Мальн. Духи и Жертвы

Но не к нему.
Стейн держался как мог, но потом все же решил наведаться на первую за столько лет тренировку Райи. Словно почуяв его настроение, мрачные грозовые тучи наползли на солнце, полностью закрыв его, и на землю опустились ранние сумерки. Он шумно втянул душный воздух с явным запахом приближающегося дождя.
На тренировочной площадке воины окружили Райю и поздравляли ее с возвращением. Она же лукаво улыбалась всем в ответ. Некоторые мужчины, позабыв об осторожности, по давней привычке перешли на флирт, но при виде командующего с диким взглядом (а Стейн был уверен, что именно такое выражение сейчас отражалось в его глазах) поспешили ретироваться и приступить к тренировке.
Райя сердито зыркнула на него, но ничего не сказала.
И хотя именно сегодня у него было полно дел, Стейн не стал никуда уходить. Любое лишнее движение кого-то из воинов в ее сторону пробуждало в нем желание раскидать своих соратников по площадке. Они быстро это поняли, и в конце концов тренировалась Райя практически одна.
– Может, прекратишь уже? – выкрикнула она.
Опираясь локтем на оружейную стойку, Стейн невинно захлопал ресницами.
– Что?
– Ты мешаешь нам тренироваться!
– Каким образом?
Серебристые ободки вокруг зрачков Райи сверкнули, и в них показалось раздражение.
– Не прикидывайся дураком.
– Я просто стою в стороне и смотрю. – Стейн пожал плечами. Он достал тренировочное копье и сделал вид, что внимательно изучает его. Хотя любое оружие всегда было в безупречном состоянии.
– В том то и дело! Еще немного, и твои глаза начнут метать молнии!
– А нечего руки распускать, – достаточно громко сказал Стейн, и воины с опаской покосились на него. Он ни капли не раскаивался, даже несмотря на то, что каждый из этих парней был его верным соратником. Его личный отряд, с которым они вместе начинали и вместе росли. Потом, когда Стейн стал военачальником, остальные встали под его командование. И хотя парни не имели способностей, каждый из них был лучшим из лучших и не уступал в силе даже элитным воинам.
Да, он ревновал. Его соратники не посмели бы перейти границы, но внутри него словно сработал первобытный инстинкт, не позволяющий мириться с тем, чтобы кто-то касался его женщины.
– Это спарринг, болван. Уходи! – предостерегла его Райя.
Стейн медленно изогнул губы.
– Или что?
Она неспешно приблизилась к нему, и он одарил ее дразнящей улыбкой, прекрасно зная, что его дикая кошечка задумала.
Когда Райя со всей силы ударила его под дых, он не стал блокировать выпад. Он согнулся пополам, глотая ртом воздух, а потом рассмеялся, что только сильнее разозлило ее. Она снова замахнулась, но Стейн перехватил ее руку, заломил за спину и притянул Райю к себе.
– Потрясающе. Когда ты злишься, становишься еще красивее. Кстати, нападение на главнокомандующего чревато разжалованием или еще более серьезным наказанием.
– Так накажи меня, – с вызовом ответила она.
– О, я обязательно накажу, – усмехнулся ей на ухо Стейн. – Но ты должна была помнить, что я предугадаю удар.
Хоть Райя и забыла об их отношениях, она не могла не помнить о его способности.
– Зачем тогда позволил ударить?
– Я позволю ударить себя еще тысячи раз, – он провел губами по ее шее, – лишь бы ты снова коснулась меня, милая Райя. – Ее имя он произнес, как раньше: растягивая слоги, будто старался сохранить его вкус на языке. Пальцы крепче сжались вокруг ее запястья, намекая на то, что он не собирался отпускать ее. Она замерла и даже не попыталась сопротивляться, а когда Стейн снова скользнул губами по ее шее, лишь протяжно выдохнула. – Ты вспомнишь меня.
– Я помню тебя, – прохрипела она.
– Ты вспомнишь нас.
Он ослабил хватку, и Райя, вздрогнув, вырвалась из его объятий.
– Еще раз тронешь меня без разрешения… – Ее голос сочился ядом, но Стейн видел, как в этот момент блестели янтарные глаза.
Он растянул губы в очередной усмешке.
– Хотел бы я сказать, что у меня не было подобной цели, но тогда пришлось бы солгать. Однажды ты сама будешь умолять меня прикоснуться к тебе. А до этого обещаю больше не касаться тебя.
  
Райя оцепенела. Она злобно открыла рот, но тут же захлопнула его.
Стейн хохотнул и покинул площадку.
Едва он вошел во дворец, и все веселье испарилось. Он был не в том настроении, чтобы заниматься делами, но два часа назад – вместо тренировки – должен был явиться в зал совета на встречу с Гелиеном.
Стейн толкнул дверь, сомневаясь, что друг еще там, но тот сидел за столом, обложившись документами. Верх его костюма висел на спинке кресла, рубашка была помята и наполовину расстегнута, а волосы – растрепаны: видно, он не раз запускал в них руку. Мгла успела полностью затянуть все небо, и в зале царил полумрак – лишь стоявшая на столе лампа с белым светом разгоняла тени вокруг короля.
– Знаю, можешь не причитать. Я опоздал.
– Это мягко сказано, – ответил Гелиен, отодвинув бумаги, которые просматривал, и расправил затекшие плечи.
– Прости, – пробормотал Стейн. – Я сейчас сам не свой.
– Понимаю, иначе ты бы так легко не отделался.
Стейн фыркнул.
– Занят?
– Надо разбирать дела Совета. Столько всего наверстать. Алвис недавно ушел. Останься он еще ненадолго, и моя голова взорвалась бы от потока информации. Хотел попытаться вникнуть в одиночестве. – Заметив выражение его лица, Гелиен добавил: – Но это может подождать.
Стейн подошел, сел за стол и молча уставился в окно, за которым наконец разразилась гроза. Вдалеке загрохотал гром.
– Я догадываюсь, о чем вы думаете. Райю отпустили неспроста. И неспроста держали столько лет в Сумеречных землях, заставляя нас считать ее мертвой. За ней присматривают?
Лицо Гелиена помрачнело.
– Только Тален. Я хотел сказать, но ты…
– Знаю, я не возражаю. Мы должны выяснить, что с ней случилось. – Последние слова дались ему с трудом, хоть он и смог совладать с собой.
Стейн не сомневался в одном: это была их Райя, иначе она не вошла бы в город. Но была ли это та Райя, которую он знал и любил? И как на самом деле восемнадцать лет заточения в Сумеречных землях отразились на ней?
– Да, должны, – с заметным облегчением сказал Гелиен. – Никаких сдвигов?
– Нет. Она не была готова ко встрече со мной и разговорам о нас. Похоже, я перегнул палку. – Стейн ненадолго задумался. Райя первой пришла к нему, но тогда он переусердствовал с напором. – Я бы хотел, чтобы вы с Хэвардом попробовали восстановить ее память.
– Насильно? – спросил Гелиен, пристально наблюдая за его реакцией.
– Нет. Конечно, нет. Я поговорю с ее родителями. Они наверняка согласятся и постараются убедить ее. Если бы смерглы что-то сделали с ней, если у нее плохие намерения относительно тебя…
Гелиен напрягся, будто удивился его словам.
– Я не сотру ее имя, если ты об этом. Мальнборн – ее дом. Мы не отворачиваемся от близких, помнишь?
За столом вновь стало тихо.
Гелиен выглядел спокойным, в отличие от самого Стейна. Но он знал: как бы друг ни пытался походить на своего деда, у него ничего не выйдет. Они были совершенно разными. Кьелл был сдержанным сам по себе, а Гелиен лишь с виду хотел таковым казаться. Он – ликальн, и свою суть ему не переделать, да это и не нужно. Стейну он нравился таким, какой есть.
– Хочешь поговорить о прошлом? – спросил Гелиен.
– Зачем? Райя здесь, и это все, что имеет значение. Только помоги мне вернуть ее.
Стейн не желал вдаваться в подробности и тем более вспоминать былое. За прошедшие годы ему с лихвой хватило бесконечных попыток разговора, жалости и сочувствия, а в этот вечер он просто не хотел быть один.
– Я в порядке, – заверил он, поймав пристальный взгляд черных глаз.
– Мне-то не заливай.
– Да иди ты.
Гелиен натянуто улыбнулся.
– Меня тогда не было рядом, но сейчас я сделаю все, чтобы помочь тебе. – В его словах слышались боль и чувство вины, хотя это именно друзья были в долгу перед ним. Он незаслуженно корил себя за то, что оставил их.