И пришел Лесник! 7 (СИ)

— И зачем, позвольте узнать, юная барышня? — папаша Кац, по-моему, очень хотел отвесить ей леща.
— Спасибо за юную, Изя. Архимед предположил, что Титан скрыл от нас ещё одну строку, начертанную на пенале. Я предложила допросить его ещё раз. Ты так отвратительно храпел, милый, что я проснулась и вот…
— А! Так это я виноват? Вот всё и стало на свои места. Кац, как всегда, виноват, уже и во сне.
— Изя, ты так храпел…
— Я слышал уже. Что он с вами сделал?
— Взял за руки, он обещал нам передать свой мыслеобраз. Таким методом, — ответил Архимед. Папаша Кац стал неудержимо хохотать, сотрясаясь и сползая по стене. Архимед ещё больше покраснел.
— Вы понимаете, что к знахарям, особенно, таким как Титан, на километр подходить опасно. Плакса, ну ты же видела, как Изя приказал обращённому умереть? — Лиана смотрела на них, как на последних идиотов. — А вы ему руки подаёте через дверь. Удивляюсь я вам.
— Он был таким убедителен, — пожала плечами Плакса.
— Нам нужен его пенал, — заявил Архимед.
— Свежая мысль, — похлопала его по спине Кобра. — Ещё будут?
— Третья строка самая главная. Скорее всего она говорит об ещё одной точке. Очень важной точке, — ответил Архимед.
— Наш злой гений опять всех надурил и исчез, — пробормотал Череп.
— Злой гений, — повторила Кобра, — в этом что-то есть.
Глава 3 
Чужой 
— Спасибо за гостеприимство, — я пожал руку Носу, затем Проныре. — Замуруйте проход на третьем ярусе, а здесь на семнадцатом поставьте охрану.
— Да, да, помню, — кивнул Нос. — И вам удачно добраться. До сих пор не могу поверить, что у меня под носом есть проход в Древние туннели. Судя по вашей карте, мы почти на перекрёстке дорог. От нас я вижу прямой путь до Стального города, Михайловки и с тремя пересадками можно попасть в Центр. Вот Носорог то удивится.
— Размножьте карту и оставляйте её в каждом стабе, — напомнил мне Архимед.
— А вы закрывайте двери плотнее, — в свою очередь посоветовала им Лиана.
— Сейчас восстановим нижние ярусы и тогда к нам уже никто не пройдёт, — пообещал Проныра. — Вычерпаем весь мусор и опечатаем главные ворота. Для пополнения припасов у нас есть ещё несколько других.
— Не боитесь, что нейроманты проникнут через них? — спросила Плакса.
— Выход на поверхность нам необходим по любому, но в бункер мы теперь просто так никого не пустим, — категорически пообещал Нос.
— Увидимся ещё, Архимед, — и мы один за другим вышли через узкую дверь в тёмный туннель. Путь наш лежал дальше в Стальной город. Согласно новой карте, составленной учёным до Нибелунга нам, предстояло пройти около двадцати километров. Причём через километр наш туннель обещал влиться в более просторный, магистральный, как его назвал Архимед. По нему можно было кататься на машине, если бы она у нас была. Узкий участок мы миновали относительно быстро и вскоре и правда вышли в широкий туннель с высокими потолками. Как такого освещения здесь не было, но во всех поверхностях включая пол светились вкрапления образуя рисунки и символы. Они давали достаточно света, и мы выключили свои фонари. Стрелки на стенах указывали направления, но увы прочесть я не смог. Папаша Кац даже предложил вернуться за Архимедом, но помня старую примету я не решился, тем более он говорил о своих планах исследовать главный туннель. Сам увидит и переведёт, но на всякий случай Плакса зарисовала все символы. Мало того, Лиана где-то раздобыла фотоаппарат делающие мгновенные снимки на плотной бумаге. Она всё тщательно сняла на десяток пластинок.
— Вот эти закорючки похожи на название рядом со Стальным городом, — Кобра показала на карту. — И стрелка на стене указывает в нужную сторону.
— Архимед дал мне краткий словарик, составленный им. У Древних было шестьдесят две буквы в алфавите. Некоторые не совсем буквы, скорее междометия и предлоги. Они их тоже считали за одну букву, а не словосочетание, — Плакса постучала по своему блокноту. — Так что нам совершенно необязательно возвращаться за Архимедом. На стене написано: «Там растёт Нхао», то есть Стальной город по-нашему.
 
— Растёт? — переспросил Череп.
— На их языке получается, что растёт. У нас построен. Какая разница? — пропищала Плакса.
— Никакой, — согласился генерал. — Засад, надеюсь не будет?
— Откуда! Нейроманты сюда не проникнут, а кто ещё может?
— Я просто спросил, — пожал плечами Череп, — видите, дальше туннель темнеет. Почему?
— Ого, а ты глазастый, Череп, — Кобра шла первой и коснулась рукой стены. И тут же с отвращением отняла её. За её пальцами от стены потянулась слизь, девушка брезгливо вытерла руки о штаны. — Что за дрянь? И пахнет как говно мамонта!
— Встречала мамонтов? — живо поинтересовалась Лиана.
— Да вон идёт один с попугаем на плече, — кивнула Кобра.
— Фу, подруга не замечала за тобой такое, чтобы нюхать…
— Стоп! — я поднял руку. — Дальше идём молча. Кобра, трансформацию, Лиана прикрывай их.
— У меня только половина пулемётной ленты, Женя. На три минуты всего.
— Отлично, не думаю, что здесь много их.
— Кого? — не понимающе спросил Череп. Я показал наверх, в полсотни шагах впереди зияла брешь на потолке. Я смог разглядеть её в бинокль, подаренный Носом, через него видно было даже в темноте, как днём. Ночное видение, как выразился Нос.
— Дыра в потолке, через неё вниз кто-то просочился, — прошептал я.
— Ты думаешь он свил себе гнездо? Очередная элита? — тихо спросила Кобра, снимая свою куртку, чтобы не порвать при трансформации.
— Очень похоже, папаша Кац, что с радиацией?
— Неважно, резко возросла, — знахарь посмотрел на показание счётчика Гейгера. — Нужно быстрее покинуть этот участок. Скорее всего мы где-то рядом с эпицентром. Взрыв повредил потолок и сюда осыпалась радиоактивная пыль и мусор. И ещё кто-то.
— Смотрите! Стенки туннеля! — мы прошли вперёд двадцать метров, до дыры оставалось ещё столько же, когда она указала на стену. Даже и не знаю с чем сравнить, ощущение такое, как будто я находился внутри кишечника. Вот, пожалуй, с чем можно сравнить во что превратились стены. Липкая поначалу слизь сейчас затвердела и сформировала гладкие упругие стены имитирующие стенки кишечника.
— Я как глист! — воскликнула Плакса. Ни я один обладаю воображением, значит не ошибся в своём сравнении, успокаивающе подумал я. Но кто это всё смастерил? На Древних не похоже. И темно так, словно мы попали в прямую кишку. Впереди что-то промелькнуло. Кобра тоже успела это засечь и моментально оказалась на потолке пробив своими когтями мягкое покрытие.
Буквально через секунду раздалось шипение, а сразу за ним рык. Рычала уже Кобра. В нескольких десятков метров перед нами началась драка. Свист бича, глухие удары по корпусу. Яростное шипение и визг, причём визжала похоже Кобра. Точно, через секунду она вынырнула из темноты держась лапой за грудь. Её шерсть на теле местами сгорела и на Кобре виднелись несколько ужасных, к счастью неглубоких дыр. Ощущение было такое, что кто-то брызнул в неё концентрированной серной кислотой.
— Он ядовит, — прорычала Кобра и опустилась на ребристый упругий пол. — Жень, не подпускай его к себе, я пока вне игры.
Папаша Кац сразу же занялся пострадавшей, её раны выглядели отвратительно и что самое ужасное увеличивались. Знахарь первым делом попытался нейтрализовать кислоту, чтобы она прекратила свою разрушительную работу.
— Поберегись! — заорал попугай и на нас из темноты прыгнуло что-то массивное с чёрной матовой бронёй. Лиана, выполняя мой приказ в упор выстрелила в него, отбросив тело на несколько метров назад. Пули модернизированного экзоскелета срикошетили по обтекаемому телу, разорвав его только в одном месте. В ответ брызнул зелёный фонтан, брызги попали на стену с шипением разъедая её и ещё несколько капель задели Черепа. Он вскрикнул и матерясь упал на пол. Его левая нога была насквозь прожжена в районе голени. Плакса вцепилась в него и поволокла генерала назад в туннель. Лиана подхватила Кобру и тоже рванула за ними. «Одер».