Кистепёрые

Я отмахнулся.
– Не будем прикидываться толстыми и важными, всё равно не получится. Это же мы денег просим, а не он?
– Хорошо, – произнёс он небрежно. – Скажу, что готовы к контактам в любое время?
– Идёт, – ответил я тяжёлым голосом. – Пусть будет, что будет.
  
Глава 6
 
Как только он вышел, я торопливо выдвинул нижний ящик стола, это в верхнем у меня флешки и всё такое, а в нижнем таблетки, пилюли и даже разнокалиберные ампулы под шприцы разного размера.
К инъекциям стараюсь прибегать только при острой необходимости, но сегодня хоть ещё и не предынфарктное состояние, но впереди слишком важный разговор, надо быть в лучшей форме, какая на сегодня возможна.
После шести кубиков генадизинепама в вену опустил рукава, чтобы скрыть пластырь на сгибе локтя, вышел в коридор, бодрый и злой, как муха в августе.
Все по своим норам, никто от работы не прячется, с палкой ходить необязательно, всё-таки как здорово, когда подбираются люди, которым нравится то, чем занимаются. И как редко такое бывает…
Я протопал до конца коридора, заглянул к Невдалому, у него свой кабинет, где на двух столах четыре дисплея, на всех четырёх такие формулы, что даже не стал вглядываться, за его спиной нависают Грандэ и Лысенко, хотя вряд ли они понимают, но таращат глаза и морщат лбы.
– А трассировку установил? – спросил Грандэ.
Невдалый устрашающе зевнул, став похожим даже не на неандертальца, а на австралопитека, кивнул в сторону Лысенко.
– У зерга спроси.
– Сам ты зерг, – ответил Лысенко неспешно. – Мы, благородные протосы, всё успеваем, а кто не, того кувалдой в лоб, чтоб не хрюкал, когда все рвут и мечут, словно встретившие толстого епископа в тёмном лесу карбонарии!
– Успеваете? – спросил Грандэ с сомнением. – То-то никак не установите, чтоб реагировала сама, а не вручную, как гиксосы какие-то.
Лысенко покровительственно улыбнулся.
– А что, по-твоему, наш лохматый друг сейчас делает? Озеро для лебедей копает?.. Шеф, к нам вопросы?
Я молча отмахнулся и вышел.
Через полчаса камера наружного наблюдения вывела и укрупнила на экран участок улицы перед нашим домом в тот момент, когда там остановились два автомобиля, роскошный лимузин и чёрный джип военизированного типа.
Я дёрнулся, умные алгоритмы не зря остановили внимание на этих авто, Невдалый кое-что в них подправил, эти визитёры ко мне, так что соберись и не трясись, не мальчишка перед директором школы.
Рука моя в чисто мужском жесте прошлась сверху вниз, проверяя указательным пальцем, застёгнута ли ширинка, а то в некоторых джинсах молния сама по себе иногда сползает вниз, сделал глубокий вдох-выход и сделал вид, что сосредоточенно работаю над важными бумагами.
Дверь распахнулась, это Блондинка открыла, в кабинет вошёл не бизнесмен, я бы сказал, министр иностранных дел крупного государства, солидный, исполненный доброжелательности и собственного достоинства, в безукоризненном костюме, уголок платочка из нагрудного кармана, галстук, причёска, манжеты, благожелательная улыбка.
«Ни хрена себе, – мелькнуло у меня ошалелое, – а начинал же как бандит и рэкетир, судя по слухам. Или врут?»
Ещё с порога он окинул быстрым оценивающим взглядом помещение. Мне показалось, что наш бедлам даже понравился, усмехнулся, стремительными шагами преодолел расстояние до стола.
Я поднялся, рукопожатие у него крепкое, ладонь горячая, а сам смотрится боксёром из старой английской аристократии, что вышел на ринг уверенно, победно и красиво.
Опустился по моему не очень-то уверенному жесту на стул по ту сторону, взгляд быстрый, цепкий и оценивающий. Наверняка повидал больше людей, чем я, хотя и намного моложе меня, с ходу понимает, как с кем разговаривать и чего от них ждать.
Я ощутил себя неуютно, всегда так с деловыми и напористыми, заранее чувствую себя проигравшим.
– Наш друг много о вас рассказывал, – сообщил он, – но я и сам, как вы понимаете, навёл справки по своим каналам.
– Спасибо, – пробормотал я опасливо, – сейчас да, мир таков, все мы как на ладони.
 
– Задумали грандиозную игруху? – спросил он. – В виртуальной реальности?
Произнёс с вялым интересом, как о чём-то надоевшем и привычном, я запнулся, общий ответ явно не устроит, ответил с некоторой неловкостью, словно объясняю, почему вышел на улицу в испачканных сзади брюках:
– В ней быстро устают глаза, да и вообще… но о таком умалчивают. Однако как только, так и мы сразу. Предусмотрено! Мы на низком старте. В одни сутки, даже в ночь, переведём всё в вээр. Пусть только решат проблему нагрузки на зрение, за нами не заржавеет.
Он побарабанил кончиками пальцев по столешнице, звук глухой, словно стучит по металлической плите, проговорил задумчиво:
– Настолько движок изменяем?
– Давно работали, – заверил я. – Смотрим в будущее! Но мощности не позволяли применить на старом оборудовании. Это сейчас квантовые наконец-то в коммерческом потреблении…
Он кивнул, в голосе прозвучало некоторое нетерпение:
– Да-да, знаю, сам один заказал для своей корпорации. Хотя ещё не знаю зачем, но надо хватать, пока не обнаглели и цены не подняли. Ладно, посмотрю, что можно сделать. Сам, без специалистов!.. Такую хрень несут, не понимают, что в мире творится, а советуют, советуют.
Я сказал с сочувствием:
– В мутной воде рыбка лучше ловится. А сейчас всё мутное!.. Особенно перспективы.
Он взглянул остро.
– Но вы ориентируетесь?
Я ответил со скромностью:
– Время показывает, что мои прогнозы точнее, чем у моих коллег. Даже великий Каку ошибся в размерах сингапургского кризиса…
– А у вас совпали все цифры, – прервал он. – Знаю, вам досталось до и даже после. Сперва, что глупость спороли, потом – что не предупредили. У меня сейчас из-за взлёта цен на нефть выросла прибыль, думаю, куда срочно распихать средства… А Невдалый вас так расхваливал!
Я промолчал, хотя сердце затрепыхалось в радостной надежде.
– Сколько вам надо? – спросил он отрывисто.
Я ответил со скромностью:
– Мы команда энтузиастов, работаем, как на великой стройке коммунизма, но квантовый нам никто не подарит, а его недостаёт…
Он прервал:
– Я не филантроп и не меценат, но готов инвестировать в рисковый актив. Ваш выглядит очень уж ненадёжным, зато у вас репутация осторожного пророка. Как у вас это получается?
Я развёл руками.
– Слушаю музыку Вселенной.
Он улыбнулся.
– Понятно, у всех свои секреты. О моей доле, уверен, договоримся. Подсчитайте, сколько вам нужно. А комп сегодня же закажу и оплачу!..
У меня вырвалось:
– Сегодня?.. Я даже не знаю, какое спасибо сказать…
Он поднялся, с улыбкой протянул руку через стол.
– И не надо. Уверен, и тут заработаю. Держим связь. Что нужно ещё, обращайтесь!
Немножко обалделый, я смотрел, как он откланялся и ушёл, быстрый и целеустремлённый. Любитель музыки из него наверняка хреновый, зато, как и сам вижу, развил чутьё на людей, которые могут оказаться полезными в его хобби наращивать капиталы хоть по Марксу, хоть по Маску.
Когда я сообщил коллективу о неожиданной, хоть и ожидаемой удаче, в разгар ликования Грандэ предложил начать с аренды массива компов, сейчас даже суперкомпьютеры резко подешевели, он прав, но я собрал волю в кулак и возразил:
– Квантовые уже пошли в коммерческое! С каждым годом… да что там с годом, с каждым месяцем начнут дешеветь, мощность возрастать по экспоненте, сейчас все бросились их строить!.. Не потому что ждут чего-то особого, а деньги девать некуда. Я слежу за рынком, есть вариант насчёт покупки того варианта, что на нейроморфных сетях в связке с обычными.
Грандэ промолчал, вижу, как ищет слова, а Лысенко сказал мощно:
– Шеф, предлагаешь купить?
– Гулять так гулять, – сообщил я. – Всё равно апокалипсис на горизонте.
– Это новинка, – напомнил он, – лучше бы в аренду, но их не сдают пока. А купить можно только за деньги, которых у нас никогда не было.