Истории о Себастьяне Крае

К тому же у бонуса оказались янтарные глаза испуганной лани, густая копна волос и приятные округлости стройной фигурки, ставшие особенно весомыми аргументами в пользу того, чтобы провести более тщательную проверку и как можно детальнее изучить эти самые аргументы… Главное, чтобы её бойкий на остроты язычок не помешал в этом.
Но, к сожалению, король изволил пообщаться со мной с утра пораньше, а потому приятное продолжение знакомства мне пришлось отложить. Я не попрощался, конечно это была оплошность, но явиться с опозданием было гораздо хуже.
  
Когда визит к монарху закончился, я заглянул к другу.
– Арчи, ты ещё не загнулся в этом местном болоте, которое все отчего-то называют дворцом?
На привычную подколку с моей стороны, ерх-сыскарь Адилии и по совместительству мой хороший друг со времён пеших походов под стол, отреагировал радостными объятиями и встречным удивлением, как я со своим-то графиком работы ещё не прилег отдохнуть на тренировочном столе некромантов. Угнездившись на диванчике для отдыха и с удовольствием вытянув натруженные ноги, без всяких шуток предложил:
– Арчи, дружище, если ты мне скажешь, что я делаю не так, буду только рад. Понимаешь, какая-то непреодолимая сила заставляет меня постоянно откладывать часть дел на потом. Кажется, что ими можно заняться позже, и я не замечаю, как срок подходит, а они вдруг снежной лавиной накрывают меня с головой. Прямо как твоя снежная магия.
Я разволновался так, что сила стала выплёскиваться, и не заметил, как умудрился наколдовать на окне кабинета вазу с двумя десятками алых роз.
– Себ! Ты снова зачаровал тьму артефактов для целителей, влив в камни прорву магии? Опять аккумулируешь её слишком много, – укоризненно глядя на букет, проворчал Арчи. – Ну давай, вставай. Будем тебя избавлять от последствий трудоголизма.
Он поднялся и расстегнул мундир.
– Сядь, – велел я ему, – два дня только прошло с прошлого раза, а мне на неделю всегда хватает. Подумаешь, не удержался и слегка украсил твой подоконник.
Арчи снял мундир и кинул его на спинку кресла, оставшись в одной серебристой рубашке в тон собственной серо-белой копне длинющих волос, достававших ерх-сыскарю до пояса.
– Надеюсь, ты успел обновить заклинание, контролирующее продолжение рода у моих ребят? – Ерх-сыскарь откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову, и опасливо добавил: – Или мне надо начинать готовиться к штурму моего Управления Сыска будущими мамами?
– Да ладно тебе, дети – это счастье. Дашь дополнительный отпуск ребятам и всего-то делов, – ответил я, пряча улыбку. Мой друг был яростным сторонником холостой жизни и считал, что мысли сыскаря должны быть заняты исключительно работой, а не семейными делами.
– Значит, успел. Хорошо, – сделал он вывод, отследив мою реакцию. Проницательный, зараза, белка-оборотень пушистый.
Я согласно кивнул, признавая, что он угадал.
– Успел. Но опять всё делал в последний момент, в полусонном, уставшем состоянии. – Я стянул с хвоста резинку и стал массировать зудящие виски.
Последствия активной магической работы сказывались на самочувствии, но способ исцеления был настолько неприятным, что я предпочитал терпеть, насколько хватало сил. Особенность моей магии была в том, что энергия производилась с избытком. С каждым применением она аккумулировалась в магическом резерве все больше и больше, грозя уничтожить меня самого.
– Арчи, понимаешь, это сильнее меня – прокрастинировать. Словно я доезжаю в карете до развилки, и вместо того, чтобы выбрать надёжную и прямую дорогу, приказываю свернуть на кривую и заболоченную. Есть какая-то особая прелесть выталкивать карету из канав, утопая по колено в грязи. И не для того, чтобы чувствовать себя героем, нет. Этого мне и так хватает. Мне нравится сам факт преодоления трудностей.
И тут я почувствовал, что вновь теряю контроль над эмоциями, а моя магия льется на вазу с цветами. В мгновение ока я превратил её в огромную кадку по всей длине подоконника, из которой потянулись вверх плетущиеся розы, растущие прямо на глазах и быстро заполняющие кабинет ерх-сыскаря.
Мы одновременно вскочили на ноги, а Арчи успел покрыть отборными ругательствами эти благоухающие розы.
– Всё же придётся переливать магию, пока я весь дворец в цветочную оранжерею не превратил. – Щёлкнув пальцами, я наполнил кабинет звуками адилийского танго с чётким ритмом. Фигуру Арчи окутало серебристой дымкой, и скоро передо мной стоял оборотень-белка в частичной трансформации: с магически измененной одеждой, ушами и хвостом. Кисточки на ушах ерх-сыскаря подрагивали, а пушистый хвост встревоженно топорщился.
Арчибальд пользовался своим беличьим хвостом для баланса в танго. Он категорически не хотел учиться танцевать, считая, что это не для него. Но для помощи мне таких навыков вполне хватало. Я встал в танго-позицию и принялся переносить вес с ноги на ногу, ожидая, что друг будет синхронно делать то же самое. Получилось далеко не сразу, но когда Арчи понял, что я от него хочу, то пошёл за мной на танго-шаги вперед.
С ученической скамьи нам вбивали в голову, что чем лучше маги синхронизируют свои движения, тем быстрее пойдет передача магии. Мне нужно было заставить друга чувствовать, как я веду, ведь только тогда избыточная магия перетечёт в его резерв.
Складывалось ощущение, что я пытаюсь заставить двигаться мраморную статую. Арчи был жутко неповоротливым и всё время сбивался с ритма, теряя баланс. Являясь наследником древнего аристократического рода, я с детства учился адилийскому танго и прекрасно понимал, как надо танцевать, и как получается у меня с Арчи. Если бы ведущим был друг, то наше танго со стороны не выглядело бы так смешно и неуклюже, но он совсем не знал движений.
– Не отвлекайся и не угадывай, куда я тебя веду! Мы так только растягиваем мучения! – прикрикнул я на Арчи, который норовил утащить меня в поворот, хотя я вёл его на совсем другую фигуру.
– Без проблем, – откликнулся он, тут же начав обходить меня по кругу, хотя я хотел, чтобы ерх-сыскарь пошёл назад.
– Ну не торопись ты! – в очередной раз воззвал к его разумности, но тщетно – друга опять повело не туда. Выругавшись сквозь зубы, проворчал: – Да фиг с тобой. Не хочешь идти куда нужно, пойдём туда, куда тебя несёт.
– Себ, честное слово, мне проще тебя убить, – простонал Арчи в ответ, – я спрячу улики так, что ни одна собака не откопает.
– Всё! – объявил я, ощутив, что снова могу себя контролировать.
Арчи выпустил мою руку и попятился, нащупывая кресло, а затем рухнул в него, как подкошенный.
– Ты как? – поинтересовался я у друга. – Принести восстанавливающее зелье?
– Да, – едва слышно выдохнул Арчи.
Достав из его запасников нужный фиал и щедро плеснув зелёной жидкости в чайную чашку, я протянул её обессиленно полулежащему в кресле ерх-сыскарю, цвет лица которого был ну очень бледным.
Выпив всё до капли, тот сел ровнее.
– Себ, тебе надо меньше магичить. Каждое новое колдовство аккумулирует всё больше и больше магии, которую ты не в состоянии удержать. А слишком раскачанная сила  может превратить тебя в опасное чудовище. И что произойдёт, если меня не будет рядом?
– Это ты из-за моего неконтролируемого украшения розами так думаешь?
Арчи кивнул.
Надо же было вспомнить детские сказки!
Я взглянул на розы и представил, как они возвращаются ко мне в виде силы. Не успел моргнуть, и весь цветник исчез, повинуясь колдовству.
– Спасибо, что убрал это растительное безобразие. Даже боюсь представить, какие слухи пойдут по дворцу, если узнают, что сначала ты задарил розами, а потом танцевал со мной адилийское танго.
  
Мы замолчали. Раньше я мог потанцевать со слабенькой магессой, и она чувствовала себя превосходно. Почти. Я и сам не заметил, как раскачал свой резерв до такой степени, что даже сильные магини стали чувствовать слабость и перестали проявлять желание обмениваться со мной магией. Выходом оказался сброс лишнего в резерв Арчи, но теперь и он начал уставать. Вот если бы я сливал ему обычную магию некромантии, а не переработанную, то никакого дискомфорта не причинял бы.