Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов (СИ)

– Да-а? – тянет Бэксил и, закрыв дверь, продолжает взирать на меня широко распахнутыми глазами. – А почему?
Пожимаю плечами:
– Он передо мной не отчитывался.
– Тогда из-за чего была дуэль?
– Это надо у Санаду и Тавроса спрашивать.
– Но ты ведь знаешь, – Бэксил молитвенно складывает руки. – Расскажи, а? Пожалуйста! Мы, менталисты, должны помогать друг другу… Пожалуйста-пожалуйста. Расскажи.
И так смотрит проникновенно-проникновенно. И Ника тоже почему-то смотрит вопросительно. И даже Марк Аврелий выглядывает из домика, будто тоже интересуется ответом.
– Понятия не имею, – отзываюсь я. – С чего вы взяли, что я об этом знаю?
  
Глава 60
 
Ника и Бэксил отвечают одновременно.
– Ты его секретарь.
– Он за тобой ухаживает.
Они переглядываются. Удивлённо.
– Секретарь? – переспрашивает Бэксил.
– Ухаживает? – переспрашиваем мы с Никой.
Даже фыркаю от столь нелепого предположения: Санаду потрясающе эффектен, по-тролльи бестактен, но с налётами джентльменства, и временами просто обворожителен, но ухаживать за мной – нет, до такого он никогда не доходил.
Марк Аврелий, дёрнув хвостом, начинает перекладывать орешки.
– А разве нет? – Бэксил как-то многозначительно смотрит на моё тело.
– Он же старый, – напоминаю я.
Обе смотрят как-то странно. Бэксил заговаривает первая:
– Но он тебе платье подарил. В кантонах подарки более богатые, но… может, это только начало?
– Не подарил, а одолжил на время работы его секретарём, – поясняю я, мысленно усмехаясь: видели бы они, как спокойно ведёт себя Санаду в самых двусмысленных и откровенных ситуациях, сразу бы поняли, что подари он мне хоть целый гардероб – это ничего такого не значит.
– Платье он при мне покупал, – вдруг произносит Ника. – Как секретарю. Вроде бы…
И смотрит на меня с подозрением.
– Может, как секретарю принца, то есть, короля Элоранарра? – Бэксил тоже пытается повторить трюк с задиранием брови, но у неё не получается.
– А что там с королём Элоранарром? – вспоминаю о шепотках, сопровождавших объявление о нахождении им своей пары.
– Так его секретарь оказалась его парой, – поясняет Бэксил и снова пристально меня изучает. Точнее, мою одежду. – Хм, ну, в принципе, платье действительно скорее деловое. Магический пошив и ткань зачарованная, фасон столичный, но… любовницам дарят бальные платья, а не ежедневные, да… И кантонские обычаи другие, опять же.
И всё это с таким серьёзным видом обсуждается, что язык чешется высказать что-нибудь этакое. Но усилием воли храню молчание: вдруг у Санаду проблемы будут из-за «неподобающих отношений» со студенткой.
Бэксил заглядывает мне в лицо:
– И вы не целовались?
– Даже не думали, – меня пробивает на смешок. Ему нужна сущность непонятная, но о слежке за ней в комнате рассказывать нельзя. И дело не только в этом. – Девчонки, ну что вы? Он же в солидном возрасте и намного меня старше. Просто повеселиться любит и местами слишком вежливый, не посылает куда подальше. И ему моя белка нравится, он её ворует, вот мы и пересекаемся постоянно. Да и просто забавный он, не понимаю, почему вы все с ним так не общаетесь…
Говорю, и что-то странное становится с лицами Бэксил и Ники: как-то они вытягиваются. Девушки медленно-медленно поворачивают головы друг к другу и смотрят… ну, странно. С таким видом бред сумасшедших выслушивают.
– Забавный, – глухо тянет Бэксил.
– Вежливый, – шепчет Ника неверяще. – Слишком вежливый.
И обе опять поворачиваются ко мне.
– Эм, ну, может, не всегда вежливый, – спохватываюсь, припоминая его замашки. – Но терпеливый. Вот. И добрый. Не знаю, как это выразить, но, кажется, он любит пообщаться.
Бэксил сглатывает. Ника отодвигается от меня подальше, хотя она и так в противоположной части комнаты. И всё же отодвигается.
– Да что не так? – смотрю то на одну, то на другую, а они чуть ли не глаза таращат.
– Ничего, – вскидывает руки Бэксил и бочком-бочком направляется к двери. – Ровным счётом ничего. Забудь. Забудь…
 
Она резко дёргает ручку, но та поддаётся только после взмаха моей руки, и Бэксил практически ныряет в коридор – в объятия своих подруг, толпящихся под нашей дверью. Неужели столько народа думает, что я что-то знаю?
– Бежим! – это причитание Бэксил успеваю услышать, прежде чем створка захлопывается, отсекая комнату от коридора.
Кажется, Бэксил надо попить настоечку успокоительную.
Пожав плечами, собираюсь вернуться к чтению, но перед этим проверяю Нику: она сидит на том же месте и странно, очень странно смотрит на меня.
– Да что такое? – не понимаю я.
– Ты правда считаешь Санаду… забавным? – еле слышно шепчет Ника.
– Да, а что? Он же вроде людьми не питается, чтобы его таким не считать.
Она та-ак смотрит. Что молчать невозможно:
– Да что такое?
– Наверное, дело в том, что ты его плохо знаешь пока. Да, – кивает Ника. – Дело в этом.
– Ника, да объясни же, в чём проблема?
Вздохнув, она дёргает рыжую прядь.
– Рассказывай, – практически требую я, разворачиваясь и удобнее усаживаясь лицом к ней. – Что не так с Санаду?
– Эм-м, – Ника отводит взгляд. – Санаду ответственный. И местами, пожалуй, действительно добрый, в обиду точно не даст, – по её губам проскальзывает мимолётная улыбка. – Но у него невыносимый характер. Совсем-совсем невыносимый.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Хм, не замечала такого.
Жду дальнейших объяснений. Ника удивлённо смотрит на меня.
– Вы просто мало общались, – выдаёт она наконец.
И возвращается к книге о влияющих на внешность магических воздействиях.
Так и не дождавшись иных объяснений, пожимаю плечами и возвращаюсь к учебнику: мой характер некоторые тоже считают невыносимым, но это не мешает мне общаться… с Санаду.
Ладно, время покажет, что и как.
***
Некромантская магия терзает кожу Санаду раздражающим въедливым зудом, а ему ещё приходится расписание переделывать.
Под строгим присмотром Эзалона.
Прямо у него в кабинете.
И тяжкие вздохи, жалобы и просьбы дать отдохнуть не действуют: сложивший руки на груди Эзалон непреклонен и повторяет одно и то же:
– Сам виноват. Терпи и переделывай расписание.
Санаду остаётся только тяжко вздыхать и корректировать занятия так, чтобы успевать и к менталистам, и к некромантам.
Единственное, что его утешает – мысль о том, какой фурор произведёт известие о том, что он теперь профессор некромантии.
Прилетевшее письмо он ловит с улыбкой, уверенный: те, кто не могут высказаться лично, доставят ему немалое удовольствие своей письменной реакцией.
Неожиданно первым из всех оказывается архивампир Келтар.
«Похоже, его шпионы здесь самые расторопные», – предполагает Санаду.
«Санаду, это твоя самая безумная выходка. Теперь я точно знаю: ты, сумасшедший!»
«О, даже забыл написать, что мне не место во главе кантона, – хмыкает Санаду и, подумав, соглашается. – Да, пожалуй, это самая безумная моя выходка». 
Следующее послание прилетает от Изрель:
«Санаду, хватит пить! Ты рискуешь стать первым архивампиром-алкоголиком. И, да, тебе снова удалось меня удивить».
Санаду поднимает нарочито печальный взор на Эзалона и, сдерживаясь от того, чтобы почесать спину, грудь и вообще всё, патетично сообщает:
 
– Поздравляю, моё назначение наставником некромантов, – Санаду хмыкает, проникаясь звучанием неожиданного звания, – считают пьяным бредом. Рекомендуют завязывать с выпивкой, так что передаю тебе, это же твоя идея.