Я все еще должен (СИ)

— Лук тихий. Твой выстрел в деревне услышат. Мой же и с тридцати метров не каждый.
— Понятно, но им надо учиться владеть. Долго и тяжело, а нужен он… Да, наверное, нафиг не нужен. — улыбнулся малой.
— Учиться пользоваться надо всем. Я, вроде бы, умею. Ладно, хватит спорить, вставай и давай описывай, что видишь вокруг.
— Вижу лес, деревья траву. — поднялся на ноги подросток и осмотрелся.
— Наблюдательный. — усмехнулся. — Следы?
— Нет. — после небольшой паузы помотал головой сын. — Какие следы можно найти в такой травище?
— Заячьи и не только. Вот смотри. — показал на едва-едва заметную тропку в траве, уходящую дальше в лес, сквозь кустарник.
— Что-то вроде бы есть, но не понять ничего. Вот изгиб, — показал рукой подросток. — а дальше ничего не рассмотреть.
— Саш, смотри. Вот. — теперь уже я стал водить рукой. — Явная тропа. Видишь? Изгиб, дальше ещё один. Вон даже след немного различим на чахлом мхе. Потом тропка ныряет в кусты. Вот явный проход. Видишь в зелени? Смотри, вот листик обломан, косой тушкой зацепил.
— Угу, но если бы ты не показал, ни за что не рассмотрел.
— Ну, хорошо. Вот тут. — повернулся и показал целый туннель в густой траве, уходящий в противоположную сторону и теряющийся в зелени между высоких деревьев. — Что видишь?
— Эм… — прищурился сын. — Трава и трава. Ничего.
— Смотри внимательно, это тропка куропатки. — немного раздвинул переплетённую траву и показал малому явный проход между стеблей. — Они здесь бегают по своим делам. Скорее всего, где-то еду нашли и носятся за ней.
— Теперь вижу, но сам бы не нашёл. Наступил и не догадался.
— Ясно. Здесь и здесь можно петли поставить или другую ловушку использовать. Я тебя учил.
— Это я помню. — кивнул Сашка.
— Действуй. Ставь петельки и спрячься где-то недалеко, а я пойду, погуляю. Не пристрели меня случайно.
— Постараюсь. — улыбнулся малой. — Удачи.
Кивнул, наложил на тетиву стрелу и растворился в густом кустарнике. Давно так не ходил по лесу. Приятно красться среди высоких деревьев, кожей ощущать слабенький ветерок, знать, куда можно ставить ногу, а куда не стоит. Замечать всё и быть частью леса. Даже почувствовалась лёгкая ностальгия, по старым временам, когда лазил по Великому лесу.
— Ходють, этот хоть не топчит всё подряд. Охотничек итить его через пень. — раздался слева сварливый скрипучий старческий голос.
Мне стоило больших усилий, чтобы не повернуть голову в ту сторону. Старательно делая вид, что ничего не услышал, медленно осмотрелся. Мазанул взглядом по мелкому лешему, стоящему в стороне и смотрящему в мою сторону. Едва заметно выдохнул задержанный воздух, не он, совсем другой. Намного слабее, но всё равно хозяин этого места. Да и не лес — это, так лесочек по сравнению с Великим и его размахом на севере.
— Итить тебя кочерыжкой, молодец. — раздалось между ног. — Хоть не с громыхалкой этой припёрси. Лук! Ты смори, давненько не видывал.
Мне опять пришлось усилием воли удерживать себя на месте, чтоб не подпрыгнуть и не шарахнуть по дедку молнией. Не такой и слабый старый пердун. Осторожно пошёл дальше. Вскоре за большим поваленным деревом мелькнули длинные уши. Аккуратно обошёл ствол, учитывая ветер и удобство подхода, заяц сидел метрах в двенадцати и что-то жевал. Медленно потянул тетиву, вскидывая лук. Рядом с косым возник леший и ладонью хлопнул по стволу поваленного дерева. Заяц подпрыгнул на месте и дал дёру.
— Зараза. — пробормотал, опуская лук. — Так никакой охоты не будет.
Леший осклабился щербатым ртом и пропал. Правы были мои далёкие предки очень мерзкие духи обитают в лесах. Побродил ещё полчасика, леший несколько раз уводил добычу из-под носа. Дважды толкал мою руку и стрела улетал безвозвратно, искать в дебрях её было бесперспективно. Пытался закружить и запутать, но не этому задохлику со мной тягаться. Леший скрёб затылок и удивлялся, что ничего не получается, но не сдавался. Наверное, эта игра его забавляла. Покружив ещё, заметил краем глаза зайца, занятого своими делами и не обращающего на застывшего меня ни малейшего внимания. Впереди, метрах в тридцати, что-то клевали два глухаря. Не спеша стал тянуть тетиву, смотря вперёд, на птиц. Естественно, леший появился рядом с ними и вспугнул их, мерзко заржав, но моя стрела уже торчала в тушке зайца.
 
— Ирод, обманул-таки. — бегал вокруг меня леший и ругался, пока я вырезал стрелу из своей добычи. — Паскуда малолетняя. Ну, я тебе это припомню. Ухарь выискался, духа леса облапошить. В болоте утоплю!
Засунул тушку в сумку, подхватил лук и поднялся, прикидывая, стоит ли дальше тратить время. Угрозы лешего мне не нравились и я направился в сторону выхода, тщательно проверяясь и чётко держа направление. Лоа мелькал, то тут, то там и пытался меня запутать, когда ничего не срабатывало, топал ножкой и грозил ещё больше. Впереди мелькнул заяц, вскинул лук, натянув до щеки, и в этот момент лопнула тетива, больно стеганула концом по скуле. Хорошо успел среагировать на смазанное движение, убрать голову и в последний момент немного ослабить натяжение тетивы.
— Сука! — выругался, старательно не смотря на довольного лешего.
— Получил, паскудник? — потёр ручки лоа. — Толи ещё будет!
Пришлось выходить всего с одним зайцем. Леший оставшуюся недолгую дорогу обратно пытался заморочить голову и увести меня в чащу, но я контроль смог удержать. Кусты расступились и оказался на окраине леса, там, где и оставил сына. В одной из поставленных им петелек лежал задушенный крепкой верёвочкой заяц. Остальные были пустые. Малой оказался метрах в пятидесяти правее, отдыхал под деревом.
— Ну как сходил? — увидел он меня и поднялся из своей засады.
— А-а-а… — махнул рукой. — Одного с горем пополам удалось взять.
— Хех. — хмыкнул сын. — Стареешь.
— Угу. Этот твой, в петле был. — продемонстрировал ему тушку.
— Да? Круть! — запрыгал на месте подросток.
— Пошли, пока не сильно жарко. — протянул добычу Саше, взвалил на себя рюкзак. — Остальные петли снял.
— Класс! — взял он в руки зайца и погладил его шёрстку. — Жалко его, красивый.
— Главное — большой и упитанный.
— Ограбили и уходють, чтоб вам провалиться. — донеслось в спину злобное кряхтение лешего и мрачное обещание: — Мы ещё встретимся.
— Что приготовим? — поинтересовался малой.
— Удиви. — улыбнулся ему и пока он ничего не ответил, перевёл тему: — Я же тебе говорил, что не понадобится ничего из твоего тяжеленного рюкзака.
— А вдруг бы мы и вправду провалились в другой мир?
— Тогда было бы плохо всем.
— У?
— И нам, и Жене, и тому миру, и этому, и даже нашей маме.
— Умеешь ты настроение испортить, папа.
Когда прошли примерно половину расстояния от леса до деревни, остановился и достал своего зайца из сумки.
— Та. — махнул рукой Сашка. — Он у тебя какой-то тощий, не то что мой!
— Сойдёт. Не знал, что ты такой хвастун.
Достал нож из-за спины, всегда ношу небольшой острый клинок в закреплённых горизонтально земле ножнах на поясе. Как там выглядит печать рыжей? Большой крест, круг, какие-то значки, волнистые линии, наводящие на мысль об огне. Попробуй это нормально вырежи на мягкой тушке, но, вроде бы, получилось. Полюбовался работой и засунул серого обратно в сумку.
— И что теперь? — поинтересовался сын, когда мы возобновили движение.
— Должна явиться, а вот когда только ей ведомо. — пожал плечами.
— Как-то мне стрёмно.
— Ты знаешь, Саш? Мне тоже.
  
Глава 12
 
Вошли в ворота деревни, поболтали с дежурившими парнями, посмеялись, похвалились охотой и пошли дальше по улице, вежливо раскланиваясь со всеми встречными жителями. Когда проходили мимо невысокого заборчика старосты, хозяин нас окликнул:
 
— О-о-о, молодёжь! Здравы будьте. С охоты топаете?
— Доброе утро, дед Фёкл! — поздоровался Саша и поднял руку с зайцем. — Смотрите какой красавец.