Ледяные маски Оверхольма (СИ)
Да-да. А с разводом мы разберемся, дорогой муж. Ты какого беса мне все мозги прокомпостировал с этим мероприятием, если на самом деле не собирался отпускать на вольные хлеба? Или я все неправильно поняла? Лорду Оверхольму до лампочки королевское мнение? Вот в это верится с трудом.
Хотя он же намекал на развод по моей инициативе, да. Гулящая баба, по маскам шляется и не хочет со мной жить, смотрите, ваше величество, я так старался, а она, а она! Несколько по-детски, конечно, но может выгореть, как мне кажется. Тогда главное — заранее подписать все документы об аренде земель, чтобы потом не остаться у разбитого корыта. А то с местными нравами непонятно, когда именно я перейду эту «черту невозврата», или, точнее, «черту разврата».
Мы еще поболтали с Гортензией, а потом ее увел здоровенный мужик, похожий на полярного медведя с орлиным носом истинного индейского вождя. Муж, лорд Болдуин. И насколько я могла оценить его взгляды на маленькую южанку, вовсе он не равнодушен к жене, как та думает. Хотя я уже задумывалась над этим, услышав про двух детей. Не одного. Двух. Вряд ли Гортензия была инициатором многодетности, с ее-то нравом. А значит, на близости настаивал именно муж, который… Ну-ну. Это знакомство мы обязательно продолжим.
Больше до самого конца бала ничего интересного не произошло. В том смысле, что меня наперебой приглашали танцевать. Кому-то я отказывала, списывая все на незнание северных танцев, с кем-то кружилась все в тех же медленных или быстрых вальсах. Мужчины делали комплименты, я познакомилась с кучей народа и в перерывах между танцами быстро записывала имена с основными приметами в маленький блокнотик, который прятала под цветочным поясом.
К концу мероприятия меня почти единогласно (мнение мужа не считается) признали самой очаровательной дамой вечера. О чем и возвестили во всеуслышание, подарив какую-то висюльку на цепочке. Тут так принято, оказывается. Кстати, сплетни о жадности мужа, не купившего мне даже завалящего браслетика к платью, я краем уха несколько раз засекала. Судя по зло поджатым губам Яролира — он тоже.
А потом мы поехали домой. Я даже задремала, без особого стеснения использовав мужнино плечо в качестве подушки. И все было хорошо. Пока на карету не напали.
Глава 25
Честно говоря, я так устала за эту ночь, что в карете на пути домой откровенно спала. И резкий толчок, едва не сбросивший меня с кожаных подушек, оказался таким неожиданным еще и спросонья.
Я сама не поняла, как умудрилась удержаться. Зато быстро сообразила, за что именно держусь: за мужа. Вцепилась в него обеими руками, да еще и коленки напрягла, не иначе как собираясь запрыгнуть на него, как на единственный источник стабильности в трясущемся мире.
— Если собираешься держаться — держись за камзол со спины! — рявкнул Яролир, разжимая ладони, которыми сам подхватил меня за талию, не давая упасть. — Мне нужны свободные руки!
— И ноги, — согласилась я, проворно взбираясь на сиденье к нему за спину и поджимая юбки. В маленьком оконце, через которое пассажиры обычно переговаривались с водителем кобылы, мелькало и громыхало что-то непонятное. Еще и улица оказалась неожиданно темной — фонари уже погасли, а серенький зимний рассвет едва обрисовал печные трубы где-то в небе.
— Не вздумай высовываться!
— Не вздумаю. — Нашел дурочку, оно мне надо? Не женское это дело, с разбойниками воевать. У меня из оружия один корсет с подвязками, а он в этом деле так себе подмога.
Муж рывком устремился к двери, но не к той, за которой шумело и орало, а к противоположной. Я внимательно следила за всеми его действиями и заметила, что в руках у лорда нечто, весьма похожее на короткоствольный резной пистолет. Еще один такой же остался лежать на соседней подушке.
Это он мне, что ли, на случай самообороны? Или просто из кармана выронил? В любом случае крикнуть ему вслед я не успевала, да и не хотела — как-то глупо предупреждать нападающих супостатов, что к ним ползет недовооруженная жертва.
Так что просто сцапала пистоль, наскоро нашла, где у него курок, где спусковой крючок, а где выходное отверстие. В случае чего направление выстрела не перепутаю. Надеюсь.
Меж тем за дверью все потихоньку начало стихать. То есть сначала заорали еще громче, потом крик захлебнулся и стал тише. Но все еще было непонятно, кто побеждает… наши или нет? И вообще, кто там наши?
Ага, вот это муж. Он снова мелькнул у дальней от схватки дверцы. Мельком заглянул в карету, словно проверяя, на месте ли я.
— Яр… — обратилась к мужу едва слышным шепотом. — Что мне делать?
Яролир бросил на меня недовольный взгляд, но я все же продолжила:
— Убегать? Прятаться? Стрелять? Как тебе будет удобней? Чтобы я сидела тише мыши или и вовсе скрылась с горизонта?
Теперь уже муж посмотрел на меня более осознанно. А затем одним движением скинул с себя меховой плащ, накрывая меня с головой.
— Завернись в него и лезь под сиденье. Там есть специальная ниша.
Я быстро подхватила кинутое и кивнула. А потом, как было велено, нырнула под лавку. И вовремя! Потому что ручка двери со стороны нападающих задергалась, потом эту самую дверь дернули так, что едва не сорвали с петель. И распахнули, естественно.
— Где он?! — гаркнул в темноте страшный мужской голос, и в проем сунулась… со страху мне показалось, что одна только борода. Огромная, лохматая, черная с проседью. — Осторожно! Этот умник уже успел…
— Ищи бабу! — приказал новый голос откуда-то снаружи. — Можешь пристрелить.
Них… чего себе! Заявочки!
Борода полезла внутрь кареты. К другому ее концу оказался приделан здоровенный мужик, вылитый Карабас-Барабас. Он живо обшарил сиденья и, недолго думая, сунулся под них. Для начала под противоположное.
Как-то рефлекторно я сильнее вцепилась пальцами одной руки в мягкий мех, а другой — в пистолет. Вот сейчас Барабас обернется…
— Нет тут никого, — посмотрев на меня почти в упор, выдохнул бородач, поднимаясь. — Слиняли, ***.
— Идиот! Лучше ищи! На ощупь все проверь, остолопина! Это же лордские штучки! Если сам и ушел, то бабу не мог с собой увести! Она в платье, что весит больше нее! В таком не побегаешь!
Барабас невнятно прорычал что-то себе под нос и снова наклонился.
Я приготовилась.
Но именно в этот момент снаружи раздался выстрел, еще один, еще… Опять заорали, затопали, заматерились. Борода цапнул воздух пятерней в сантиметре от моего носа, с досады рявкнул и начал подниматься, одновременно таща из-за пазухи здоровенную бандуру. Тоже пистоль! Только гораздо более страшный.
— Ну что, твое лордство, вот и поквитаемся, — зло пробурчал он в свои заросли, начиная выцеливать кого-то с локтя. — Ну-ну, попрыгай, попрыгай. Во-от так. Сейчас я те…
Не знаю, в кого он целился. Но логика подсказывала, что в мужа. Поэтому я больше не размышляла. Наставила на него ствол того пистолета, что остался у меня в руках, зажмурилась и нажала на спусковой крючок.
Отдачи не было. Да и звук самого выстрела больше походил на звук пробки, выпущенной из бутылки шампанского. На какие-то пару секунд я даже успела подумать, что дражайший муженек подсунул мне детскую игрушку вместо оружия. Но тем не менее мужик, по которому прилетело чем-то из этого пистолета, сначала взревел не своим голосом, а потом начал медленно заваливаться лицом вниз на пол кареты, прижимая обе руки к животу пониже пупка. Точнее к такой ровненькой, будто бы выжженной раскаленным прутом во льду, дырке в этом самом животе. По касательной прошло, но ему хватило. А его борода подозрительно заблестела чем-то мокрым.
Меня затошнило, но я сжала зубы и одним змеиным броском выкинула себя из-под лавки. Зачем? А затем, что Карабас-Барабас уронил свой пистоль. Именно его я и схватила и тут же нырнула со своей добычей обратно под лавку в плащ.
— Ах ты с-с-су!.. — поприветствовал меня разбойник и, несмотря на ранение, попытался поймать за руку.