Ледяные маски Оверхольма (СИ)

Кажется, я его слегка того… и засосов понаставила столько, что не каждый пчелиный рой так покусать сумеет. Почему-то мне безумно нравились эти вот отметины. Будто печати — они создавали иллюзию, что этот мужчина принадлежит только мне. Странное желание в отношении того, чьего лица я даже не видела, правда? 
— А вот свежего воздуха кое-кому могло и не хватить, — закончил он мысль.
— И я даже знаю кому. — Мой голос звучал не менее расслабленно и лениво, пока я нежно гладила пальцем его припухшие губы. Между прочим, он мне тоже засосов понаставил. А еще целовал так, что я почти забыла собственное имя. Оба имени… 
Потому что он не только в губы целовал, бесстыдник! 
— Леди, скажите, — Ар вдруг ожил, повернулся на бок и снова навис надо мной, — почему вы не предупредили, что я у вас первый?
Упс… об этой подробности своей биографии я позабыла. Ну не до нее было! 
— А это было так важно? — решила я закосить под дурочку. Естественно, я об этом «совсем не думала». Да, да. 
— Ваш муж такой идиот…
Я не поняла, это был вопрос или констатация факта.
— Нет, просто его не интересует моя девственность. И если совсем уж честно, я не могу его за это винить. Все-таки наш брак произошел внезапно и по чужой воле. — Я пожала плечами.
— Вы необычная женщина. — Ар подпер голову рукой и сбоку заглянул мне в лицо. — Редко кто из дам не воспользуется случаем обругать собственного нелюбимого супруга за глаза, тем более если ее готовы слушать.
— Если мне надо будет, я ему в глаза скажу все, что думаю. — Я пожала плечами и попыталась сесть. — Какая-то странная тема для разговора после всего, что произошло, не находишь?
— Ваша правда, леди, — вздохнул герой-любовник и тоже поднялся. Потом вовсе встал и подал мне руку. — Хотите, я помогу вам помыться?
— И чем это кончится? — хмыкнула я, опустив глаза ниже его талии. — Вряд ли мы станем чище. Оба. 
— Хм, а я ведь об этом даже не думал. Но теперь вижу, что зря решил вас поберечь в связи с выявленными обстоятельствами. — Глаза мужчины под маской буквально загорелись. И нет, это не метафора! Глаза Ара действительно горели бледно-голубым светом, а вода в ближайшем тазике подозрительно зашевелилась. — И все же сейчас мы вас вымоем, леди. Очень-очень тщательно. Везде. 
— Эй! — Попытка ускользнуть провалилась. — Я не это имела в виду!
— А я именно это. — Нахал просто подхватил меня на руки, пнул стену, и та вдруг оказалась дверкой в другую часть купальни. В ту, где была большая ванна, скорее даже — маленький бассейн.
В котором — вот чудо! — уже плескалась чистая горячая вода. Не иначе проделки чьей-то магии! 
Ну что я могу сказать. В свою постель я попала… Хм, да фиг его знает, когда я в нее попала. Не помню. Честно. Не знаю даже, был ли это день или ночь. Впервые в жизни потеряла сознание от удовольствия. В порыве страсти я так увлеклась, что даже не заметила, как попала вовсе не в наспех сооруженную лежанку в подсобке, а в нормальные супружеские покои. Господские. Которые кто-то уже умудрился отогреть, сменил затхлое постельное белье на свежее, пахнущее цветами.
А еще этот кто-то, заездив меня до состояния амебы, оставил спать одну и смылся. До самого утра!
Впрочем, пока я спала, мне было все равно. Даже, может, и лучше. Раскинуться звездочкой на кровати размером, кажется, с целый футбольный стадион — разве бывает отдых лучше? Особенно после горячей бани и потрясающего секса.
И потери девственности, да. Этот нюанс собственной анатомии я вполне ощутила только утром, когда проснулась и попыталась сесть. А вчера вообще ничего не почувствовала! Это ж надо, какой шикарный мужик! И почему таких можно купить только за деньги? Бешеные деньги, особенно по местным меркам. 
— Леди, — в дверь очень робко и тихо поскреблись, — леди, вы живая? 
— Относительно, — вяло согласилась я.
— Леди, что он с вами делал? — Глаза у Патрика еще никогда не были такими квадратными. А еще один из них заметно дергался. — Он вас бил? За то, что вы его той метлой, да? 
— В смысле? — не поняла я.
 
— Горничные выгнали меня, а сами остались слушать у двери, — наябедничал мой паж. — А потом я слышал мельком, что они шептались, будто леди так кричала…
— Кхм… — Я покраснела. — Что тебя выгнали — это они правы. А что сами остались — паразитки! Нужно им строгий выговор вынести! — И про себя добавила: «Но понять их можно». 
— Можно оштрафовать, — несколько опасливо предложил Патрик. — Только…
— Только не нужно, — хмыкнула я. — Принеси мне кувшин для умывания, пожалуйста. Я пока не готова вставать и скакать козочкой…
— Леди нездоровится?!
— Устала и испугалась великана, — не моргнув глазом выдала я. Имею право. — А рыбу из деревни привезли?
— Еще на рассвете. Леди! Вы же сказали, что не можете скакать!
— Да тьфу на меня! Рыба важнее! — отмахнулась я и умчалась приводить себя в относительный порядок. В маленький санузел при господских покоях. В котором не водилось никаких водных магов с распутными светящимися глазами! И тентаклями… стоп, у него что, и правда были тентакли?! Да, водяные, магические. Боже, вот это я вляпалась! 
Но мне же нравится?
О да!
  
Глава 48
 
— Так, вот эту и эту размораживаем и готовим. Сначала я хочу попробовать местную кухню, — показала я на минтай и сельдь. — Можете взять несколько. Покажите мне все возможные блюда. А вот от этой громадины отрежьте несколько кусков и тоже приготовьте разными способами! Но парочку, как разморозится, отдайте мне. И голову! Голову не выбрасывайте. Хвост и внутренности… тоже. Сложите отдельно в тазик, я на них посмотрю. 
— Леди, — тоскливо вздохнул рыбак, присланный из деревни в помощь двум служанкам, — внутренности не едят даже нищие. Побойтесь богов!
— Я не собираюсь есть кишки сама. — Очень хотелось отмахнуться от местного населения и его бухтежа, но нельзя. — Это моему питомцу. 
Я решила просто не говорить местным про молоки и икру. 
— Какому еще питомцу? — тревожным шепотом спросил Патрик, высунувшись из-под моего рукава и заглядывая в лицо. — Леди, господин волк такое не ест. И я не ем! 
— Патрик. — Я аж икнула от таких ассоциаций и предположений. Это ж надо было — решить, что я считаю двух самых близких мне в этом мире мужчин питомцами. — Не бойся, вы с Аром тут ни при чем. А питомца я тебе попозже покажу.
Если захочет показаться. Пока я только время от времени чувствую тяжесть на плече и пушистое прикосновение невидимой шерстки. Но от комментариев снежный дух отчего-то воздерживался с самого утра, даже на рыбьи внутренности никак не реагировал. А вот сейчас решил высказаться.
— Это я, что ли, питомец?! — раздался гневным шепотом у уха кошачий голос.
— Да тьфу на вас, ребята. Я ж не буду всему народу сообщать, что собираюсь кормить духов, — тоже прошептала я. — Извини, не подумала, что такая легенда тебя обидит. 
— Увеличишь порцию — прощу, — уже благосклоннее мурлыкнул дух. 
— Да хоть все слопай, не жалко.
— И кальмара! И водяную блоху. И…
— От всего выделю долю, не бухти. Особенно если поможешь мне сохранить улов свежим и в таком виде довезти его до столицы.
— Вот ты какая, отрабатывать тебе надо! — Как ни странно, в голосе невидимки не было обиды, скорее там звучало одобрение.
— А ты думал, — вздохнула я. И обратилась к Патрику: — Ты выяснил, где здешние люди берут соль? 
— Везут с гор, леди. Там соляная шахта, говорят, уже целый лабиринт под землей. 
— Это хорошо… А из морской воды не выпаривают? — машинально поинтересовалась я. 
Да, для засолки морепродуктов йодированная не годится. Пусть йод и быстро из нее испаряется — рисковать я не хочу. Но соль нужна и для других блюд. И она стоит довольно дорого, если ее добывают в шахте неизвестно какой глубины и везут через полконтинента. От гор до морского побережья приличный путь даже с учетом порталов. Которые, я уверена, тоже здорово отражаются на стоимости конечного продукта. Если я буду продавать в столицу еще и свою соль… этот пункт будущей рентабельности предприятия стоит продумать отдельно.