Звездная ведьма (ЛП)

— Он здоров? — спросила Лиана глядя в потолок, а не на ребёнка.
— Он маленький, но здоровый, — заверила Айседора, — как я и обещала. Вы уверены, что не хотите...
— Абсолютно уверена, — сдавленным голосом ответила Лиана.
Вошёл Фергус, бросил быстрый взгляд на императрицу и взял ребёнка из рук Айседоры.
— Какой крошечный, — нерешительно заметил мужчина.
— Да. Доставь его на место побыстрее. Скоро малыша нужно будет покормить.
— Кормилица уже ждёт.
Айседора кивнула. Ей хотелось полностью сосредоточиться на младенце, но приходилось следовать задуманному плану. Настало время послать за Себастьеном. И если повезёт, второй ребёнок, прежде чем войти в этот мир, подождёт отца.
Она встала на колени перед потайной дверью, собираясь снять печать и выпустить Фергуса, но прежде, чем успела сказать хоть слово, проход беззвучно открылся. Когда в комнату скрючившись вошёл одетый в темно-красную мантию император, Айседора попятилась.
Распрямившись, Себастьен немедленно обратил взор на Фергуса, бережно прижимавшего к себе новорожденного младенца. Айседора видела, как замешательство на лице Себастьена сменяется глубоким, пугающим гневом.
Следом за императором через низкую дверь пролезла Джедра и зашептала дребезжащим голосом:
— Я же говорила, что вы сами всё увидите, господин. Ведьма пыталась лишить вашего наследника места, принадлежащего ему по праву.
За Джедрой показался одетый в зелёную униформу страж и немедленно приготовился к схватке, одной рукой вынув меч, другой нож.
— Себастьен, — окликнула запыхавшаяся Лиана, — я могу объяснить.
Император удостоил её лишь мимолётным взглядом.
— Тебе сейчас лучше со мной не разговаривать, — холодно предостерёг он, подошёл к Фергусу и протянул руки. После недолгого колебания страж передал ребёнка отцу.
Себастьен оглянулся на охранника, пришедшего с ним через потайную дверь, и равнодушно распорядился:
— Убей его.
Прежде, чем у Фергуса появилась возможность отреагировать, страж метнулся вперёд и стремительно нанёс быстрый, точный удар, глубоко вонзив нож в тело противника, а потом рванув клинок обратно.
— Нет! — закричала Лиана, увидев, как Фергус осел на пол, зажав рукой рану.
Себастьен тем временем разглядывал ребёнка в своих руках.
— Почему он такой маленький, когда императрица настолько располнела, что едва могла ходить?
Айседора посмотрела на Джедру, проскользнувшую к изножью кровати.
— Потому что их двое, — ответила ведьма полным удивления старческим голосом. — Я этого не видела... Не видела, что их будет двое.
Так и не взглянув на неподвижного Фергуса, Себастьен поинтересовался:
— Серайн, он мёртв?
— Да, господин, — ответил страж.
— Хорошо. — Медленным, чеканным шагом император направился к кровати Лианы, равнодушно наблюдая, как жена переживает очередную схватку, и никак не реагируя на её крик. Когда боль стихла, и Лиана откинулась на подушки, Себастьен заговорил:
— Ты солгала мне, потому что у тебя двойня.
— Я знала, что ты никогда не позволишь...
— Ты собиралась отослать нашего старшего сына. Моего преемника. Куда, Лиана? Куда ты хотела отправить законного наследника трона Каламбьяна?
— Туда, где он был бы в безопасности! — сердито воскликнула она. — Где ты не смог бы ему навредить! — её глаза наполнились слезами. — Фергус лишь исполнял мою просьбу, а ты его убил!
— Я всегда считал, что ты слишком сильно о нём печёшься. Его место могут занять другие. Никто не будет скучать по какому-то стражу. Я-то уж точно. — По приказу Себастьена один из его людей накрыл тело Фергуса покрывалом, валявшимся у кровати Лианы.
Себастьен передал своего первенца Джедре, и старуха схватила ребёнка с встревожившей Айседору жадностью. Освободившись, император сел возле жены и взял её за руку.
— Я любил тебя, — без эмоции произнёс он, — а ты меня предала. Обманула. — Он слишком сильно сжал пальцы, и Лиана вздрогнула. — Я ожидал лжи ото всех, кроме тебя. От тебя никогда.
— Себастьен, я... — тяжело дыша, начала Лиана.
— Если заговоришь про любовь, я убью тебя прежде, чем ты сделаешь следующий вздох. У меня теперь есть сын, и потребность в жене отпала.
 
Началась ещё одна схватка. Приближалось время рождения второго ребёнка.
— Отодвиньтесь, — велела Айседора. — Вы можете обсудить это после того, как мы закончим.
Пока Лиана тужилась, сминая свободной рукой простынь, Себастьен склонился над кроватью и заговорил громким, ясным голосом:
— Я решил тебя не убивать. Ты останешься императрицей, но вернёшься на третий уровень, где тебе самое место. Снова превратишься в доступную для любого мужчины женщину и будешь исполнять все мои приказы, сколь бы унизительными они ни были.
Лиана закричала, но Себастьен продолжил, повысив голос, чтобы жена непременно его услышала:
— Только представь, каким удовольствием покажется сановникам секс с императрицей. Вдруг мне даже выпадет случай понаблюдать, как ты развлекаешь целую делегацию. И, возможно, в особенных случаях я велю тебе удовлетворить чьи-нибудь сексуальные извращения. — Он наклонился ближе, и когда второй сын выскользнул в руки Айседоры, заявил: — Жрецы были правы, Лиана, правы всё время. Ты недостойна места, которое я тебе предложил, и не заслуживаешь моей любви. Ты ничто.
Второй ребёнок оказался чуть крупнее первого и громче кричал. Лиана приподнялась и протянула руки к сыну.
— Дай мне его, — хрипло попросила она.
Айседора поспешила к Лиане, но Себастьен преградил ей дорогу и отобрал малыша.
— Шлюхе нельзя прикасаться ни к одному из моих детей, никогда, — он сверкнул взглядом на Джедру. — Похоже, второй ребёнок сильнее.
— Этот родился первым, — возразила старуха, — значит, именно он законный наследник.
Император вздохнул и опустил взгляд на младенца в своих руках.
— Ты, конечно, права.
— Что ты сделаешь с моими детьми? — Лиана из последних сил пыталась сесть.
— Наследник может быть только один, и ты это знаешь, — заявил Себастьен.
Лиана закричала, захлёбываясь рыданиями, но внешне абсолютно невозмутимый император положил второго ребёнка в колыбель.
Айседора глубоко вздохнула и постаралась образумить Себастьена:
— Мой господин, наши намерения были благородны, мы желали для ваших детей только лучшего. Императрица знала, что двойня поставит линию престолонаследия под угрозу, и всего лишь стремилась обезопасить обоих сыновей. Ещё не поздно отослать одного из них в безопасное место. Никто никогда не узнает...
Император схватил правую руку Айседоры и поднял к своему лицу, чтобы изучить кольцо.
— Кажется, я уже объяснял, что эта вещь принадлежит мне. Оно по-прежнему не снимается? Мне, видимо, придётся воспользоваться мечом Серайна, чтобы вернуть свою собственность?
Кольцо казалось настолько незначительным, что Айседора не захотела спорить, просто прошептала «авар», и перстень соскользнул с пальца. Она передала безделушку императору, тот надел его на мизинец и на мгновение залюбовался блеском камня.
— Пожалуйста, — взмолилась Айседора, — позвольте нам отправить младшего ребёнка в безопасное место. — Защита детей была её обязанностью, причиной присутствия здесь, и если Себастьен поступит по-своему, она потерпит неудачу. На её долю уже выпало более чем достаточно потерь, и ей не хотелось переживать поражение снова.
— Ты осмеливаешься указывать мне, что делать с собственными детьми?
— Я лишь хотела...
Не дав ей возможности закончить, Себастьен вынул из кармана пузырёк с коричневым, искрившимся при свечах порошком, и прежде, чем Айседора догадалась о намерениях императора, запрокинул ей голову и впихнул пузырёк в нос.
Айседора начала сопротивляться, но не успела поднять руки, как её нос, голову, а затем и всё тело заполнили покалывающие ощущения, полностью лишив воли. Комната, казалось, поплыла. Вокруг закружились цвета, как будто перед глазами разбилась радуга, и теперь пыталась собраться воедино. Айседора с трудом подняла к лицу вялые, ослабшие руки и с улыбкой пошевелила пальцами, которые словно удлинились и начали забавно порхать.