Страшные истории. Метро после полуночи

– Но это только начало, – продолжал Боря. – Умная девочка, как ты, может приносить гораздо больше пользы. Можешь помогать с документооборотом, переводами, компьютерной работой.
Анна понимала, что ее пытаются втянуть глубже в преступную деятельность. Чем больше она будет участвовать в работе банды, тем сложнее будет потом доказать свою невиновность, если удастся сбежать.
– А что, если я не смогу выполнить план? – осторожно спросила она.
  
– Не сможешь? – Боря нахмурился. – А почему не сможешь? Ты же согласилась работать.
– Просто интересуюсь, какие могут быть последствия.
Боря подошел к стене, где висела доска с фотографиями. Анна с ужасом поняла, что это снимки пленников до и после наказаний. Изуродованные лица, отрезанные пальцы, сломанные конечности.
– Видишь эту галерею? – спросил Боря. – Это те, кто не выполнял планы или нарушал правила. Мы не садисты, но дисциплина должна быть железной.
Он показал на одну фотографию – молодая женщина с выжженным клеймом на лбу.
– Эта красавица пыталась сбежать. Теперь все знают, что она беглянка. Клеймо – это метка на всю жизнь.
Анна содрогнулась. Система наказаний была продумана так, чтобы сломить волю любого человека. Физическая боль сочеталась с психологическим давлением и социальной стигматизацией.
– Но хватит о грустном, – сменил тон Боря. – Ты же будешь хорошей девочкой, правда? Тогда никаких неприятностей не случится.
Валера принес папку с документами.
– Вот твоя легенда, – сказал он Анне. – Изучи внимательно. Теперь ты Ирина Петрова, студентка педагогического института. Родители умерли, родственников нет. Живешь одна, подрабатываешь эскорт-услугами.
В документах был целый набор – поддельный паспорт, справки, даже фотографии в студенческой форме. Анна поняла, что преступная группировка работает очень профессионально.
– А если меня поймают? Если начнут проверять документы?
– Не поймают, – уверенно сказал Боря. – У нас есть связи в полиции. Кроме того, клиенты заинтересованы в конфиденциальности не меньше нашего.
Боря объяснил, что первое время Анна будет работать под присмотром более опытных девушек. Ее будут возить на встречи с клиентами, но всегда в сопровождении охраны. Попытка сбежать или обратиться за помощью приведет к жестокому наказанию не только ее, но и других пленников.
– Мы работаем по принципу коллективной ответственности, – пояснил он. – Если один нарушает правила, страдают все. Это очень эффективно удерживает от глупостей.
Анну отвели в другое помещение, где находились женщины, готовящиеся к "работе". Здесь был импровизированный салон красоты – зеркала, косметика, одежда. Несколько девушек красились и приводили себя в порядок.
– Познакомься, это Ирина, – представил Валера. – Будет работать с вами. Покажите ей, что к чему.
Одна из девушек, блондинка лет двадцати пяти по имени Наташа, взяла Анну под опеку.
– Садись, покрашу тебя, – сказала она. – Клиенты любят ярких девочек.
Пока Наташа накладывала макияж, она тихо объясняла правила выживания.
– Главное – не сопротивляться открыто, – шептала она. – Притворяйся покорной, но всегда ищи возможности. Запоминай лица охранников, маршруты, время смены караула.
– А ты долго здесь? – спросила Анна.
– Восемь месяцев. Поначалу думала, что умру или сойду с ума. Потом поняла – нужно выживать и ждать своего шанса.
Наташа рассказала, что несколько раз видела попытки побегов. Почти все заканчивались неудачей и жестокими расправами. Но один раз группе пленников почти удалось сбежать через служебные тоннели.
– Михаил Петрович, тот дедушка, который попал сюда с тобой, – он знает схему тоннелей, – прошептала Наташа. – Работал в метро много лет. Говорит, что есть старые служебные ходы, которые выводят на поверхность.
– Почему же никто не сбежал?
– Охрана слишком плотная. Но главное – у Бори есть связи наверху. Даже если кто-то вырвется, его быстро найдут и вернут. А потом… – Наташа показала на шрам у себя на шее. – Потом делают так, чтобы другие не повадились.
Анна поняла, что планирование побега – это не просто вопрос физического выхода из подземелья. Нужно было продумать, как избежать преследования на поверхности, куда обратиться за помощью, кому можно доверять в правоохранительных органах.
– Есть одна женщина в полиции, – тихо сказала Наташа. – Майор Соколова из отдела по борьбе с торговлей людьми. Говорят, она честная, не на зарплате у мафии. Если кому-то удастся сбежать, нужно идти именно к ней.
Когда Анну привели обратно в камеру, Света уже вернулась с "работы". Выглядела она еще хуже – синяки под глазами, дрожащие руки, отсутствующий взгляд.
– Как дела? – тихо спросила Анна.
– Как всегда, – безжизненно ответила Света. – План выполнила. Завтра снова поеду.
Анна поняла, что у нее очень мало времени. Каждый день в этом подземном аду ломал людей все сильнее. Нужно было как можно скорее найти способ связаться с Михаилом Петровичем и узнать больше о возможных путях побега.
Засыпая на грязном матрасе, она думала о том, сколько людей страдает в этой преступной системе. Дети, которых ломают с малых лет. Женщины, которых превращают в рабынь. Мужчины, которых заставляют совершать преступления.
Кто-то должен был это остановить. И, возможно, этим кем-то должна стать она.
 
Глава 5: Побег через служебные тоннели
 
Анна проснулась от тихого шепота. Света склонилась над ней, глаза горели каким-то отчаянным огнем.
– Анна, проснись. У нас есть шанс, – прошептала она. – Михаил Петрович передал через Наташу. Он нашел карту служебных тоннелей.
Анна мгновенно проснулась окончательно. Прошло уже четыре дня с тех пор, как Боря дал ей время на размышления. Вчера ее заставили "работать" в первый раз – ехать к клиенту под конвоем. Она притворилась сломленной, но внутри ненависть и желание мести росли с каждым часом.
– Где карта? – шепотом спросила Анна.
– У Наташи. Михаил Петрович говорит, что есть старый служебный тоннель, который ведет к станции "Октябрьская" на поверхности. Но он заброшен больше двадцати лет. Не знаем, в каком состоянии.
Света рассказала план, который разработал Михаил Петрович. В три часа ночи, когда большинство охранников спали или были пьяными, небольшая группа должна была попытаться сбежать. Старик нашел способ открыть несколько камер одновременно – он работал с электриком, который обслуживал замки.
– Кто еще участвует? – спросила Анна.
– Наташа, Михаил Петрович, ты, я, еще трое мужчин и одна женщина. Девять человек. Больше нельзя – слишком заметно.
Анна понимала, что шансы на успех были минимальными. Но оставаться здесь означало медленно умирать или окончательно сломаться. Лучше погибнуть при попытке к бегству, чем превратиться в безвольную марионетку.
В назначенное время дверь их камеры тихо открылась. В проеме стоял невысокий мужчина лет пятидесяти – электрик Василий, который согласился помочь за обещание вытащить его вместе с остальными.
– Быстро, тихо, – прошептал он. – У нас максимум полчаса, пока охрана не заметит.
Анна и Света выскользнули из камеры. В коридоре их уже ждали остальные беглецы – Михаил Петрович с рулоном бумаги в руках, Наташа, трое мужчин, которых Анна видела в производственном цехе, и пожилая женщина по имени Вера.
– Карта здесь, – тихо сказал Михаил Петрович, разворачивая схему. – Это план служебных коммуникаций 1960-х годов. Нам нужно пройти два километра по заброшенному тоннелю. Если не ошибся в расчетах, выйдем к техническому помещению под "Октябрьской".
  
Василий провел их к служебной двери, которую вскрыл самодельной отмычкой. За дверью открылся узкий коридор, освещенный редкими лампочками. Воздух был спертым, пахло сыростью и затхлостью.
– Отсюда налево, потом прямо метров триста, – прошептал Михаил Петрович, изучая карту при свете маленького фонарика.