Мальн. Духи и Жертвы

– Зато ты моя. Куда я, туда и ты. Теперь я с тебя глаз не спущу. Одевайся.
Вокруг царил полумрак. Лишь отблески белых огоньков, проникающих сквозь распахнутые окна, скользили по темным стенам и черным мраморным плитам, отчего тонкие белые прожилки вспыхивали и переливались. Ветерок разносил по покоям вечернюю прохладу и запах дождя. От легкого дуновения колыхались черные бархатные шторы. Хотя Стейну нравился Мальнборн, и он любил свет, в своих комнатах он обычно предпочитал темноту. В ней он находил покой. В ней ему легче думалось.
Второпях он натянул штаны и накинул мятую черную рубашку. Спустя несколько минут, застыв в дверном проеме, с шутливым укором покосился на Райю.
– Знал бы, что ты будешь одеваться так долго, вздремнул бы.
– Ты и так почти сутки провел в постели, – огрызнулась она.
– Правильно, провел, а не проспал, – подмигнул он и открыл дверь.
Друзья собрались на ужин в обеденном зале.
Гелиен сидел, подперев подбородок ладонью, и смотрел в окно. Остальные молча попивали вино. Никого из детей, включая Кристана, за столом не было. Казалось, будто все старательно пытались сохранять спокойствие.
– Рубашку застегни, – бросил Гелиен, едва взглянув на вошедших.
– Неужто смущает вид моей обнаженной груди? Ты вроде как хотел, чтобы меня сюда притащили в чем мать родила, – упрекнул его Стейн с преувеличенным вздохом.
Уголки губ Гелиена дрогнули, а затем он и все остальные заметили гостью. Когда Райя приблизилась к столу, они встали и по очереди обняли ее. Крепче всех обнимала Арэя и не отпускала ее так долго, что Райя немного оторопела. Хотя ей и рассказывали, что королева испытывала вину за свой поступок в прошлом, подобная реакция все равно шокировала ее.
Память возвращалась к ней урывками, каждый час Райя восстанавливала в голове события из потерянного года, но там, где хранились воспоминания о проведенном у смерглов времени, была лишь пустота. Отчасти это успокаивало, ведь всем и правда хотелось верить, что Катан не лгал и она находилась в своеобразной магической коме.
– Замечательно, что вы здесь! Я жуть как голоден. – Стейн усадил любимую рядом с собой и сразу набросился на еду. Хотя стол был плотно заставлен разными блюдами, к еде больше никто не притрагивался.
– Мы умерли бы с голоду, если бы решили дождаться тебя, – сказал Гелиен.
– Ну, чего хотел-то? – с набитым ртом спросил Стейн. Его левая рука лежала на колене Райи. Это была безумная потребность не только находиться рядом с ней, но и постоянно чувствовать ее.
– Ты должен пообещать, что не вспылишь. – Черные глаза Гелиена смотрели на него чересчур внимательно.
Стейн удивленно изогнул брови.
– Ты меня с Алвисом перепутал.
Ал не фыркнул, как ожидалось, а лишь надменно усмехнулся краешком губ.
Стейн не понимал, как новый план может быть связан с его настроением, и вернулся к тарелке с мясом, щедро политым ароматным соусом. Но не успел даже донести вилку до рта.
– Обещай, – не отставал Гелиен.
– Что за ребячество? – пробормотал Стейн.
– Вот уж от кого странно это слышать, – проворчал Алвис.
– Вы закончили? – вмешалась Арэя, громко поставив бокал на стол. – Стейн, есть способ спасти Кристана. Но тебе этот план не понравится.
Состояние расслабленности, которое еще несколько мгновений назад ощущал Стейн, исчезло. Его плечи напряглись.
– Слушаю.
Арэя настороженно переглянулась с мужем, прежде чем ответить:
– Мы должны заключить сделку с королем смерглов и работать вместе с ним.
Ярость мгновенно затмила взор. Все, что он давным-давно запрятал в глубине души, едва не вырвалось наружу.
– Вы что, с ума сошли? – Стейн не узнавал собственный голос. Он поморщился от воспоминаний и будто наяву почувствовал металлический запах крови. Крови отца. Больно сдавило внутренности. Он коснулся пальцев Райи, пытаясь прогнать жуткий образ того, как она тянулась к нему, а он не мог ее поймать.
Через стоявший в ушах гул прорвался голос Гелиена:
– Так сказал Кьелл. Другого выхода нет.
  
– Катан чудовище! Он не станет нам помогать, – с трудом сглотнув, произнес Стейн.
– Не нам, а ему. – Гелиен кивнул в сторону двери, словно Кристан сейчас стоял прямо за ней.
Воцарилась мертвая тишина. Казалось, кто-то выкачал воздух из зала.
Стейну потребовалась вся сила воли, чтобы успокоиться и подавить гнев, заточить его туда, где томилась старая боль.
– Подожди, как это Кьелл? – спросил он, когда все внутри него перестало вопить и разум наконец-то прояснился.
Гелиен рассказал о своем плане и о том, чем они с Хэвардом занимались последние сутки. Стейн знал, что Манус посещал Гелиена в прошлом, но слышать, что друг подобным образом встречался и с Кьеллом, было как минимум странно.
– Ты потерял отца, – осторожно произнес Гел, – и его уже не вернуть. А я не хочу потерять сына. Мстить будем потом. Сейчас мы должны спасти Кристана.
Небесно-голубые глаза Арэи поблекли, словно их затуманила боль. Красивое лицо Свеи побледнело, утратив привычный румянец.
«Нет. Так нельзя. Нужно собраться».
Стейн уже намеревался повести себя как эгоист, но любовь к близким была сильнее его ненависти к смерглам.
«Месть бессмысленна, если ее цена – смерть».
– Хорошо, – буркнул он, хотя это далось ему с большим трудом.
«Владей собой!»
Гелиен прищурился:
– Ты точно способен держать себя в руках?
«А ты?» – хотелось спросить Стейну, но, в отличие от него, Гелиен не просто сохранял самообладание: его лицо выглядело каменным.
– Точно, – сказал Стейн с уверенностью, которую вовсе не чувствовал.
– Идите и приведите себя в порядок. И надень что-нибудь приличное. – Гелиен кивнул на его мятую, криво застегнутую рубашку, а затем потянулся, чтобы налить в бокал вина.
– Зачем?
– Через час мы отправляемся с визитом в Аланту.
– В Аланту? На чертов крайний север? – Стейн невесело усмехнулся. – Вот уж увольте!
Впервые он посетил Аланту вместе с Райей, однако их путешествие оказалось чересчур коротким. Уже через пару дней с Финном и Эриком они вернулись в Хадингард, и он не успел посмотреть ледяное королевство. Ему запомнились только впечатляющий запах снега и молодой хвои и лютый холод, который пробирал до мозга костей.
Впоследствии ему приходилось бывать в Аланте еще не раз. В отличие от Кристана, которого привлекали снежные дюны, каждая поездка Стейна была вынужденной и связана лишь с государственными делами, поэтому его нисколько не прельщало отправиться на крайний север с чисто дружественным визитом, поскольку друзей он там не завел. Да и его отношения с королем Аланты оставались вежливо-натянутыми. Ему не удалось сблизиться с Лареном, хотя, по правде говоря, Стейн и не пытался. После потери Райи перспектива завести новых друзей заботила меньше всего.
– Кристан хочет повидаться с друзьями, – сказал Гел. – И я этого хочу. Если вдруг ничего не выйдет, эти дни для каждого из нас могут стать…
«Последними», – мысленно закончил Стейн.
Все это понимали. Спасет Гелиен сына или нет, неминуемая битва со смерглами может стать концом для всего Мальнборна.
– Вы все – наша с Кристаном семья, а в Хадингарде наша вторая семья. В общем, сегодняшний вечер мы должны провести вместе, – подытожил Гелиен.
– Так давайте отправимся в Хадингард или пригласим всех сюда, зачем тащиться на крайний север?
Стейн заметил, как после его слов побледнело лицо Арэи и задрожали руки. Она засунула их под стол, пытаясь скрыть дрожь, а затем посмотрела на Гелиена.
– На этом настоял Кристан. Он сказал, что соскучился по ледяным просторам и хочет… в последний раз увидеть снежные дюны. Ему они почему-то нравятся. – Широкие плечи Гелиена дрогнули, и он повернул голову к окну. Потом резко встал и молча покинул зал.