Я-Энергия: Школа одаренных (СИ)

И тут вспомнила. Я же вроде умерла?
Резко подскочила с какой-то узкой кроватии начала оседать обратно. Голова кружилась нещадно, к горлу подкатила тошнота.
– Кажется, сейчас опозорюсь, – это я вслух прохрипела. И кто-то очень заботливый подставил мне железное ведерко.
Протерла глаза, надо мной стоял молодоймужчина в форме службы контроля и безопасности. Надеюсь, это такой розыгрыш илия в тюрягу попала?
  
– Здрасте. – Прокаркала я. – А где всеостальные и что со мной?
Пока говорила, пыталась сфокусировать зрение, чтобы понять, где я оказалась. Находилась я в какой-то маленькойкомнате без окон, с бежевыми стенами, с небольшой кроватью, стулом и самымважным атрибутом этой комнаты был унитаз с раковиной, так как находились они всамом центре комнаты мои выводы о месте нахождения были однозначными. О, энергополе, все-таки тюрьма.
– У вас, девушка, последствия пьянки ивашего нападения на аристократов. С вами еще кто-то был? Эн[1] Дугвуд и Эн Салейн говорят, что с вами были какие-то мужчины, которые пытались их ограбить.
– А в чем я виновата, я никого не грабила, почему я здесь?
– Нападение на Энов, использование сил энергополя, не зарегистрированные возможности обращения с энергополем, вамэтого мало? – сказал мистер Дэвид Аткинс, работник службы контроля и безопасности.
Сейчас по внешности не определишь возраст человека, но Дэвид Аткинс был достаточно молод и хорош собой. Его добрые кариеглаза сразу же располагали к себе. Так, что хотелось рассказать все секреты мира. Но я крепкий орешек.
– Каких еще сил? Бред, нет у меня никаких сил. Не бывает у обычных людей никаких сил, правда же? – под конец своей речиначала тихо бормотать.
– А это мы проверим, – сказал Дэвид.
Как узнала позже, бывают силы и у не аристократов, еще как бывают. Только участь их незавидная, лучше быть обычным человеком. Но способности проявляются в раннем возрасте. Я своего рода уникум.
***
Поздравляю тебя, Лира, такая маленькая, ауже уголовница. Нужно придумать себе кличку. В тюрьме без нее никуда.
Вот так была Лира Винди, а стала – гроза одаренных, она же неудачница. Нужно придумать какую татуху набить, может волкаили крокодила какого-нибудь, или мартышку. Вот это точно подойдёт – мартышка с гранатой.
Итак, что я узнала. Мне огромная такая задница пришла, здоровенная такая. Я в тюрьме, хотя мне сказали, что это камерапредварительного заключения, для меня разницы нет.
Помогать мне некому. Матери даже звонитьне буду. Она сейчас занята более важными делами и вряд ли почтит меня своим присутствием. Да и вряд ли мне поможет её поручительство.
Меня обвиняют в том, что я покалечила двухмажоров с помощью сил энергополя. Хотя, как покалечила, ну, пара царапин, ну, синяки, ну... перелом, ничего ведь серьёзного, правда?
Компашка, с которой я была, смылась послемоего эпичного падения в обморок. Даже никто не облегчил мое падение. Это я выяснила эмпирическим путем, ощупывая шишки и запекшуюся кровь на затылке. Так как я не говорю, с кем была во время нападения, то и отвечать буду за всё сама.
А еще меня проверили на Эн-устройстве, им проверяютналичие и уровень потенциала работы с энергополем. Тут мне тоже не повезло, Эн-устройствопоказало недавно открывшийся потенциал, уровень взаимодействия с энергополемвыше среднего – 68% по шкале Кирлиана.
Обсуждение моей персоны свелось к тому, что уровень взаимодействия слишком высок для необученной, сопливой, безродной девчонки, но, думаю, всех смутил именно последний аргумент – моя безродность.
Если учесть, что уровень может расти хотьвсю жизнь, то это вообще полная засада. Нужно заказывать венок, ко мне напохороны вряд ли кто придет, так хоть какое-то украшение рядом с моей урнойпраха стоять будет. Аристократы не любят людей, а конкуренцию их силе не любятеще больше.
Нина Сайл, моя мама, себя повела как истинная истеричка. Её всё-таки вызвали в управление, чтобы расспросить о моем отце и длявстречи со мной. Когда Дэвид и его коллега пытались спросить, кто же мой отец, она вообще начала вести себя весьма эксцентрично. Начала орать, что у неегрудничок на руках и из-за меня всё молоко пропадёт.
Когда допрашивали меня по поводу личностимоего отца, я начала злиться, чем стала похожа на мою эксцентричную мать:
– Мой отец…, я его не знаю, никогда его не видела, не знаю, как его зовут, не знаю, какие у них былиотношения с Ниной Сайл. Мать всегда, когда заходил разговор об отце, начиналасебя неадекватно вести, орать на меня. Если кто и владеет какой-то информацией, то только она. – Выпалила я и всем своим видом показала, что говорить на этутему больше не намерена.
– Почему у вас имя рода не Сайл, как у матери, почему ваше имя рода Винди? – я только пожала плечами, а что сказать, что мой папа ветерок, которым маме меня задуло?
Да, мама даже не дала мне своё же имя рода. Однажды я спросила, чье это имя рода – Винди, а она ответила: «Ничьё, нотебе оно подходит». Осталось поблагодарить, что имя рода у меня никакое ни будь – ругательство. Как только удалось все это урегулировать на законодательном уровне, ума не приложу, а мать отмалчивается.
Люди в форме также от Нины ничего не добились.
– Делайте с ней всё, что хотите. – Сказаламоя мама на прощание и после этого ушла в закат.
Честно говоря, мне даже обидно не было, яуже привыкла к такому отношению, а вот Дэвид очень удивился.
Первое, что он спросилпосле ухода Нины:
– Почему у вас такие прохладные отношения, она же твоя мать, что вы такого умудрились сделать?
Похлопала ресничками, улыбнулась и сказала.
-Ну, наверное, родилась.
На что Дэвид только хмыкнул.
– Даже не знаю, что с вами делать дальше.
– Можно для разнообразия просто отпустить. – Выдала я просто гениальную мысль, по моему мнению, увы, моё высказываниеДэвид не оценил, только бровь поднял.
Эх, ну попытаться-то стоило.
Вего глазах читалось что-то вроде: «Да тебя не только на Эн-устройстве проверить нужно, а и психиатру показать».
Но меня уже было не заткнуть:
– Нупопробовать стоило, согласитесь. Дэвид, о чём тут думать, Нина же сказала вам делатьсо мной всё, что вам угодно.
– Обычно ситуация такая, мы выясняем личность отца, информируем его. Таких бастардов, энергоодарённых, признают, и полное ихобеспечение берёт на себя отец. Но это касается маленьких детей до пяти лет, у детей старшего возраста дар не проявляется. Маленького ребенка легко воспитать, вы, уже взросля девушка, хочу отметить не очень законопослушная девушка. В вашей же ситуации мать вряд ли на себявозьмёт финансовые расходы на ваше обучение по обращению с даром, а оно, уж поверьте мне, очень дорогое. 
Я фыркнула: «Естественно, не возьмёт, Ниневсё равно, приду ли я домой, вы говорите про финансирование».
Отвернулась к стеночке, делая вид, чторазговор закончен, смысла в нём я, честно говоря, не видела. Что обсуждать моиотношения с матерью, да всем и так понятно больше, чем нужно, рассуждать о моейсемье – тоже бессмысленная затея, разве от меня что-то зависит? А у меня голова болит, так что хватит с меня этих душевных разговоров.
Дэвид тоже начал собираться.
– Оставлю вас наедине с собой, завтрапоговорим и решим, что с вами делать.
– Всех благ Вам. Надеюсь, меня тут покормят. – Сказала я. Нервы нервами, а кушать хочется.
– Не сомневайтесь, покормят. – Дэвид опять заулыбался.
Я осталась одна. Не могу сказать, что меняэто слишком расстроило, везде можно найти плюсы. Как минимум меня покормят, битьменя кажется здесь не будут, уже даже не орут, а Дэвид так вообще душка.
  
На следующий день меня поставили перед фактом, что путь у меня только один. Мне необходимо обучиться работе с энергопотоками. Все расходы за моё обучение берёт на себя государство. Учиться ябуду в закрытой школе с другими энергоодарёнными. После того как я получу знания, а может быть и раньше, всё, что на меня потратили, до последней копейки, должна буду отработать на благо доблестной службы безопасности и контроля.