Русский терминатор
— Здоров будь, пан!
— Здорово, дядька Графин со Двора Чудес, — ухмыльнулся Тадеуш. — С чем пришел на сей раз? Вчера вроде виделись…
— Отыскал я вашу синеволосую, — заявил художник. — Вызывай своего «большого мужчину», договариваться будем…
— А это точно она?! — привскочил Крысинский.
— Ручаюсь. Поселилась напротив меня. И парень при ней, и вторая девка, блондинка, Янка… А парня звать Север. Я с ними со всеми типа подружился, в доверие втерся…
— Ну, ты жук! — восхитился Тадеуш.
— Еще бы! Но ты, пан, не тяни кота за яйца, сигналь «большому мужчине» прямо сейчас… Спешить надо.
— Куда спешить-то?
— Мальва волосы свои скоро перекрасит, сказала, на днях… Да еще Север обеих девок загримирует, он, как я понял, мастер этого дела. Девки станут неузнаваемыми. Останусь я без гонорара…
— Да, тогда действительно надо спешить, — согласился поляк, сам ожидавший хорошей мзды от Джавада в случае, если Евграф и впрямь наведет бандита на Мальву и остальных. — А этот Север — он вообще кто по жизни?
— Черт знает, я не понял…
— А с девками что его связывает?
— Он любовник Мальвы.
— Завидую…
— Я сам завидую! Я ее у него хотел купить на ночь, так он мне чуть морду не набил! Ну, потом я с ним помирился, лапши ему на уши навешал… Лопух он, этот Север, признаться!..
— Ну уж лопух! Твой лопух столько «братвы» пострелял!
— Стреляет он, может, и хорошо, а так — лопух… Мне с первого раза, с первого же «откровенного» разговора поверил, как себе! Лох, одним словом. Но поторопиться твоему «большому мужчине» надо, а то вся троица еще вовсе с квартиры сдернет. Север чует, что за ним и девками идет большая охота.
— Поторопимся, — заверил Крысинский.
Глава 35
Темнело. Север, Мальва и Яна возвращались домой. Все трое были явно пьяны: они пошатывались, размашисто жестикулировали, громко разговаривали, смеялись на всю улицу. Возле своего парадного остановились, о чем-то споря. Судя по жестам, чуть не поссорились, но тут Север обнял обеих девчонок за плечи и увлек в подъезд.
Из окна круглосуточного кафе, расположенного напротив подъезда, за троицей наблюдала другая троица, состоящая только из мужчин. Когда Север и девушки скрылись в подъезде, один из тех троих обернулся к остальным.
— Мальву я типа узнал… — произнес он неуверенно. — Мы ее харили как-то в кладовке, еще с Валеркой, помнишь, Беломор? Мы ей тогда за групповушку кучу «дури» насыпали, помнишь?
— Помню, — отозвался Беломор. — Я тоже узнал девку, кажется…
— Да, пацаны, они это, не сомневайтесь! — вмешался в разговор третий мужчина — Евграф. — Что ж я, своих соседей не опознаю, что ли? Они это, ручаюсь!
— А откуда, говоришь, они пришли, такие тепленькие? — поинтересовался Беломор.
— Ну я ж объяснял! — встрепенулся Евграф. — День рождения сегодня у Янки! Они и отмечали в кабаке, все трое! Звали и меня, да я отбазарился!
— Может, зря отбазарился? — прищурился Беломор.
— Почему же?! — возмутился Евграф. — Все идет по плану, утвержденному Джавадом! Я действовал строго!.. Да и что тебя напрягает? Птички-то в клетке!
— Напрягает меня то, что они в кабак поперлись! — ответил Беломор жестко. — Знают ведь: за ними идет крутая охота, а все же поперлись в кабак! Странно…
— А чего странного? — удивился Евграф.
— Почему не отметить день рождения дома? Дома куда безопаснее…
— Говорю, лопух он, этот Север! Лох лохом! — воскликнул Евграф пылко. — Дома у них тесно, даже стол не накроешь, вот Север и потащил девок в кабак! Шикануть захотел, придурок!
— Ой, не кажется он мне придурком… — с сомнением в голове процедил Беломор. — А ты что думаешь, Ковбой?
— По-моему, так точно придурок! — отрезал Ковбой. — Помнишь, как он к Джаваду в особняк заявился? После сшибки в «Джанге» любой идиот мог сообразить, что в особняке засада! А этот заявился, урод! Сам влез в капкан, красиво так!
— Но он и вылез из капкана красиво!.. — возразил Беломор задумчиво. — Ладно, чего рассуждать… Мы люди служивые, действуем, как приказано… Графин, ты готов? — спросил он художника.
— А мне готовиться не надо, я как пионер, — осклабился Евграф.
— Тогда держи «трубу», — Беломор протянул ему мобильный телефон. — Номер мой помнишь?
— Помню.
— Тогда повтори еще раз задание, — приказал бандит.
— Чего повторять по тысяче раз? — проворчал Евграф. — Ну ладно, раз начальство требует… Значит, поднимаюсь к себе, по дороге навещаю клиентов. Убеждаюсь, что все на месте. Затем отзваниваюсь тебе, докладываю. А потом слежу через глазок на своей двери, чтобы Север и девки не сдернули куда… Хотя куда они сдернут, пьяные?..
— Много рассуждаешь, — поморщился Беломор. — Из квартиры клиентов можно уйти только через дверь, это точно?
Бандит недаром задал этот вопрос. Дело в том, что одно из окон квартиры самого Евграфа выходило на крышу.
— Точно, — ответил Евграф. — Ты же сам видел, их-то окна выходят на улицу. Пятый этаж, не спрыгнешь…
— Убедил, — кивнул Беломор. — Продолжай. Значит, следишь через глазок за их дверью, неотрывно следишь, пока совсем не стемнеет…
— Ага. А как стемнеет, отзваниваюсь тебе еще раз. И засим моя роль кончается.
— За чем кончается? — влез Ковбой.
— Засим. Выражение такое старинное. Означает «после этого», — пояснил Евграф.
— А-а… — почесал тыкву Ковбой.
— Хватит болтовни. Пошел! — приказал Беломор художнику.
— Есть! — шутливо козырнул Евграф.
Бандиты проводили художника взглядами до самого подъезда.
— Думаю, не подведет, — сказал Беломор Ковбою.
— Не подведет! — откликнулся тот уверенно. — Такой за бабки мать родную продаст, не то что приятеля!
Глава 36
…Второй раз Евграф позвонил Беломору ближе к полуночи.
— Птички по-прежнему в клетке, — доложил он. — Можете начинать.
— Ты точно не отходил от глазка ни на секунду? — строго спросил его Беломор.
— Зуб даю на отсечение! — вспомнил Евграф фразу, которую в подобных случаях употреблял Север.
— Тогда хорошо… Отбой.
Едва закончив этот разговор, Беломор тотчас перезвонил Джаваду.
— Босс, все идет по плану, пора действовать, — отрапортовал Беломор.
— Отлично, мы едем, встречайте, — распорядился Джавад.
Минут через пять к подъезду дома, где Север снимал квартиру для себя и девчонок, подкатил джип «Чероки» — традиционное транспортное средство среднего звена российской мафии. Ох, и непривычно смотрелся сей не самый дешевый автомобиль на одной из улиц Двора Чудес! В этом квартале машины вообще почти не появлялись, тем более столь шикарные.
За рулем джипа сидел сам Джавад. Кавказец любил водить тачку: привлекало чувство власти над механизмом.
Едва автомобиль остановился, к нему подскочил Беломор.
— Хозяин, позвольте мне возглавить операцию! — выпалил парень возбужденно.
— Валяй! — согласился Джавад. — Пацаны! — обернулся он к сидевшим сзади четырем «быкам». — Поступаете под начало Беломора. И осторожней мне!
Об осторожности джигит предупреждал не случайно: эти четверо да Беломор с Ковбоем были последние, кто остался в живых из джавадовской бригады: горец вовсе не хотел потерять и их.
Бандиты зашли в подъезд, вытащили пистолеты-пулеметы.
— Нам на последний этаж, квартира справа, — сообщил Беломор. — Всем надеть глушаки на стволы! В этом долбаном квартале хоть ментов обычно и не вызывают никогда, что бы ни происходило, но мало ли… Поднимать пальбу на весь город нечего.
Пока он говорил, «братки» успели выполнить его приказ.
— Павлин и Штырь пойдут первыми, — объявил Беломор. — Павлин старший. Ковбой, Дрын, Динозавр и я будем прикрывать вам спину. Вопросы есть?
— Есть, — подал голос Павлин. — Я не понял: чмыря живым брать или валить? Шеф сказал как-то невнятно…
— Чмыря валить однозначно! — веско сказал Беломор. — Живыми брать девок, да и то не обязательно обеих: блондинку можно и грохнуть, живьем хозяину нужна только Мальва.