Глаза смерти (СИ)

Грег Молтон ожидал Джеймса Ферренса в кабинете главы фонда. Кабинет был обставлен в меру консервативно, в меру современно. Его большие окна выходили на Темзу. Впрочем, за окном с утра шел дождь, так что любоваться было особенно нечем.
- Удачно съездил? – спросил Грег вошедшего Джеймса.
- Ангольский вопрос удалось уладить, а с иранцами все не так просто. Судя по всему, придется завтра или послезавтра вылететь в Вашингтон. Эти обезьяны из сенатского комитета по разведке уже почувствовали запах жареного. Им не терпится начать кривляться перед телекамерами.
  
- У тебя есть козыри?
- Кое-какие. Думаю, скандал удастся замять. Меня больше беспокоит другое: откуда могла пойти утечка? Ведь и в случае с ангольцами, и в случае с иранцами мы пострадали именно из-за утечки.
- Именно, – кивнул Молтон. – Причем информация в обоих случаях ушла к Крейгу. А уж от него – дальше.
Крейг был главой мощной финансово-промышленной группы KGC и давним недругом Ферренсов.
- Тебе удалось установить источник? – темные глаза Джеймса блеснули недобрым огнем.
- Пока нет. Но круг подозреваемых сужается.
- И?..
- Это кто-то из твоих заместителей, Джеймс.
- Я тоже думал об этом, – нахмурился Ферренс. – Ограничь им доступ к информации. Но осторожно, чтобы они ничего не заподозрили.
- Уже сделано. И еще, Джеймс. Что ты решил по поводу предложения из Ормуза?
- Ты о сделке по поставке торпед? – обыденным тоном спросил Ферренс.
Молтон молчал, только его и без того узкие глаза сузились еще больше.
- Мы заключим сделку.
- Как знаешь, – пожал плечами Молтон, всем видом давая понять, что имел в виду нечто другое.
- Перейдем к другому вопросу, – тоном, не допускающим возражений, продолжал Ферренс. – Что тебе удалось накопать на Алверта?
Грег бросил на него быстрый недовольный взгляд.
- Я вижу, ты крепко подсел на этого мальчишку.
- Пока еще нет, но твердо намерен это сделать, – ответствовал Джеймс, вытягивая ноги и откидываясь на спинку кресла.
- Файл с его досье я тебе переправил буквально несколько минут назад.
- Я еще не смотрел. Что там?
- Вкратце. Артур Александер Алверт. 20 лет. Студент Лондонского королевского колледжа. Специальность: информационные потоки и политология. Новомодная и довольно мутная специальность.
- Так он еще и будущий политолог? – с усмешкой заметил Джеймс.
- Представь себе. С такой внешностью, как у него, обычно задумываются о карьере актера. Или супермодели. В крайнем случае, стриптизера. А этот красавец хочет стать политологом. Или специалистом по информационным потокам. Что конкретно имеется в виду под информационными потоками – понятия не имею.
- Да что угодно, – заметил Джеймс.
- Как бы там ни было, но у твоего красавчика есть мозги, – в голосе Грега почему-то зазвучала досада. – Ему двадцать лет, и он уже имеет степень бакалавра. За два года прошел курс обучения, рассчитанный на три года. Преподаватели, да и однокурсники отмечают очень высокий уровень его подготовки.
- И где же он получил такую подготовку? – с интересом спросил Джеймс.
- У парня есть сертификат об окончании Беллербис колледжа в Лондоне. Малоизвестный колледж, ничем не отличающийся от сотен других. Там не дают такого уровня подготовки, который демонстрирует Алверт.
- Вот как? Интересно.
- Интереснее другое: оказывается, Артур Александер Алверт никогда не учился в этом колледже.
- Что? Значит, сертификат – подделка?
- Нет. Алверт действительно сдавал экзамены для получения сертификата. И успешно. С самыми высокими баллами. Но сам курс обучения не проходил.
- Это разве возможно? – недоуменно сдвинул брови Джеймс.
- Да, в определенных случаях. Если по состоянию здоровья и различным обстоятельствам обучение проводится экстерном. Такое бывает, но крайне редко.
- Ты хочешь сказать, что Алверт – самоучка?
- Я хочу сказать, что оказалось невозможно установить, где именно он обучался. В колледже вспомнили этого мальчика. Еще бы, блестящая подготовка, да еще ослепительная внешность! Думаю, экзаменационная комиссия в полном составе пускала на него слюни.
- Дальше! – недовольно проговорил Джеймс.
- Так вот, со слов членов комиссии, Алверт обучался где-то за границей. Ту же версию мне привели и в Лондонском университете, где наш юный гений сейчас учится. Нет, он, конечно, не гений, – усмехнулся Молтон. – Преподаватели говорят о нем как об очень способном, весьма продвинутом студенте. Но он не гений. Да, высокий IQ, но ничего выдающегося. Сила Алверта именно в его базовой подготовке. Эта подготовка гораздо основательнее и глубже, чем у других. И именно это позволяет ему делать такие успехи в учебе.
- Так где он все-таки обучался?
- А вот этого никто не знает. Насколько можно понять, сам Алверт никогда не распространялся на эту тему. Мои люди общались не только с преподавателями, но и со студентами. Некоторые из них сказали, что интересовались у Алверта, откуда он взялся такой умный. Но тот отделывался шутками и ответами, что, мол, учился “то тут, то там”. Между прочим, говорил, что почти все детство провел не в Великобритании, а в других странах. Этим Алверт, кстати, объяснял то, что он, при всей своей необычной образованности, иногда, как оказывалось, не знал элементарных вещей, которые должен знать любой англичанин. И этим же он всегда объяснял небольшой акцент в произношении.
Джеймс кивнул, вспомнив, что он тоже замечал едва уловимый акцент в речи Артура.
- Его мать, Энн Алверт говорила с еще бОльшим акцентом, – продолжал Грег.
- Вот как?
- Да. Кстати, вот ее фотография.
Джеймс взял фотографию, протянутую ему Грегом. На Джеймса смотрело миловидное, но слегка изможденное лицо женщины лет сорока. Такие лица бывают у людей, которых медленно подтачивает тяжелая болезнь. Волосы у женщины были темные, с ранней сединой. Весь облик говорил, что ей пришлось прожить нелегкую жизнь. И Джеймс отметил, что в ее облике не было ничего общего с Артуром.
- Мать и сын Алверты поселились в Бэйсуотере три года назад, – продолжал свой рассказ Молтон. – Квартира была куплена на имя миссис Алверт. Заметь, Джеймс, район весьма небедный.
- То есть мать располагала средствами.
- Видимо, да. Слушай дальше. Мать и сын Алверты вели крайне замкнутый образ жизни. Никаких хлопот соседям не доставляли, какого-либо общения избегали. Тем не менее соседи и продавцы в окрестных магазинах отмечали, что миссис Алверт говорила по-английски с очень сильным акцентом.
- Она как-то это объясняла?
- Да. Говорила, что родилась в Йоханнесбурге, в семье британских подданных, но почти всю жизнь прожила не в англоязычных странах. Вроде бы упоминала Южную Америку и Европу. Но конкретные страны никогда не называла. Во всяком случае, никто из опрошенных этого не запомнил. Чем именно она занималась – установить не удалось. Достоверно известно только одно: после появления в Бэйсуотере Энн Алверт нигде не работала. Но, как ты верно заметил, деньги у нее были. Квартира стоит немало. Обучение Артура в университете тоже требует денег. К тому же, у Энн Алверт был диагностирован рак. В поздней стадии. А лечение в наше время стоит недешево.
 – Она умерла?
- Полтора года назад. В возрасте 42 лет. При этом…
- Что?
- Место погребения установить не удалось. Сын получил урну с ее прахом. Дальнейшая судьба урны неизвестна.
- Странно. Ладно, пока оставим это. Что удалось узнать об отце Артура?
- Отца не было.
- Не было? Вообще?
- В документах он не значится.
Джеймс нахмурился.
- Грег, я помню, что мальчик бросил фразу: «Моих родителей нет в живых». Именно «родителей». Выходит отец все-таки был. То есть не просто был, мальчик его знал! Во всяком случае, что-то о нем знал.
  
- Мне нечего ответить, Джеймс. Повторяю, в документах отец не значится. Да и вообще, люди, как правило, не любят признаваться, что у них никогда не было отца. Обычно говорят: у отца другая семья, уехал, умер и все в таком роде.