меня напрячь бедра. Моя хватка на нем усилилась, и я выгнулась дугой, пытаясь найти его.
Он прижался ко мне, поддразнивая, его губы сводили меня с ума, исследуя до тех пор, пока я не стала сходить с ума от желания. Мои брюки куда-то запропастились, и я обхватила его ногами, требуя, чтобы он сделал хоть что-нибудь, вытягивая из него тончайший след энергии лей-линии, когда мои пальцы коснулись внутренней стороны его бедра.
Он застонал, глаза закрылись, его губы маняще нашли мои.
Трели энергии лей-линии искрились, проникая от моих губ к паху. Не в силах ждать, я потянулась к нему, направляя его к себе. Я задрожала, едва не кончив, когда он вошел в меня, и мы стали двигаться вместе. Я не могла думать, потерявшись во всем этом, мое тело отвечало ему, разгоняя страсть.
Его тело навалилось на меня всем весом, и дикий отклик поднялся, когда он неуверенно потянул энергию линии из моего ядра, а оставшиеся мистики вызвали неожиданный всплеск энергии везде, где соприкасались наши тела. Я задыхалась, когда его движения становились все более требовательными, подталкивая меня к наслаждению.
Желая получить все, я потянулась к энергии между нами, втягивая ее через него в такт его движениям. Его мужская энергия закрутилась во мне, и он застонал, почти зарычал, вырывая свою энергию обратно, забирая больше того, что принадлежало ему, и оставляя меня задыхающейся.
Я судорожно сжала руки на нем от дикой потребности. Он низко наклонился, все еще находясь внутри меня, находя зубами мою шею.
— Моя, — прошептал он, и я вздрогнула, когда он нашел мой старый вампирский шрам и провел по нему. Я задрожала, все мое тело охватила страсть.
Почувствовав это, Трент напрягся и с содроганием вздохнул, впиваясь зубами в меня с новой силой. Чувства пронеслись по мне, и я тоже достигла кульминации, застонав, когда наши энергии слились в одно целое. Вместе мы застыли, зависнув в дымке удовлетворения, и ничто, кроме ощущений, не окутывало нас.
Учащенно дыша, я лежала под ним, ощущая небольшие толчки удовольствия и зная, что это не продлится долго.
Затем Трент поднял голову и посмотрел на меня, его вес сместился, и он оперся на плоскую часть руки.
— Не уходи, — вздохнула я, и он улыбнулся, перебирая пальцами волосы у моих ушей.
— Никогда, — сказал он и опустил голова снова, примостившись рядом. Обессиленный.
Я прочертила пальцами магические глифы на его плече и почувствовала, как он расслабился, прижавшись ко мне.
— Ты в порядке? — спросила я, вспомнив, что обычно он был бодр после наших занятий любовью, а он выглядел таким… расслабленным.
— Да, — сказал он хрипло с некоторым сожалением. — Я хотел, чтобы это длилось дольше. — Вздохнув, он посмотрел на разбросанный поднос с сыром и рассыпанный хлеб. — Ты сводишь меня с ума, Рейчел. — Наклонившись, он поцеловал меня, потный и сладкий.
Я потянулась, чтобы остаться с ним, когда он отстранился, и он задержался, затягивая поцелуй.
Но в конце концов наши губы разошлись, и я упала на овчину.
— С запоздалым днем рождения. Надеюсь, тебе понравится твой второй подарок, потому что я не могу его вернуть, — сказала я, и его усмешка превратилась в ворчание, когда он попытался отстраниться от меня и понял, что не может. Пока не может. Мое тело отказывалось отпускать его. И там, где раньше я находила это бесконечным смущением, теперь я потянулась, чтобы притянуть его к себе. Я не собиралась отпускать его. Ни за что. Он прилагал огромные усилия, чтобы соединить наши жизни, и это значило для меня больше, чем что бы то ни было.
Я почувствовала, как он улыбается, крепко обнимая меня, и переместила его так, чтобы мы лежали бок о бок, все еще соединенные, сплетенные в отблесках газового огня. В местах соприкосновения между нами проскакивали маленькие искорки энергии, и, когда он погладил мое плечо, я почувствовала, что мои мышцы наконец-то расслабились.
  
Вздохнув, Трент переместил свой вес, его рука легла на меня, прижимаясь ближе. Постепенно его дыхание выровнялось.
— Трент? — прошептала я, удивляясь. — Ты спишь? Полагаю, я могу сама найти ванную. Это не так уж и далеко.