Русский терминатор
— Понимаю, — Мальва тоже помрачнела. — Ну и что?
— Ты хоть понимаешь, что в «Джанге» ты больше не получишь героина? — продолжал Север. — Что бандиты будут тебя искать и, если найдут — умрешь ты плохо? Ведь Джавад засек тебя — ты слышала его крик нам вслед?
— Слышала… — протянула Мальва безнадежно. — Но я повторяю: ну и что? Не боюсь я их, сучни. Хватит, отбоялась… Тебя спасла, может, и Янку тем самым косвенно спасла — и довольно с меня… Я, знаешь, рада! Почти счастлива! — она вскинула на Белова горящие истинным восторгом глаза.
— Но как же ты будешь дальше?.. — опешил Север.
— А никак… — Мальва вновь опустила взгляд. — Я сегодня выпросила у халдея двойную дозу героина…
— И он дал?! — перебил Север удивленно.
— Дал… — лицо Мальвы помертвело. — Я ему лапши на уши навешала: мол, ты весьма жирный барашек, и на меня запал, и взять меня хочешь не на одну ночь, а на несколько, а то и вообще надолго… Короче, я пообещала вернуть халдею бабки с процентами за дополнительную дозу.
— А зачем ты ее брала, дополнительную?
— Ой, знаешь… Ну ты же сам сказал, что я тебе нужна с ясными мозгами… — девушка потупилась.
— Врешь? — спросил Север.
— Вру! — согласилась Мальва. — На самом деле я надеялась, что не совсем вру официанту…
— То есть?!
— Что ты, Север, и впрямь возьмешь меня не на одну ночь…
Белов даже не нашелся, что ответить, — только дух перевел.
— Но теперь, когда расклад ясен — дальше некуда, — рассуждала Мальва, — я знаю, как поступить. Я денек перекумарюсь для надежности, а потом вгоню себе сразу обе дозы…
— И это будет «золотая вмазка», — сурово закончил за нее Север.
— Да, «золотая вмазка»! — Мальва лучезарно улыбнулась. — А откуда ты знаешь, Север?!
— Да уж знаю! — Белов едва сдержался, чтобы не выругаться особо грязно.
— «Золотая вмазка» — последняя мечта любого наркомана! — воодушевилась Мальва. — Я умру счастливая, легко и восторженно, просто улечу к ангелам, и все! И никаких Джавадов, никаких халдеев, никакой «братвы»! И попаду я в рай, ибо ад я здесь, на этой чертовой Земле прошла! О подобной смерти можно только мечтать!..
— Заткнись!!! — выкрикнул Север.
Мальва аж вздрогнула.
— Ты что, Север? — пробормотала она недоуменно.
Север мгновенно взял себя в руки.
— Ты не умрешь, Мальва, — заявил он, упрямо набычившись. — Ни в ближайшие дни, ни в ближайшие годы. Ты вообще не умрешь от наркотиков, потому что я не позволю!
— А что ты можешь сделать, Север?.. — безнадежно покачала головой Мальва.
— Смогу. Сделаю! — Север скрипнул зубами. — Вон, видишь, автобус подъезжает? Это наш. Идем быстрее!
Глава 24
Квартира, которую Север снял, чтобы спрятать Янку, находилась в странном квартале. Север выбрал этот квартал отнюдь не нарочно: просто был он отдаленным от центра города и арендуемая здесь жилплощадь обходилась дешевле, чем в других районах. Однако данный квартал совсем не походил на обычный «спальный», в чем и Север, и Яна вскоре убедились.
Жила в этом квартале преимущественно «творческая интеллигенция». Часть ее составляли непризнанные гении: неудавшиеся художники, бездарные поэты, писатели-графоманы, музыканты без слуха и голоса; другую часть — люди и впрямь талантливые, в прошлом даже известные, но теперь безнадежно спившиеся; компанию со старшим поколением охотно водила богемная молодежь, только еще ожидающая всемирной славы, а пока охотно прожигающая жизнь на случайные деньги, добытые путями самыми сомнительными. Нравы в микрорайоне царили предельно раскованные, проще говоря, оголтело-развратные и растленные. Однако порой в этот гадюшник залетали и действующие звезды эстрады, кино, телевидения, литературы, живописи — как местные, так и столичные, хотя, последние реже. Знаменитости приезжали под предлогом навестить былых друзей, а на самом деле — оттянуться в атмосфере абсолютной вседозволенности и всеобщего полного пофигизма. Тут нечего было бояться ментов или журналюг, ибо ни те ни другие сюда не совались: менты — из брезгливости, которую этот квартал вызывал даже у них, ко всему привычных, а журналюги — из страха за целостность кино-теле-фотокамер и собственных физиономий, поскольку местное «творческое» население во хмелю становилось куда более буйным, чем самая отпетая «братва». Конечно, убивали кого-либо «жрецы искусства» редко — не бандиты все же, — но поломанные челюсти, ребра и прочие конечности являлись здесь делом настолько обыденным, что даже к врачам пострадавшие обращались крайне редко. Короче говоря, квартал, где поселились Север и Янка, был тем еще местечком.
Для жилья Север снял маленькую квартирку, состоящую из пары комнат, напоминавших каждая по отдельности каморку папы Карло, четырехметровой кухоньки, а также совмещенного санузла, где два человека могли разминуться только в том случае, если один влезет в ванную. Имелась еще прихожая, в которой зимой снять верхнюю одежду было бы проблематично даже для единственного посетителя квартиры.
Сюда-то, в эти «хоромы», Север и привел сейчас Мальву.
Едва успел Север открыть своим ключом входную дверь, как дверь одной из комнат квартиры сразу растворилась и на пороге возникла Яна.
— Север! — воскликнула она с радостным облегчением. — Наконец-то!.. Я извелась вся…
— Янка… — Белов благодарно улыбнулся. — Посмотри, кого я тебе привел!
Он вытащил из-за своей спины Мальву, слегка подтолкнул навстречу подруге.
— Мальва!.. — ахнула Яна.
— Янка, здравствуй… — чуть виновато произнесла Мальва.
Секунда замешательства — и девушки бросились друг другу на шею.
— Мальва, Мальва, живая! — рыдала Яна.
— Янка, прости меня, я тебя выслеживала, они меня заставили, я предала тебя, сука продажная, я чуть тебя не погубила, наркуша позорная… — бормотала Мальва сквозь слезы.
Они действительно были взаимно привязаны, как сестры, — две несчастные, нищие, затравленные девчонки, бесконечно одинокие в многолюдном, холодном городе. Да и во всем этом огромном равнодушном мире — подлом, циничном и беспощадном.
Север деликатно передвинул обнимавшихся и плачущих девушек из прихожей в комнату, сам вошел в прихожую и захлопнул за собой дверь.
— Девчонки, я посижу на кухне! — сообщил он подругам.
Обе обернулись к нему, как по команде, кивнули. Пройдя на кухню, Север уселся за небольшой уютный столик, закурил и стал ждать.
Эта квартира сдавалась вместе с мебелью, и, осматривая ее несколько дней назад, Север был крайне рад, что за столь небольшую плату приобретает во временное пользование не просто голые стены, а еще и обстановку — пусть предельно дешевую, старую и обшарпанную, но зато крепкую, а главное — создающую неповторимую атмосферу чисто домашнего комфорта.
Уединение девушек продолжалось недолго — не столь уж и длительной была и разлука, право… Вскоре обе явились к Белову. Глаза девчонок выглядели заплаканными, но сияли. Однако огонек в глазах Мальвы тлел очень нездорово, как отметил про себя Север.
— Север, Мальва мне все рассказала, — объявила Яна, когда подружки уселись за стол по обе руки от единственного своего кавалера. — Ты чуть не погиб, пытаясь спасти меня…
— Да, если б не Мальва… — Север покачал головой.
— Ты очень рискуешь ради меня… — продолжала Яна тихо. — А ты ничем мне не обязан… Мне неловко…
— А что прикажешь? — спросил Белов резковато. — Отдать тебя на съедение Джаваду?
— А уж Джавад сожрет с косточками, не подавится… — вставила Мальва, словно бы ни к кому персонально не обращаясь. — Только хруст стоять будет…
Яна метнула взгляд на подругу. Та внимательно изучала угол стола, даже пальцем его гладила.
Яна вспыхнула, набрала воздуха, чтобы высказаться… и шумно выдохнула.
— Янка, не мучайся ты, — легко потрепал ее по волосам Белов. — С сегодняшнего дня я буду рисковать уже не только из-за тебя одной. За Мальву я теперь тоже отвечаю.
— Спасибо… — пробормотала Мальва, обращаясь к кухонной стене.