Пик Купидона (ЛП)

В моей груди что-то сжимается, когда я встаю, оставаясь в тени тусклой кабинки. Я поднимаю одну руку, и она наклоняется, чтобы слегка приобнять меня. Прикосновение невинно по своей природе, но то, как кончики ее пальцев слегка касаются моей груди, заставляет мой пульс биться еще сильнее.
— Илай, какой сюрприз. Как ты? — её голос немного высок, и я понимаю, что не только я нервничаю.
— У меня все хорошо, Миа. Как ты? — я неохотно отпускаю ее, позволяя ей сесть.
Она кивает в сторону окна.
— У меня было приключение с близким к смерти опытом, но сейчас я в порядке.
Я слегка смеюсь.
— Я рад, что это была только близкая смерть.
— То же самое, — она улыбается, появляются ее ямочки и это напоминает мне, как сильно я скучал по ним. — Не могу поверить, что Элени не сказала мне, что это ты на свидании вслепую. Я бы точно не стала так ей сопротивляться.
Я вскидываю бровь, пытаясь игнорировать гордость, расцветающую в моей груди от ее комментария.
— Да?
— Конечно. Я… — она делает паузу, как бы обдумывая свои слова, затем качает головой. — Увидеть старого одноклассника, это облегчение. Особенно тебя. А теперь расскажи мне, как ты поживаешь.
Прежде чем я успеваю ответить, нас приветствует сервер. Очевидно, что администратор дал ей обычную инструкцию о конфиденциальности, которая сопровождает меня везде, куда бы я ни пошел, потому что ее голос звучит тише, чем нужно. Хотя, когда ее взгляд останавливается на мне, становится ясно, что часть «не смотреть» была пропущена.
— Здравствуйте, меня зовут Вероника. Могу я предложить вам для начала бокал вина?
Мои глаза переходят на Мию, губы которой кривятся в вежливой улыбке.
— Только чай для меня, пожалуйста.
Вероника нахмуривает брови, как будто просьба Мии о теплом напитке посреди метели является чем-то возмутительным. После короткой паузы она кивает и поворачивается ко мне с абсурдно большой улыбкой на лице.
— Да, конечно. А для вас, сэр?
— У вас случайно нет шоколадных коктейлей?
Миа прикрывает рот рукой, стараясь скрыть смех, а сервер выглядит искренне озадаченной.
Вероника переводит взгляд с меня на Мию, а затем прочищает горло.
— Для вас, я уверена, я смогу что-нибудь придумать. Не хотите ли вы начать с закусок? У нас есть устрицы Рокфеллер, брускетта с авокадо и креветки с огурцом?
— Тебе что-нибудь нравится, Миа?
Она пожимает плечами.
— Брускетта?
Я киваю, не отрывая взгляда от ее глаз.
— Нам это, пожалуйста.
Сервер снова улыбается мне, ее глаза задерживаются на мне достаточно долго, чтобы на это обратила внимание Миа, но я не поворачиваюсь и вместо этого сосредотачиваюсь на Мии.
— Скажи мне, чем ты занималась?
Она поджимает губы и слегка двигает ими, ожидая, пока Вероника уйдет, затем вздыхает.
— Ничего, правда. Я имею в виду, я поступила в колледж и начала стажироваться в коммуникационной корпорации вместе со своей сестрой. Потом закончила колледж и перешла в их финансовый отдел. Я работаю дома, что означает, что я слишком много времени провожу в пижаме и почти уверена, что очистила свой резервный список фильмов от «Hallmark».
Это вызывает у меня смех.
— Впечатляет. У тебя есть любимый троп, или это все еще репетиторство?
Глаза Мии слегка расширяются, прежде чем она усмехается.
— У меня есть пятерка лучших. Но я думаю, что городская девушка получает амнезию и вынуждена работать на ферме, и генеральный директор, которому нужна поддельная невеста, борются за первое место.
— Ах, старая добрая амнезия. Ты права, — я наклоняюсь вперед, упираясь предплечьями в стол. — Это просто высший класс.
Ее карие глаза игриво закатываются.
— Ладно, но, если серьезно, твоя жизнь кажется куда более захватывающей. Расскажи мне, каково это, надирать задницы на льду.
Я поднимаю брови.
— Ты смотришь, как я играю?
Она пожимает плечами.
— Может быть, раз или два.
Удовлетворение охватывает меня. Даже если это было всего один раз, мне нравится, что она думает обо мне после окончания школы.
— Ну, благодаря тебе я сдал экзамен мистеру Клори и провел свой лучший сезон. Меня взяли в Миннесоту и задрафтовали в мою нынешнюю профессиональную команду.
  
Миа сияет.
— Я знала, что ты пройдешь этот курс. Кстати говоря, на днях я видела мистера Клори.
— Да ну? Он все еще придурок?
— Он допрашивал случайного десятилетнего ребенка о том, во сколько ему обойдется покупка двух фунтов органических бананов по сравнению с обычными.
Я смеюсь.
— Звучит примерно так.
Сервер возвращается с двумя стаканами воды, чашкой чая и моим чудом, шоколадным коктейлем. Он находится в низком стакане-тумблере, а две вишенки лежат сбоку, проткнутые коктейльной пикой.
— Я вернусь через минуту с вашей брускеттой. Есть ли что-нибудь, что я могу принести вам в это время
— Нет, спасибо, Вероника, — я качаю головой, беру вишню от своего молочного коктейля и протягивая её Мие. — Ты все еще любишь вишню?
— Ты помнишь это? — она слегка перегибается через стол, забирает у меня палочку и кладет ее на свою салфетку.
— Как я могу забыть, когда ты украла все мои до единой?
Ее рот открывается.
— Я бы никогда! Ты знаешь, как я нервничала, когда мы встречались?
— Нет, ты не нервничала. Не так, как ты тогда придиралась к моей заднице из-за того, что я перепутал порядок действий.
Миа насмехается.
— Я была самым милым репетитором.
Я пожимаю плечами.
— Спорно.
Она откидывает голову назад со смехом, который я тоже не совсем правильно запомнил. Он легкий и заразительный, проходит через меня и заставляет всех остальных в этом чертовом ресторане исчезнуть.
— Это говорит хороший парень, которого сажают в штрафной бокс раз в игру.
— Значит, ты видела не одну игру, — замечаю я, пробуя шоколадный коктейль. Он скорее ностальгический, чем вкусный, и отправляет меня туда, где мало жизненных проблем. — Коктейли твоей мамы намного лучше.
— Да, я уверена. Некоторые вещи лучше оставить для маленьких семейных ресторанчиков.
Я запиваю густое шоколадное молоко водой.
— Я вижу, как ты пропустила ту часть, где говорилось о просмотре моих игр.
Миа прячет улыбку за своей кружкой, делая слишком долгий глоток, чтобы выиграть время, прежде чем ей придется признаться, что она думала обо мне не раз и не два. Но, конечно, ее спасает Вероника, которая появляется с нашей брускеттой с авокадо.
Она быстро принимает наши заказы, но, когда она поворачивается, чтобы уйти, Миа встает и просит дамскую комнату.
Когда она уходит, я изо всех сил стараюсь не смотреть на нее, но глазам, кажется, все равно, и они следуют за изгибами ее фигуры через все море столиков.
Моя кровь нагревается и ускоряется в венах, и в мои мысли вторгается видение того, как она кончает за этим столом, с людьми всего в нескольких метрах от нас. Как ей придется заглушать свои стоны и скрывать охвативший её оргазм, пока соседние пары наслаждаются своим «Costolette Brasato».
Эта мысль внезапно напомнила мне, почему это не сработало тогда и почему точно не сработает сейчас. Миа всегда была из тех, кто держится подальше от посторонних глаз. Она любит держаться сама по себе и, вероятно, предпочитает, чтобы ее оргазмы были в её постели, спрятанной в темноте.
Моя жизнь в свете, на виду у всех, только перешла в более яркий луч, и мои желания в постели такие же
Столько времени, и я сомневаюсь, что наша история когда-нибудь изменится. Она просто останется сладким сном, вне досягаемости.
 ГЛАВА 4 
  Миа  
— Я в буквальном смысле задушу тебя! Илай Брукс!? — я прижимаю рот ближе к динамику телефона, отчего мой шепот больше похож на бессвязное шипение. — Илай, мать твою, Брукс! Элени? О чем ты думала?
Я сбежала в туалет, чтобы позвонить сестре. Туалеты здесь чертовски шикарные, и я нахожусь в одной из тех кабинок, которые представляют собой отдельную комнату. Мои ладони скользкие, мой желудок не знает, чего хочет, утонуть или уплыть, и у меня мурашки, которые, я уверена, останутся со мной до конца свидания.