И пришел Лесник! 7 (СИ)

— Я так и знал, что этим всё кончится, Кац предупреждал! — в своей манере начал истерить знахарь.
— Кац предлагает сдаться! — прокаркал Паша. — Овощ!
— Не думаю, что Древние, снабдив нас оружием против нейромантов заперли в своём же подвале, — неуверенно пробормотала Кобра. И как подтверждение её слов ото всех пилонов, где лежали Древние цацки, ударили лучи в одно месте на противоположной стене. Там образовался другой проход, камни разошлись, открывая путь. На этот раз я первым шагнул в туннель. Вот здесь уже чувствовалось настоящее древнее качество, в таком уж точно не поселится никой зловредный организм. На стене что-то было написано и начертана жирная стрелка.
— Нхао! — прочёл Архимед. — Или по нашему Стальной город. Здесь даже расстояние указано. Восемь километров по прямой.
Глава 17 
Нашествие 
— Они китайцы были, что за Нхао такое? Нихао слышала, привет, по-моему, у китаёз, — сказала Лиана.
— Китай на другой планете, дорогуша. Мало ли что тебе слышится, — проскрипел папаша Кац.
— Нхао у Древних переводится «как большая пещера с офигенно длинными сосульками и вонючими серными источниками», — сообщил Архимед.
— Ну так бы сразу и сказал. Теперь мне всё предельно ясно. А какие ещё названия ты знаешь? — спросила его Лиана.
— Ксар, Припять по-нашему. Дословно «неглубокая выгребная яма». Резар, Морг. Опять же прочесть описание, то «жидкая отрыжка прямой кишки».
— Не согласен! — возмутился Череп. — Вполне себе нормальный бункер. Ну и описания у них.
— Чуры, Петушки. «Грязный погреб».
— Что-то в этом есть, — согласилась Кобра. — Это всё?
— Нет, Л’зан, Спартак. «Жуткая дыра на выселках», — рассмеялся Архимед.
— Хотя бы честно сообщают, что у них в итоге получилось.
— Наши никогда не признаются. Я вот жил в хрущёвке какое-то время, впечатление такое, что её из прессованного картона воздвигли! — горько ухмыльнулся папаша Кац. — Вот где говно то. Интересно как бы её Древние охарактеризовали.
— Мерзкая дребезжащая палатка.
— Шумящий сарай.
— Любимому народу от кремлёвских мечтателей, — сплюнул на пол знахарь.
— Вот-вот! — поднял указательный палец Череп. — Тогда бы ты уже не уехал пасти белых медведей, но если бы ты это сказал чуток пораньше…
— Чего я совсем слабоумный? Раньше кстати сталинские дома были вполне себе ничего, — выкрутился папаша Кац.
— Старичок, — улыбнулась Лиана. — я с тебя тащусь. Ты в Израиль не хотел уехать?
— Чего мне там делать? Одна пустыня кругом и жара. Я так не люблю, мне милее берёзки.
— Опять же работа физиком-теоретиком очень удобна? — подначила его Лиана. — Знай себе, теоретизируй, да? Пошёл бы тогда в Гидрометцентр работать, они там вообще ни за что не отвечают. Высунул рыло в окно, раз по-быстрому нацарапал крокозябку и в эфир. Всё, на сегодня свободен. Достаточно пальчик обслюнявить, ветер уже знаешь. Температуру тоже, посмотрел в чём люди идут и всё.
— Я бы пошёл, да там своих теоретиков хватает. Да пиджаки я не люблю носить с шейными платками, — покачал головой Изя Кац. — Мне как-то у себя сподручней. Бывало, сидишь так от нечего делать и кости перемываешь Энштейнам всяким. С их теориями непотребными.
— Всё правильно, — крякнул Череп. — И теорию свою вероятностей он тоже спёр у кого-то.
— Относительности же, — возмутился папаша Кац. — Известно у кого. У Пуанкаре и Лоренца. Здесь главное, чтобы твоё имя было на слуху, а то, что толку от этих теорий как баран начхал никого уже не интересует.
— А вы, профессор, каким работами можете похвастаться? — едко спросила Лиана.
— Мои работы строго засекречены, — холодно отрезал Изя Кац.
— Ну, конечно.
— Отстань ты от учёного, — прикрикнул я на Лиану. — Не делай ему нервы.
— Женя, что я слышу! Ты тоже того? Из Одессы? — рассмеялась Лиана.
— Нет, я с другого моря. Долго ещё идти?
— Должны уже прийти, — озадаченно сообщил Архимед. — И правда странно. А почему там тупик? — Его голос сорвался.
— Здрасьте, это ещё что фокусы такие, — выкрикнул Череп.
 
— Там написано что-то! — Архимед подбежал к стене, перегораживающей туннель. — Ого! Да это сами Древние сделали. От кого-то они спасались и перекрыли вход.
— Чего им бояться у них же мембраны в туннеле… или это не всегда срабатывает? — спросила Кобра.
— Я бы не стал безоговорочно верить в мембраны, раз уж они сами решили подстраховаться. Но нам то, как быть? — спросил папаша Кац.
— Ты меня спрашиваешь? Я предлагаю просто сломать переборку и идти себе дальше. Кого нам бояться?
— Правильно Лесник говорит, — поддакнул Череп. — Только как?
— Силой мысли слабо?
— Попробую, — Череп прикоснулся к своему импланту или оружию, уж не знаю, как его назвать и стал, не моргая смотреть на стену. Минуту ничего не происходило. У Черепа на лбу набухли вены, но так ничего и не произошло. — Нет, неправильная какая-то стена. Не получается.
— Давайте я попробую, — у Лианы в руках оказался миниатюрная мина, подбросив её на ладони она резко кинула её к стене. — Ложись!
Таймер она не включила, и мина взорвалась, едва коснувшись стены. Хорошо хоть взрыв был направленным. Перегородка сопротивлялась недолго и осыпалась с шумом на пол туннеля. Когда пыль осела мы прошли дальше. Мне показалось, что я уже это видел и бывал здесь раньше. Через сто метров всё стало на свои места, мы узнали это место. Дальше туннель заканчивался, и широкая тропа уходила вниз к почерневшей пирамиде.
— Видишь, Архимед. Вон там Спящий выращивал своих выкидышей, — прокомментировала Лиана. — А мы их того!
— Ага, а потом он нас того! — напомнила Плакса.
— Это уже детали, — уточнил физик-теоретик.
— Тебе бы такую деталь, да в задницу, — вздохнула Лиана.
— Ты разве почувствовала? — ехидно спросила Плакса.
— Один-один, — улыбнулась Лиана.
— Согласна, — кивнула Плакса.
— Где-то здесь должен быть выход в Стальной город. Судя по карте, — Архимед подсветил фонариком свои записи в блокноте.
— Я тебе и без карты покажу. Вот здесь мы вышли, — сказала Кобра и при её приближении в стене засветилась зелёным светом ладонь. Часть стены скользнула в сторону, и мы начали подниматься наверх. Снаружи оказались там же на пляже откуда уходили совсем недавно. Пионер Иванов крутил головой и восхищался огромной пещерой. Своим появлением мы перепугали несколько дамочек, лежавших голыми в лечебной грязи.
— Предлагаю пока у нас всем остановиться и дождаться каравана в Центр, — сказал я. Люди из Центра не останутся в Стальном городе, да и зачем. Но и сразу туда попасть не получится, надо ждать оказии. — Раз возражений нет, то прошу к нашему шалашу.
Стоило нам добраться до нашего нового дома, как под сводами пещеры прозвучала сирена. Мгновенно весь город встал на уши. Улицы наполнились вооружёнными людьми, одни мы не знали, что делать.
— Плакса, ты же здесь жила. Что происходит? — спросила Кобра.
— Я не уверена, но мне кажется у нас Нашествие, — ответила она, растерянно посматривая в окно. — Сирена срабатывает только в двух случаях. Если городу грозит затопление, было такое как-то один раз. Но насколько я вижу ничего подобного не происходит. Иначе бы наша улица была бы уже по первый этаж в воде. Необъяснимым образом вода начинает прибывать, озеро выходит из берегов. На моей памяти такое было один раз, мы тогда на лодках плавали по улице. Лодка и сейчас почти на каждом чердаке лежит.
— А вторая причина? — вкрадчиво спросил папаша Кац.
— Вторая… нашествие из глубин планеты. Я только по рассказам знаю. Нибелунг тот три раза, по-моему, его переживал.
— Тогда и мы переживём, — махнул рукой знахарь. — Кто приходит?
— Мы может быть и переживём, но в последний раз Стальной город потерял больше тысячи человек пока отбился. И это не нейроманты.
— А кто?
— Из старых штолен к нам сюда проникают элита заражённых. Много, может несколько десятков и начинает шататься по городу, — глаза Плаксы распахнулись от ужаса, и она показала пальцем в окно. Мы все в этот момент собрались в гостиной на первом этаже и на нас с улицы смотрело нечто, напоминающее богомола пополам с крокодилом. Он показал нам свою пасть на насекомообразном теле и выбил своей лапой окно. Спасибо Плаксе мы его заметили раньше и успели отхлынуть от окна. Его суставчатая лапа воткнулась в стул пробив его и застряла в досках пола. На стуле только что сидел папаша Кац, теперь он стоял в пяти метрах за моей спиной. Вот такой реакцией должен обладать каждый физик-теоретик, чтобы выжить и стать ведущим Гидрометцентра. Череп первым отреагировал и поразил богомола своим ментальным ударом отбросив его на середину улицы. Справа от меня Кобра уже приняла облик вервольфа и без разгона выпрыгнула из окна. Одновременно с ней Лиана ногой раскрыла дверь стоя уже в экзоскелете. Я так вообще не раздевался и по-прежнему был в броне.