Препод от бога (СИ)

С этими словами ректор схватился за ручку двери — и появился в коридоре. Бросив на меня тяжелый взгляд, он прошел мимо, ни слова не сказав. Что ж, его можно понять. Не знаю уж, кто тут попечители, но логично предположить, что в их состав входит кто-то из королевской семьи, а может быть, и сам король. Ясно, что ректор не хочет, чтобы эта ситуация стала их достоянием!
Я вошел в знакомый мне кабинет декана — за прошедшие месяцы мне не раз приходилось здесь бывать по тем или иным причинам. К моему удивлению, мессира Дархерст оказалась не одна. В углу стоял замдекана Вилья — он ни слова не сказал во время предыдущей беседы, так что я понятия не имел о его присутствии.
  
— Мессир Вяз… то есть ваша милость… — начала декан. — Я, к сожалению, вынуждена вас уведомить… — декан говорила мягким, почти извиняющимся тоном: не как с проштрафившимся исполнителем или подчиненным, который ее подвел, а действительно как с титулованным аристократом, ссориться с которым не с руки. Однако я видел, что подспудно она крайне раздражена этой ситуацией.
Что касается Вильи, то он смотрел на меня совершенно убийственным взглядом — как будто еле сдерживался, чтобы не прикончить Нежизнью. Так не смотрят на подчиненного, который допустил крупный косяк. Так смотрят… не знаю, на предателя дружбы? На потенциального серийного киллера? Вот под этим взглядом мне действительно сделалось неуютно, но я постарался не показать виду.
Декан закончила длинную витиеватую фразу, из которой следовало, что с большим сожалением Академия вынуждена со мной расстаться.
— А признайтесь, — вдруг сказал я, — вы страшно на меня раздражены и раздосадованы. Зачем мол, я понес диплом именно сейчас, лучше бы потянул время, пусть бы дети экзамены написали нормально?
Лицо декана сделалось холодным, губы поджались.
— Это не относится к делу! — отчеканила она.
— Да, раздосадованы, — кивнул я. — Ну что ж. Только напомню, что я с самого начала не лгал, ничего не подделывал и даже пытался вам сказать, что я никакой не некромант, но вы не стали меня слушать. А узнав о вашей ситуации, я согласился только потому, что меня поразила такая высокая смертность среди юных некромантов, которая считается у вас нормальной…
— А не потому, — вдруг перебил меня Вилья, — что вы хотели получить доступ к библиотеке для доступа к книгам по запрещенной некромантии из других миров?
— Антонио, не начинайте и вы тоже! — вздохнула Дархерст.
Вилья шагнул к нам ближе, достал из кармана мантии аккуратно сложенный вчетверо лист толстой местной бумаги, развернул его.
— «Рассказ Кондора Филза об экспедиции в Многомирье ради победы над немертвым некромантом, обретшим живую плоть, с подробнейшими комментариями мессира Арно» — уже одно это стоило бы того, чтобы к вам присмотреться! А тут еще «Пути черной плоти», «Очертания по ту сторону бытия», трактат Велснера Кирша об особенностях клеточного строения немертвой материи, Фейхтен «О бескостном гомункуле», Ле Бэ «Искусственное взращивание», Шойни «Убедительное обоснование невозможности плотского голема» — вы собрались стать личем, Андрей Вяз⁈ Или оживить лича⁈
Вот теперь я понял, почему его глаза так горели. Он увидел не просто предательство человека, которого почти начал считать своим другом — он увидел, что проморгал возможного преступника и массового убийцу!
— Естественно, — сказал я, высоко подняв брови. И тут же продолжил, не обращая внимания на удивленное восклицание госпожи Дархерст. — Да, я пытаюсь облечь лича живой плотью. Конкретно — мою жену, Рагну Брейдау, также известную как Добрая Госпожа. Уникальный лич с живой душой, которая стала умертвием, использовав энергию чужого ритуала, когда ее саму пытались принести в жертву, и имеет по сему случаю разрешение короля на продолжение существования. Спросите у госпожи Крейц, она держится в курсе новостей королевства, должна знать и эту историю.
У Вильи вдруг стало такое лицо, как будто я его ударил.
— Рагна Брейдау? — переспросил он. — Рагна Серая?
— Малышка Рагна? — так же вслух удивилась Дархерст. — Она — ваша жена? Одна из ваших жен?
— А вы разве не знали? — в свою очередь удивился я. — Я думал, уж кто-кто, а некроманты-преподаватели Академии не должны пропустить, что выпускница вашего факультета вдруг всплыла из безвестности…
— Про Добрую Госпожу мы, безусловно, слышали, — покачала головой декан Дархерст, — но то, что это Рагна… Ходили слухи, что это Эльсбета Прен, урожденная Хемпстед, но это не признают официально из-за ее высокого статуса! Я еще тогда удивилась, поскольку никогда не считала эту девочку особенно талантливой.
— Надо было поговорить с секретарем Ковена! — пробормотал Вилья, явно с очень сложными эмоциями. — Или с Колином Эрроу! Почему я не поговорил⁈ Мне тоже и в голову не могло прийти, что Рагна объявится после сотни лет!
— А вы хорошо ее знаете? — спросил я у Вильи с любопытством.
— Она спасла мне жизнь, — этот ответ меня поразил.
— Надо же! — похоже, декану Дархерст сегодня выпало особенно много удивляться. — Впервые слышу!
— А между тем, это произошло на ваших глазах, учитель, — усмехнулся Вилья. — Пустое. Это сейчас не важно. То есть, хотите сказать, Вяз, что все эти книги вы читали исключительно для Рагны? Чтобы обойти запрет на прямую передачу знаний, я верно понимаю?
— Да, вы все верно понимаете.
Вилья сложил бумагу и убрал ее в карман.
— Тогда… даже не знаю, что еще вам сказать.
— Скажите мне, в каком виде будет обставлено мое увольнение? — перевел я разговор на деловые рельсы. — Если хотите скрыть это от совета попечителей, особенно на фоне происшествия с предыдущим кандидатом-воришкой, полагаю, вы планируете отправить меня в отпуск до конца года? По семейным обстоятельствам, например?
— Да, — сказала Дархерст, внимательно глядя на меня, — именно так мы и собирались поступить…
— Тогда, полагаю, не будет проблемой, если моя жена и ее подруга также будут пока занимать нашу квартиру — до того как найдут другое жилье? — с любезной улыбкой спросил я. — Это придаст достоверности вашему объяснению…
Дархерст и Вилья переглянулись. Вилья пожал плечами. Дархерст, вздохнув, сказала:
— Не возражаю. Но вы сами, ваша милость…
— Ноги моей здесь не будет, — пообещал я. — Только с детьми попрощаюсь. И… насчет детей. Я планировал предложить троим младшим — Анне Монт, Финну Эверетту и Гийому Жувару — провести летние каникулы у меня в поместье. Моя семья не возражает. Этим детям особенно некуда пойти и они пока слишком малы и мало знают, чтобы зарабатывать самостоятельно. У нас они могут как заниматься, так и хорошо питаться, плюс заработать на мелкие расходы помощью по хозяйству.
— Вы спрашиваете у меня разрешения? — подняла брови Дархерст.
— Нет, — сказал я, — просто ставлю в известность. Вы ведь им не опекуны, а значит, не можете контролировать, как они проводят каникулы. Но создавать недоразумение на пустом месте я не хочу.
— Поняла вас, — милостиво кивнула госпожа Дархерст. — Что ж, если вы не будете чинить детям препятствий прибыть к началу следующего учебного года… — она пожала плечами. — Как вы верно заметили, я им не опекун. Не думаю, что их спонсоры будут возражать против сокращения расходов на их содержание, особенно с учетом вашего титула!
«Ладно, — подумал я, с тяжелым сердцем выходя из кабинета, — не дали стать учителем — похоже, придется стать директором летнего лагеря…»
А вслух, хоть и вполголоса, сказал:
— Ну что? Понравилось представление?
Тихий смешок Любви я услышал не ушами.
«Неплохо. Но многовато драмы, на мой вкус. Впрочем, я подожду хэппи-энда».
  
— Хэппи-энд будет, когда я смогу оживить Рагну.
На сей раз Любовь ничего мне не ответила. Может быть, уже и не слушала.
  
Глава 20
 
Идеальная плоть
 
Перед отъездом всегда находится больше дел, чем ты рассчитывал. А если, к тому же, навсегда покидаешь место, где рассчитывал прожить еще пару месяцев, то вообще впору свихнуться: и то нужно сделать, и это.