Грани Власти (СИ)

— Драгоценности, — подсказал я.
Она резко повернула голову, и ее взгляд стал осмысленным.
— А ведь верно! — глаза ее расширились. — Совсем недавно она пожаловалась, что у нее украли шкатулку с драгоценностями. Отец приказал выпороть всех ее сервов, но те так и не сознались… Вот ведь тварь!
Моя рука снова нырнула во внутренний карман. Исабель, не говоря ни слова, завороженно следила за тем, как я развязываю тесемки на небольшом кошеле из темно-синего бархата. Спустя мгновение я протянул ей брошь с изумрудными камушками, которую я вынес из особняка Поля Лепети.
— Узнаете?
— Это брошь Аделины, — тихо произнесла Исабель бесцветным голосом. Похоже, она уже ничему не удивлялась. — Это подарок отца. Она обошлась ему в шесть сотен крон.
— Согласно этой расписке, некий Поль Лепети выдал ей за нее всего сотню крон, — сказал я, протягивая ей маленький свиток, который я прихватил когда-то вместе с брошью. — В документе значится другое имя, но, думаю, вам знаком этот почерк.
— Да, — Исабель было достаточно одного беглого взгляда на бумагу, чтобы распознать руку сестры. — Это писала Аделина… Но ведь драгоценностей было больше… И, полагаю, этой суммы было бы недостаточно, чтобы нанять верфольфов…
— Эти деньги предназначались не оборотням, — хмыкнул я. — Еще до того, как связаться с гильдией, ваша сестра подкупила Винсента де Ламара и Вивьен Леруа…
— Та дуэль… — вспомнила Исабель. — Я помню, как Аделина обрадовалась этим новостям! А потом спустя несколько дней она была чернее тучи. Я поняла — она получила весть о том, что ты выжил! Она еще тогда, сказавшись больной, поехала на источники… Выходит, она ездила в Абвиль…
— Да, и ее там видели в компании с Вивьен Леруа, — сказал я.
— Та актрисулька, из-за которой все и случилось…
— Аделина потребовала добить меня. Но де Ламар попросил больше денег. Вот она, видимо, и продала брошь.
— Почему ты молчал?
— А вы бы мне поверили? У меня не было прямых доказательств, хотя, на самом деле, мне они особо и не нужны. Знаю, у вас есть покровители. Вы ведете дела с герцогом де Гонди. Торгуете его зерном. Но я дворянин. Герой Фронтира, победивший в Великом Испытании. Король обязательно прислушался бы к моему прошению и приказал бы проверить мои слова. Правда бы обязательно всплыла.
Исабель вся осунулась и как будто на десяток лет стала старше.
— А еще для меня честь семьи — не пустой звук. Пусть даже эта семья не желает принимать меня…
Исабель резко подняла голову. В ее взгляде мелькнула надежда.
— У тебя есть решение?
— Да, — кивнул я. — Всё можно представить, как ложный навет. Или как ошибку следствия.
— Но тогда… — она взглянула мне в глаза с надеждой, и в ее взоре промелькнуло понимание.
— Вы правильно меня поняли, мадам, — подтвердил ее догадку я. — Мне придется дать показания о том, что на меня никто не покушался. Мне поверят. Не сомневайтесь. Тем более, что вы сами сказали — в тех списках есть много людей, не имеющих ничего общего с вервольфами.
— Каковы твои условия? — быстро перешла на деловой тон Исабель.
— Их будет три, — сказал я, садясь в кресло и беря в руки бокал с вином.
— Я внимательно тебя слушаю, — сказала она и тоже села в кресло.
— Первое, — начал загибать пальцы я. — Наследство моей матушки. Что бы вы там ни говорили — это мое право. Все деньги. Сразу я не прошу. Выплатите мне их постепенно.
Исабель нахмурилась, но кивнула.
— Второе, — продолжил я. — Аделина Бошар будет изолирована. Обитель для душевно больных при храме Пресветлой Матери или что-то в этом роде прекрасно подойдет.
Судя по взгляду Исабель, в этом пункте наши желания полностью совпадали.
— И третье… Мне нужны гарантии того, что ни вы, ни ваш отец, ни ваши братья не начнете мстить мне. Иначе мне придется применить силу и ликвидировать всех вас раз и навсегда. Поверьте, я смогу это сделать.
Сказав это, я вытащил змеиный кинжал и пропустил по его клинку сгусток силы. В следующее мгновение оружие окутала светящаяся магическая дымка.
— Да, тетушка, — усмехнулся я, наблюдая за напряженным лицом Исабель, которая, словно загипнотизированная, неотрывно следила за кинжалом в моей руке. — Вынужден признать, я восхищен вашими аналитическими способностями. Нужно ли напоминать вам, что о моих магических способностях никто не должен знать?
 
— В этом нет необходимости, — выдавила она пересохшим горлом. — Я все понимаю. И я гарантирую, что…
— О нет, мадам, — покачал головой я. — Слов будет недостаточно. Тем более, что вы сами знаете, каким может быть ваш отец… При всем моем к вам уважении вы не сможете полностью контролировать его вспыльчивый нрав.
— Тогда чего ты хочешь? — напряглась она.
— Ален Бошар, — коротко сказал я, видя, как широко раскрываются глаза Исабель и бледнеют ее щеки. — Я знаю, он наследник вашей империи. Он очень важен для вас. Поэтому мой кузен на неопределенное время переедет ко мне и станет моим воспитанником. Я найму для него лучших преподавателей. Более того, он научится ездить верхом и фехтовать. Его обучат танцам и придворному этикету. Кузен не будет ни в чем нуждаться. Он станет гарантией. Или, если хотите, заложником. И я сразу хочу предупредить — никаких торгов по всем трем пунктам.
— Сколько у меня есть времени? — поднявшись с кресла, холодно спросила Исабель.
— Катастрофически мало, — ответил я, тоже поднимаясь. — Это все, что я могу вам сказать.
Она кивнула и более не сказав ни слова быстрым шагом покинула кабинет.
Я же приблизился к окну и взглянул на помост, залитый кровью последнего казненного оборотня, и на беснующуюся внизу толпу. Слово, данное умирающему вервольфу в лагере бурых волков, я сдержал — стая Бримы уничтожена.
  
Глава 16
 
— Мсье Ренар, — с холодной улыбкой встретил меня Томас Гилберт. — Рад, что вы ответили на мое приглашение.
— Мсье Гилберт, — улыбнулся я в ответ. — Я рад быть здесь.
Мы обменялись рукопожатиями. Он улыбался, но я видел, что он зол на меня. Скорее всего, Бетти пересказала ему наш с ней последний разговор, в котором я упомянул о другой невесте и о недостаточно знатном происхождении Гилбертов. Уверен, дочь в красках описала нашу с ней последнюю беседу. И при этом, конечно же, умолчала о своем участии в сговоре с Вивьен Леруа и Винсентом де Ламаром против меня.
Томас Гилберт встречал прибывающих на его прием гостей на пороге своего шикарного дома, который находился в одном из элитных кварталов новой столицы. Главный поставщик вина в королевстве мог позволить себе дом даже в квартале высших аристократов, но, увы, простолюдинам там не место.
Я не глядя повел рукой в сторону, и к Гилберту с поклоном приблизился мой лакей. Он держал в руках небольшую продолговатую шкатулку, стенки которой были испещрены изящной резьбой с вкраплениями небольших драгоценных камней.
— Прошу вас принять этот дар в качестве извинений за то, что я в прошлый раз не смог ответить на ваше приглашение, — сказал я, открывая крышку шкатулки. — Уверен, только такой эксперт, как вы, способен по достоинству оценить эту вещь.
— Я благодарю вас, шевалье, но в этом не было необходи… — начал было Томас Гилберт, но резко замолчал.
Дело в том, что он, наконец, опустил взгляд и посмотрел на содержимое шкатулки. Его глаза полезли на лоб. Только усилием воли он смог взять себя в руки.
Это была бутылка с вином. Одна из тех, что были в тайном погребе де Клермона. С двухцветной энергоструктурой, явно созданной мастером своего дела. Он сумел изящно сплести алую и янтарную энергии воедино. Сделать так, чтобы они не противоречили друг другу.
Я потом навел справки о подобном вине. Оказалось, что у меня в тайном погребе, помимо других очень древних магических сортов вина, хранится дюжина бутылок с так называемой «Драконьей Кровью».
Этот сорт был создан лучшими магами по заказу императора еще до появления Тени и являлся мощным универсальным противоядием.