Демоны добра и зла (ЛП)

— Что-нибудь крахмалистое или, может быть, сыр.
— Тарелку с сыром и ремесленным хлебом. — Резко кивнув, Трент зашагал в слабо освещенную темноту. — Вернусь через секунду. Дженкс, хочешь воспользоваться моим телефоном? На кухне прием лучше. Что-то насчет световых люков.
— Конечно, это так, — прошептала я, убирая телефон. Я чувствовала себя одинокой, слушая неразборчивые голоса Трента и Дженкса, а мои ботинки топали по гипсовому полу, пока я добиралась до будущего кабинета, освещенного оранжевым светом. Камин уже согревал помещение, и я поставила сумку рядом с пыльным кожаным креслом. Здесь было только одно кресло, но рядом стоял маленький столик с пультом от телевизора и экземпляром «Орхидеи Дайджест». На обложке красовался Трент со своей последней разработкой, и я подняла брови. Очевидно, он проводил здесь больше времени, чем я думала. На обложке был указан адрес доставки — Кэрью Тауэр.
  
— Еда уже в пути, — сказал Трент, и я повернулась, с удивлением увидев толстую овчину, накинутую на его руку. — Мы можем поесть на балконе, если хочешь, но я подумал, что огонь…
— Будет идеальным, — закончила я и помогла ему разложить овчину перед столом и креслом. — Как мило, — сказала я, снимая сапоги и устраиваясь поудобнее. — Ты приводишь сюда всех своих дам?
Трент усмехнулся, его равновесие было идеальным, когда он снял парадные туфли и ступил на овчину.
— Только тех, у кого хватит смелости забросить меня на дерево.
— Значит, я единственная. — Сияя, я притянула его к себе и подарила поцелуй, продолжительность которого обещала еще больше. — Сколько времени осталось до доставки еды?
Трент достал из кармана телефон и положил его на стол.
— Десять минут?
— Ух ты. Быстро. Спасибо, что избавился от Дженкса, — облегченно вздохнула я, но потянулась к нему, когда раздался шум крыльев Дженкса.
— Эй, ребята? Ух ты! Вы что, не можете подождать до еды? — сказал он, и я со вздохом откинулась назад.
— Если церковь не горит, это может подождать, — сказала я, и Дженкс покачнулся вверх-вниз.
— Как насчет машины О.В. спереди. Гетти говорит, что они говорят о вас.
— Отлично. — Настроение испортилось, я достала телефон и увидела, что Вивиан наконец-то ответила на мое сообщение. Очевидно, она ждала нас в вестибюле. Упс.
— Ты должна ей позвонить, — сказал Трент, и я неохотно нажала на значок. Трент включил телевизор над камином и стал перелистывать каналы, пока не нашел местные новости. Конечно, это был снимок больницы снаружи, дикторша одной рукой держала микрофон, а другой пыталась удержать волосы, чтобы они не растрепались под порывами тумана. Неудивительно, что у моего бордюра стояла машина. Трент включил субтитры, звук выключил, и их разговор шел не только о мистиках в больнице, но и о магических осечках, которые произошли в городе больше года назад.
«Вызови эльфийскую богиню, и они никогда не забудут», подумала я, недовольная тем, что на экране промелькнула больничная палата. К счастью, на кадрах было видно только, как мы с Трентом оттаскиваем всех в угол, а затем экран становится белым, когда я вызываю кольцо. Часть, где мы с Трентом уложили всех, вероятно, была утаена и изучалась на предмет возможного судебного преследования.
— Рейчел? Я так зла на тебя! — сказала Вивиан, взяв трубку, и я почувствовала, что мне стало тепло. «Боже, помоги мне, неужели мои волосы были такими дикими? Чертовы мистики».
— Э, привет? — сказала я, и Трент коснулся моего плеча, когда положил пульт и тихо ушел, надеясь проверить наш ужин. А может, он просто не хотел слушать, как меня хает блондинка ростом пять футов и два дюйма (158 см), весом сто двадцать фунтов (54 кг), пользующаяся поддержкой целой демографической группы людей. — Наверное, мне следовало уточнить, где я нахожусь.
— Думаешь? — Ее голос был напряженным, полным гнева. — Я ждала двадцать минут. Я должна была догадаться, что это ты, когда прозвучал сигнал тревоги.
— Мне очень жаль, — сказала я, глядя в телевизор и молясь, чтобы новости были сосредоточены только на этих последних пяти секундах. — Я собиралась подождать, но у Кайли случился приступ, и, серьезно, Вивиан, они не стали меня слушать. Я не могла позволить ему умереть.
— Рейчел, я не знаю, что теперь делать, — сказала она так, словно жизнь Кайли не имела никакого значения. — Я понятия не имею, что ты сделала, чтобы оживить их.
Я жестом указала на телевизор, где на заднем плане шли уродливые кадры, о которых говорили два репортера.
— Я нашла проклятие в старой комнате Ходина. Коснись линии, нацель кольцо, произнеси слова. Ничего особенного. Вивиан, я захватила книгу, чтобы показать тебе. Ты должна мне поверить.
— Нет, не должна, — холодно ответила она, и мой пульс участился. — Но я верю. Это на основе кольца? Я хочу на него посмотреть.
Я с беспокойством посмотрела на свою сумку, лежащую на плече рядом с креслом Трента.
— Ах, да. Конечно. Завтра все еще нормально? — Я думала, что снятие проклятия с людей Кэсси поможет, а не усугубит ситуацию. Ковен, очевидно, интересовался процессом, а не результатами.
— Завтра, — сказала она, и я выдохнула, радуясь, что у меня есть такая возможность. Репортаж сменился, показывая ту же комнату, но теперь в нем все четверо сотрудников Кэсси сидели в постели, перед ними стояли подносы с супом и пудингом. Вивиан тоже была там, ее брови были нахмурены, когда она разговаривала с охранником, прижимавшим полотенце к кровоточащему носу. В своем белом пальто и с идеальной прической она была явно рассержена, но держалась уверенно.
— Я смотрю тебя по телевизору, — сказала я, и Вивиан слегка надулась. — Ты выглядишь расстроенной.
— Да, — сказала она. — Ты согласилась держать меня в курсе событий, а сама от меня отмахнулась. Опять.
— Я принесла книгу… — начала я, опустив глаза на свою сумку.
— Намерение, — перебила она, — заключалось в обмене информацией. Остальным членам ковена нет дела до результатов.
С камина донесся смешок Дженкса.
— Они хотят знать, что ты делаешь, и как ты это делаешь. Рейчел. Я не могу выразить, насколько глубоко ты в дерьме. Дай мне лопату, чтобы я тебя откопала.
— Знаю, — сказала я, отвернувшись от телевизора. — У меня все есть. Ты сможешь все увидеть, — добавила я, чувствуя прилив страха. — Завтра. Моя церковь. В два часа. Я бы сделала это раньше, но я работаю в охране Трента на кофейном фестивале.
— В два часа, — подтвердила она.
— Хорошо, — слабо сказала я, радуясь, что Ли провел меня в комнату Ходина. — Но, Вивиан, ты должна мне поверить. Я не знала, что было в проклятии Брэда, когда исполняла его. Ходин мне солгал. — Формально Стеф добавила запрещенные ингредиенты без моего ведома, но я не собиралась бросать ее под автобус. Я хотела получить проклятие. Я использовала проклятие. Это было мое проклятие.
— Намерение имеет значение, — сказала женщина, и мне стало легче. — Но если остальные члены ковена не поверят тебе, это ничего не будет значить. — Женщина вздохнула. — Для изгнания нужно всего две трети голосов, а второго «против» найти не так-то просто. Где ты сейчас?
— Прячусь от О.В., - прямо сказала я, и Дженкс захихикал.
— Наверное, это хорошая идея, — сказала Вивиан. — Дойл хочет вызвать тебя на допрос.
— Ты предлагаешь мне оставаться в тени? — спросила я, получив в ответ нейтральное «мммм».
Фоновый шум стал глуше, и отчетливо послышалось щелканье каблуков Вивиан.
— Оставайтесь на месте. Ты ничего не сможешь мне показать, если будешь сидеть в камере О.В. Может, нам стоит встретиться где-нибудь еще, кроме твоей церкви?
  
— Вы можете встретиться здесь, — сказал Трент, когда вошел, держа в руках поднос с тарелками, покрытыми фольгой, и я быстро перенесла его «Орхидею Дайджест» на стул.
— Как насчет ресторана «Керью Тауэр»? — предложила я, и Вивиан издала радостный звук.
— Договорились, — сказала она. — Я забронирую столик.
Телефон щелкнул с поразительной внезапностью, и я выдохнула, а моя просьба добавить место для Трента осталась невысказанной.