Вильгефорц из Литтл Уингинга (СИ)

Мне сильно повезло, что процесс переселения единого народа эльфов длился несколько недель или месяцев. За это время врата неоднократно отключались, магам тоже требовался отдых. Моменты развертывания врат также оказались увековечены в аурическом спектре. Не понимая до конца основной принцип работы врат, я уже вижу лишние элементы. Может в то время они имели исключительную ценность, но я не нуждаюсь в громадных вратах на тысячи-тысяч индивидов. Мне хватит и одного маленького портала, для начала… К тому же, я не потяну открытие Ard Gaeth в одиночку. То, что делалось целым конклавом магов при поддержке двух бездонных сборников магии, не потянуть одному чародею, пусть и одарённому сверх меры.
C момента первых видений я проводил большую часть времени именно тут. Перенеся все самые важные артефакты и аппаратуру в недра Хогвартса, я изучал древнюю магию, не вылезая из-под земли. Исключение составляли уроки и прием пищи, там я должен отмечаться регулярно, дабы не вызывать подозрений. По этой же причине я бросил квиддич. Взвесив все за и против, я не нашел весомых аргументов не бросать игру. На данный момент исследования межмировых перемещений для меня представляют куда большую ценность. Приходится чем-то жертвовать. Ух, какой скандал разразился по началу. Если происшествие с кубком огня факультет Когтеврана практически не заметил, то данное решение воспринялось не иначе как предательство. Время дороже.
По той же причине в топку отправились и уход за магическими животными вместе с маггловедением. Первое я бросил с трудом. Хагрид и Дамблдор посчитали своим долгом убедить меня в обратном, и целых два часа мурыжили мне голову полезностью этих знаний. С маггловедением было куда как проще. Тут я просто сдал все тесты за семь курсов разом, получив наивысший балл.
Теперь, имея только две, реже три пары уроков в день, я посвящал львиную часть времени исследованиям, воспринимая в штыки любую попытку отвлечься. Роджер Дэвис не раз пытался сманить меня обратно в команду. Прежняя надменность исчезла из разговора со мной. Парнишка внезапно понял, что лишившись главного козыря, все увидят никчемность факультетской сборной и его личную некомпетентность как капитана. Уже не получится спрятаться за славой чемпиона, придется самому напрягаться. Роджер осознал ту ответственность, которую теперь несёт. Для него она оказалась неподъемной.
Вообще-то, когда я заявил об уходе из команды, его возмущение на фоне искренних чувств остальных игроков факультета было насквозь фальшивым. Лицедействовал он на уровне школяра, достаточном, чтобы когтевранцы лицемерия не заметили. Я раскусил его ложь в один вмиг. Недолго Дэвис радовался, ровно до того момента, как Виктор Крам предложил ему дружественный матч между сборной Когтеврана и сборной Дурмстранга.
Технически, назвать собранную впопыхах команду болгаров сборной школы нельзя. Не все из делегации Дурмстранга увлекались квиддичем, однако от них ничего и не требовалось. Все сделал ловец. Иронично, с Когтевраном провернули то, что я в составе сборной факультета проворачивал с другими командами. Разгромное поражение нанесло удар по самолюбию Роджера Дэвиса. Шутка ли, 150:0 на первой же минуте. Нет, никто этим не впечатлился, разве что некоторые удивились, спрашивая себя: А где Поттер? Все ожидали подобное окончание матча, только победой Когтеврана. Теперь, спущенный с небес на бренную землю, капитан сборной Когтеврана донимает меня при каждой встрече, умоляя вернуться.
Инициатором соревновательного матча выступал Крам. Мальчишке все равно было на авторитет факультета орлов, у него были личные претензии ко мне, и он надеялся высказать их посредством игры. Какая досада… Я ушел раньше момента моего предполагаемого унижения. Эх, знал бы Хогвартс о чём думает Крам во время обеденных перерывов.
После одного из таких обедов, меня догнали в коридоре, исключительно по причине того, что я сам этого захотел. В играх с детьми нет никакой радости, напрочь отсутствует элемент соревнования, и как следствие весь смысл. Думаю болгарский ловец и сам понял бы эту истину лет через пять-десять. Однако сейчас он упивался победой на первом турнире трёх школ, вдвойне упивался победой в квиддиче над Когтевраном. Он решил, что лучшего момента для сведения счетов с героем магической Британии не найти. В этом я с ним был согласен, момент идеален.
 
— Гарри Поттер, говорят ты лучший ловец в Хогвартсе, жаль я не смог в этом убедиться лично. Что смешного я сказал? — Заметив полуулыбку на моём лице, Крам нахмурился.
— Смешно то, как ты чётко подгадал время, и вышел из-за угла коридора. Уже успел хорошо изучить Хогвартс, обжимаясь с гадюк… Фанатками со Слизерина?
Кроме самого юного профессионального ловца, тут были несколько детей из Дурмстранга и пара семикурсников с факультета Слизерин. Оба парня нахмурились, когда я их узнал. Это были одни из тех подкупных идиотов, готовые за галлеоны выполнять приказы Малфоя младшего.
— Ребята любезно согласились помочь мне. Ты очень быстро исчезаешь из большого зала. Понимаю, боишься принять мой вызов, вдруг я развенчаю славу неуловимого ловца…
— Эти двое, стоящие позади тебя, вместе с ещё тремя такими же идиотами, однажды попытались что-то там развенчать, или преподать урок, не знаю как это называется на языке неудачников. В результате, они остались без волшебных палочек. Подумай как следует, Крам, чего стоит твоя репутация.
— Подумал. Окажи мне услугу, Гарри Поттер…
— Хорошо, только услуга окажется медвежьей.
Через пол дня вся школа знала о содержимом нашего разговора. Мы договорились встретиться на квиддичном поле, как только уроки закончатся. Соревноваться мы будем в ловле снитча. Кто первым поймает снитч три раза, тот победил.
— Так не спортивно. Когда я выиграю, то ничего с этого не поимею, в отличии от тебя, давай увеличим ставки, — сказал Крам. Он задумывал с самого начала выставить дополнительное условие после моего согласия, зная что я не пойду на попятную. Как бы это назвать, близорукая дальновидность? Надо же так хорошо продумать всё, и ошибиться в главном. В возрасте оппонента!
— Давай, я хочу твою новую метлу.
— По рукам. Тогда, у меня аналогичная просьба. Я хочу вернуть своё обратно. Тебе ведь не составит труда убедить своего дружка, вернуть мне мою собственность?
— Никого ни в чем убеждать не придется. Сам скоро в этом убедишься.
На следующий день, многие с нетерпением ждали окончания уроков. Студенты Хогвартса, большая их часть, хотела преподать урок зазнавшимся болгарам моими руками. Сомнений в том что я выиграю, никто не высказывал, но разум детей подобен открытой книге, все мысли наяву. Каждый второй ученик сомневался в моей победе, Слизерин почти поголовно поставил на мой проигрыш. Было бы грехом не воспользоваться шансом и не поставить на себя любимого.
Я прибыл на квиддичное поле под аплодисменты восторженных детей, тех самых, что неделю назад всячески пытались обличить меня во лжи. Забавно, они ведь правы. Я действительно лжец, только никто не представляет себе масштабов мистификаций. Если у меня и появится повод злиться на кого-то из них, то только из-за недооценки моих способностей.
Крам пришел заранее, стоял в центре поля вместе с новенькой молнией. Рядом с ним находился очередной болгарин, чья фамилия мне неизвестна.
— Правила таковы, Поттер, как только снитч окажется на свободе…
— Нет нужды повторять дважды.
— Хорошо, тогда начинаем.
— На изготовку! — Произнес секундант Крама, или он распорядитель этого нелепого соревнования?
 
Мы разошлись на расстояние двадцать шагов от центра поля, кто-то из толпы выпустил сигнальные чары. Дурмстранговец раскрыл футляр, и золотой снитч устремился вверх, а потом резко сменил направление прямо к Виктору Краму.
Я взлетел с места, точно подо мной разверзлись ворота в ад. Помогая себе телекинезом, я в полтора раза превысил максимальную скорость молнии, но всё равно не успел. Виктор Крам поймал снитч, который буквально влетел ему в руки.