Нож в сердце рейха

– Приветствую вас, господин Фишман, на земле Великобритании, – через переводчика поздоровался министр. – Прошу присаживаться, – указал он на стоящее возле круглого столика кресло. Сам сел напротив. – Вы просили о встрече. Я весь внимание…
– Господин Литтлтон, меня привело к вам желание ускорить окончание войны. Не скрою, желание расширить сферу торговых отношений также присутствует. Я знаю, что вы до недавнего времени руководили министерством авиационной промышленности, которая претерпевает переоборудование и переходит к производству новых, более современных бомбардировщиков и истребителей. Да и строительство кораблей, поставленное на поток, тоже требует материалов. Мы, фирма «Фишман и К°», можем предоставить медь, олово, алюминий и ряд других материалов, вам необходимых.
  
– Это хорошо, – одобрительно кивнул министр. – Но я думаю, что вы не альтруист и вам тоже что-то нужно от Великобритании…
– Вы правы, – улыбнулся Федор. – Каким бы я был бизнесменом, если бы не имел собственного интереса… Мы могли бы через вас покупать топливо, поставляемое в Англию из стран Ближнего Востока. Не скрою, мы будем перепродавать его Советскому Союзу, военные корабли которого зачастили в ваши порты. Нас интересует также уголь, зерно…
– Серьезные намерения. А как с гарантиями? Вы молоды, извините, и не совсем внушаете доверие. Тем более что до недавнего времени ваша фирма поставляла медь и олово в Германию.
– И до сих пор поставляет. Правда, объемы сокращаются. Гарантией же наших отношений может стать поручительство, и даже больше скажу, участие в наших торговых сделках банковского дома «Шихман и сыновья». Роберт Шихман является одним из соуправителей «Фишман и К°».
Оливер Литтлтон откинулся в кресле и как-то по-иному посмотрел на Федора.
– Да, гляжу на вас и думаю, что таким, как я, надо уходить на покой. Пришло время молодых, ваше время!
– Спасибо, господин министр, за добрые слова. Поверьте, вы выглядите молодцом в свои пятьдесят, – встал с кресла Федор, интуитивно чувствуя, что аудиенция закончена. – Я так понимаю, что мы достигли взаимопонимания?
– Да, конечно, – также встал со своего кресла министр. – Присылайте своего сотрудника для согласования деталей. И последнее, о каком товарообороте идет речь?
– От полумиллиона фунтов стерлингов до бесконечности! – совершенно серьезно ответил Федор.
– Что же, вы неплохо шагаете, господин Фишман. Мне хочется пожелать вам только успехов. По объемам торговли и видам поставок мы определимся позже, – пожимая руку Федору, закончил встречу министр.
«Вот удивился бы господин Литтлтон, если бы я ему сказал, что он вел переговоры с пареньком из глухой сибирской деревушки!» – озорно подумал Федор, но тут же отогнал несбыточное желание.
В гостинице Федора ждали друзья.
– Львов освободили, а это уже Польша! – встретил восторженными словами Федора Сергей. – А еще Белосток и целый ряд городов поменьше. Наша армия скоро будет в Германии! Осталось совсем чуть-чуть. Предлагаю победу отметить.
– Рад бы, но увы! Много дел, – поднял руки Федор. – В другой раз попразднуем.
Отдав необходимые распоряжения Сергею Протасову, Федор уединился в гостиничном номере за изучением документов, полученных в министерстве производства. В тот же день вечером вылетел в Швейцарию, а из Женевы автомобилем вернулся в Берлин. Надо было безотлагательно решать поставленную Москвой задачу.
  
II. Вернер фон Браун
 
1
Сразу же по приезде в Берлин Федор позвонил барону фон Эссену и договорился о встрече. Тот тут же согласился, но рандеву назначил не у себя в кабинете, как было раньше, а на набережной Одера, недалеко от здания управления «Фокке-Вульф».
Федор медленно шел по улице, обдумывая разговор с бароном Зигфридом фон Эссеном. Разговор не простой, может, даже провальный. Еще неизвестно, как поведет себя барон, узнав, кто интересует Федора. Федор шел на риск сознательно, понимая, что только директор «Фокке-Вульф» может быть связан каким-то образом с заводом, производящим «Фау», и, может быть, даже знает Вернера фон Брауна.
Барон был, как всегда, точен до минуты. Крепко пожав руку Карлу Фишману, поинтересовался:
– Судя по тому, что наш заказ за август выполнен лишь на сорок процентов, а вы, Карл, уехали в Швейцарию, я, грешным делом, решил, что больше не увижу вас в Германии…
– Что вы, барон, я своих партнеров не бросаю… А свои обязательства перед вами я еще не выполнил, – прояснил ситуацию Федор.
– Похвально, молодой человек! Похвально! Мне ваша позиция нравится, – улыбнулся фон Эссен. – Как всегда, у меня мало времени, так что перейдем к делу.
– Понимаю, – кивнул Федор. – Надолго не задержу. – Помолчав, продолжил: – Меня интересует профессор Вернер фон Браун… Вы его знаете?
Повисла пауза… Барон не ожидал подобного вопроса. Он лихорадочно размышлял: «На провокацию не похоже… Хотел бы этот здоровенный малый меня сдать, уже бы это сделал. Поводов меня опустить в подвалы гестапо предостаточно. Тогда что? Зачем ему Вернер? Ведь о том, что я курирую производство «Фау», знают единицы… Откуда узнал Карл? Институтом в Бляйхероде интересуются американцы… Может, он работает на них? Через американцев идет чилийская медь и олово… Конечно же, он с ними связан, но насколько? Одно дело металлы, другое – «Оружие возмездия»… Скоро состоится боевой пуск «Фау‐2»… и весь мир узнает силу этих ракет. Но как поступить мне? Сдать Карла? Но парень ведет себя достойно, ворочает большими делами и завязан на мои деньги… Вернее, я со своими деньгами завязан на его фирму. Нет! Даже ради любви к Великой Германии я не способен на такую жертву. Значит, надо ему помочь!»
– Так что ты спросил… Вернер фон Браун? А зачем он тебе?
Федор насторожился, но решил идти до конца.
– Каждый думает о будущем в меру своих возможностей, – начал Федор издалека. – Вы, господин барон, подкладываете, как вы выразились, соломку под бочок в виде марок и камушков. Я же хочу, помимо денег, привлечь к себе внимание перспективным делом. После войны Европа еще долго будет зализывать раны… Я так долго ждать не могу. Потому надо пробиваться на американский рынок уже сейчас, а это, как вы понимаете, не просто. Без поддержки изнутри шансов у меня очень мало. Те люди, через которых я получаю чилийскую медь, так… мелкие торговцы, посредники. А вот связи с создателями и производителями «Фау» могут заинтересовать на самом верху как американских военных, так и американских бизнесменов.
– Логично, – согласился барон. – Но откуда вы знаете, что я могу организовать вам знакомство с Вернером фон Брауном… и обеспечить последующее сотрудничество?
– Поверьте, барон, чистая логика: «Фау» близки к авиастроению, а самой мощной компанией в этой сфере является «Фокке-Вульф»!
– Логично! – еще раз повторил барон фон Эссен. – Чем больше я вас, Карл, узнаю, тем больше вы меня удивляете… А вы знаете, я вам помогу. Завтра же позвоню в Бляйхероде и вызову Вернера к себе, скажем, часов на 17:00. Вас устроит?
– Вполне. Я еще больший ваш должник, дорогой барон. Но как? Вот так запросто вы можете вызвать к себе в кабинет штурмбаннфюрера СС?
– Как видите, могу… «Фау» делают на нашем подземном заводе в Тюрингии. Это в горе под Нордхардом, у деревеньки Берка. А в Бляйхероде институт, там все ученые умы с Вернером фон Брауном во главе. Но будьте предельно внимательны и очень осторожны! Каждый человек, соприкасающийся с Вернером, попадает под контроль служб СС. Как бы вам это боком не вышло… да и мне тоже!
  
– Я буду очень осторожен. Фон Браун мне нужен только как ступенька… Личное знакомство… какие-то моменты, связанные с производством… а дальше я туману напущу… Главное, чтобы американцы были заинтересованы не только в Вернере, но и во мне…
– Желательно и во мне тоже, дорогой Карл, – подхватил барон фон Эссен. – Если у вас все получится, я бы хотел пристроить свои миллионы в вашу компанию.