Зверь. Исцеление души
Вера Добрая
Зверь. Исцеление души
Глава 1. Джейс
– Всё! Хорош! Джейс! Мать твою, Джейс! – будто сквозь вату звучит голос Дениса, и кто-то пытается оттащить меня от соперника, но я с диким ревом вырываюсь и снова наношу удар за ударом, с отвращением вдыхая насыщенный запах вражьей крови.
Перед глазами красная пелена ярости. Она отравляющим ядом растеклась по венам, отключив разум, и сейчас я хочу лишь одного – убивать. Мой зверь упивается своим превосходством, и я в эти моменты един с ним как никогда прежде.
Я – Зверь. Внутри меня не осталось ничего человеческого. Все чувства и положительные эмоции выжгла неуемная боль от предательства. Десять лет прошло… а в груди всё так же зудит и кровоточит рана. Изорванное в лоскуты сердце не восстановилось, оно просто окаменело, лишая меня возможности на светлое счастливое будущее. Говорят, время лечит… Я проверил на собственной шкуре, что всё это полнейшая чушь. Время не лечит, оно лишь помогает боли приобрести новые грани и оттенки.
Меня предали. Родной брат-близнец и строптивая сучка, образ которой я, спустя столько лет, так и не смог вырезать из своей памяти. Каждую гребаную минуту на протяжении десяти лет я захлёбываюсь в мучительной агонии, пока ревность подобно кислоте разъедает мое нутро. Она где-то там, живёт, радуется жизни с моим братом, а я подыхаю без ее ослепительной улыбки, без небесно-синего цвета глаз и без мелодичного голоса, который теперь звучит страстными стонами в чужих ушах. Ничто не способно заглушить подобные эмоции. Почти ничто. Лишь ярость способна притупить боль и тоску, поэтому я позволяю зверю брать контроль над разумом.
– Джейс, хватит!
Меня снова оттаскивают в сторону, и от мгновенной гибели их спасают лишь надетые на мои запястья блокирующие браслеты. Не такие мощные, как в клубе у Давида, но всё же способные сдержать полный оборот. Денису и остальным приходится вылить мне на башку бутылку ледяной воды, чтобы хоть немного заставить разум просветлеть. Я не рад этому. Вместе с осмыслением возвращается и боль, которая уже с привычным покалыванием заполняет тело и концентрируется в грудине. Если бы я мог, то вырвал бы себе сердце и швырнул его с обрыва, но подыхать от собственных лап слишком позорно и легко для мужика.
– Очухался? – склонился надо мной Денис, когда я, свесив голову, приземлился задницей на землю.
Помощник понял, что я в норме, и снял с моих рук браслеты.
– Как Нестеров? – задал вопрос, пытаясь восстановить дыхание и утихомирить разъяренного зверя.
– В мясо, но жить будет. Наверное.
– Хорошо.
– Хорошо? Что блять хорошего в том, что ты чуть не прикончил сыночка местного авторитета? Ты совсем с башкой не дружишь? – гневно рявкнул оборотень, но тут же отошёл на шаг назад, услышав предупреждающее рычание в ответ. – Прости, забылся.
Нестеров сам виноват. Не хер было ко мне соваться со своими правилами и законами. Я сыт по горло тем, что кто-то диктует мне, как правильно поступать. В прошлом я гордо носил значок следователя и был верен трибуналу. Хотел сделать этот мир лучше, а чувство справедливости давило на плечи неподъемным грузом, но это было там, в прошлой жизни, в которой наивный лошара Джейс верил, что всё делает правильно. Оберегал ранимую душу Евочки и как верный пёс ждал, когда она будет готова к взрослой жизни и отношениям, а она взяла и трахнулась с моим братом, пока тот был за решёткой. Вот вам и вся гребаная справедливость.
– Девку мне какую-нибудь позови. Без разницы какую, но только чтоб язык не как помело. Не настроен я сегодня на светские беседы, – стряхнул с волос остатки влаги и поднялся на ноги, чтобы как можно скорее добраться до своего внедорожника и свалить домой.
Дом… Как странно звучит это слово…
В поисках истинной я скитался по миру и слегка забыл, что значит иметь постоянное место, где тепло и уютно, где повсюду привычные глазу вещи и знакомые ароматы. Уставший и поникший я притащился в этот захудалый городишко и понял, что хватит. Пора прекращать бесполезные поиски и скитания. Пришло время перестать гнаться за журавлем в небе и смириться с тем, что в руках нет даже дохлой никому не нужной синицы. Для дальнейшего комфортного существования на выбранной территории мне нужна была стая, но я больше не хотел кому-то подчиняться, поэтому собирался вызвать местного Альфу на честный поединок, но, как оказалась, вызывать было некого. Оборотни, живущие в городе, болтались сами по себе, кучкуясь небольшими группами, и старались не нарываться на конфликт с Нестеровым Александром, у которого, как говорится, находился ключик от всего города. Двуипостасные Нестерова своим лидером не выбирали, но этот факт его мало заботил. В этом городишке он – царь и бог, что для людей, что для Сверхов. Точнее он был таковым, пока не заявился я и не обосрал ему всю малину.
Нервно постукивал пальцами по рулю и поглядывал на часы, ожидая прихода красотки, которую я буду трахать во все щели до самого утра. Шлюхи у Дэна отменные. Для этого захолустья можно сказать идеальные. Отлично обученные и знающие свою роль в обществе. Недалеко за городом есть пансионат. Ну или правильней сказать лаборатория, где искусственно выращивают так называемых Куколок. В жилах этих девушек течёт кровь Сверхов, в основном оборотней, благодаря которой организм силен и вынослив, но зверя у таких генномодифицированных нет. Как нет и личного запаха. Поначалу я воспринял эту информацию скептично, но потом подумал и понял, что в принципе ничего плохого во всём этом нет. Куколки рождены для того, чтобы угождать и ублажать мужиков. Они ничего не просят и не ждут взамен. Ничего, кроме денег конечно. Идеально ведь!
Ожидание шлюхи затянулось, и я уже собирался послать всё на хер, а потом свалить в одиночестве, но дверца распахнулась, и Денис, наконец, втолкал в машину одну из своих девиц.
Не прошло блять и года…
– Пожалуйста… – пропищала подобно сдыхающему мышонку, когда я завёл двигатель, и автомобиль двинулся с места.
– Замолкни! – рявкнул, и девчонка, всхлипнув, вжалась в сидение, будто впервые оказалась рядом с мужчиной.
Странная какая-то. Хрупкая. Острые плечики подрагивали от частного и глубокого дыхания, а тонкие изящные пальчики то сжимались в кулачки, то нервно теребили подол юбки. Длинные белокурые локоны мне понравились, их будет приятно наматывать на кулак, а вот огромные зелёные глазищи, которыми на меня лупилась девица, не привели в восторг. Нет, сами по себе глаза, конечно же, красивые, но ужас, поблёскивающий в них влагой, привёл сначала в замешательство, а потом в бешенство.
Я оказался слишком страшным для этой шлюхи? Не такого она хотела обслуживать? Да и похуй. Ее мнение не учитывается. Бабы вообще редко понимают, чего хотят на самом деле. Ева тоже смотрела на моего брата с ненавистью, а потом прыгнула к нему на член с превеликим удовольствием.
Сука.
Все они неблагодарные суки. А эта дефективная ещё и тупая походу, раз не усвоила то, что она просто вещь для утех, а не личность, имеющая право на выбор или собственное мнение.
Глава 2. Вита
– Всё, дедуль, я побежала! – крикнула из прихожей, натягивая кеды.
Не любила опаздывать, но Вениамин Фёдорович очень строгий мужчина и никогда не выпускает меня из-за стола утром, пока я не съем весь завтрак. Я бы может и орудовала ложкой пошустрее, но мой организм с огромным трудом принимал овсянку, хоть дед и старался всячески улучшить ее вкус при помощи меда или ягод. Высказать своё недовольство я тоже не могла, потому что, во-первых, дедушка каждое утро просыпался чуть свет и копошился на кухне ради того, чтобы меня накормить, а во-вторых, не было у нас возможности питаться как-то иначе. К тому же все говорят, что овсянка полезна для здоровья!
Уже схватила с вешалки свой рюкзачок и собралась выпорхнуть из дома, но строгий голос деда заставил застыть на месте.