И пришел Лесник! 7 (СИ)

— Иванов! — строго сказал он. — Ты оденешь его, когда мы будем на Красной площади! Вас не затруднит взять пионера на руки? — Спросил он Черепа.
— Дети пройдут пятнадцать километров? — скептически поинтересовался генерал.
— Они и тридцать пройдут, они же пионеры! На улице Горького мы вольёмся в общую колонну и в конце пройдём по Красной площади перед самим товарищем Хрущёвым.
— Считайте меня коммунистом! — донеслось из корзины. Папаша Кац передёрнул плечами и тут же услышал. — Не толкайся, гнида!
— Кто это у вас там? — вытянув шею комсомолец попробовал заглянуть за спину папаше Кацу.
— Говорящий попугай. Он тоже идёт на демонстрацию.
— А он там ничего лишнего не скажет? — с опаской спросил комсомолец. — А то знаете, у нас с этим строго.
— Хрущёв дерьмо! — прокаркал Паша. Комсомолец схватился за сердце и побледнел. Папаша Кац взял его за руку и заверил: — Вы не беспокойтесь, он будет молчать.
— Я не буду молчать! Я у Галатеи не молчал и здесь не буду. Слава Галатее за наше счастливое детство! — тут же откликнулся попугай.
— А можно Галатею на Никиту Сергеевича поменять? — спросил знахаря комсомолец, поправляя очки.
— Я уговорю его, не беспокойтесь, — заверил его Изя.
— Хорошо, а то нам пора выступать. Иванов, сними это с головы пока не задохнулся, — Череп осторожно снял с пионера «спутник». На нас взглянул вихрастый мальчишка в веснушках.
— Боже мой, — вздохнула Лиана. — Они все превратятся скоро. Я не трону его, пусть кусается.
— Может он выживет? — спросила Плакса.
— Кто я? — у Иванова ещё не сформировался голос, и он пискнул, как и Плакса.
— Ты, ты. Идём, всё будет хорошо, — заверил его Череп.
— Обычно после такой фразы пора начинать искать убежище, — скептически произнёс Изя Кац. — Я предупреждал…
— Слушайте! — меня осенило. — Где-то в колоне должны быть и наши «доктора». Иначе бы они уже выдали себя.
— Если они проскользнули раньше?
— Невозможно, эти здесь самого утра. Мальчик, ты во сколько сюда пришёл?
— Два часа назад. Меня мама привела, сказала, что сегодня уроков не будет, — поведал пионер.
— Я тебе даже больше скажу. Завтра их тоже не будет, — по секрету сообщила ему Лиана. — Ты сколько весишь?
— Зачем вам это, тётенька? — хитро спросил Иванов. — Боитесь он меня не поднимет?
— Ну вот тебя нашему физкультурнику тащить на плече через всю Красную площадь, конечно, боюсь.
— Двадцать пять килограмм.
— Вполне может выжить, — тихо сообщила Лиана. — Мы просто таких не встречали раньше, потому что их сразу того…
— Кого того? — спросил пионер.
— Любопытных таких того. Всё, давай становись в строй, — сказал Череп держа в руках «спутник». — Кобра пробегись по колонне, врачи здесь или нет?
— Да, мы их тогда по пути грохнем, — сказал я.
— Круто, я за, — поддержал Иванов. — Вот бы ещё поймать нашего зубного врача.
— Чего мы здесь вообще делаем, Лесник? — пробурчал папаша Кац незаметно отпив из фляги.
— Мы ищем «докторов», потому что не знаем, где выход из кластера. Забыл?
— Ага. Я вот тоже на демонстрации ходил, только в семьдесят восьмом, — вспомнил знахарь. — Не понравилось.
— Вообще далековато, если честно, — согласился Череп. — Но я думаю, мы и километра не пройдём, как начнётся другая демонстрация.
— Дяденька, а вы меня поднимите посмотреть на другую демонстрацию? — тут же спросил Иванов.
— А как же, — мимо нас промчалась жёлтая «Волга» с синими полосами и надписью «милиция». — Увидишь много интересного. — Пообещал ему Череп.
— Если увидит, — грустно посмотрела на мальчика Плакса.
Глава 13 
Народные гуляния 
Кобра и Лиана растворились в толпе. Химера пока была в человеческом облике, чтобы не пугать прежде времени народ и не выдавать себя нейромантам. Они двигались вдоль колонны с обеих сторон, стараясь не выделяться. Школьники глазели на рыжую девушку в экзоскелете и цокали языками. Первой нейромантов заметила Кобра, и подала знак Лиане. Кровососы стояли в самом начале колонны с транспарантом на всю ширину улицы. На белом полотнище на скорую руку красной краской было начертано «Врачи без границ приветствуют Хрущёва Н. С.». На месте топтались шестеро кровососов в белых халатах и чего-то ждали. В отличие от нас они знали, где выход из кластера, но не спешили. Я думаю, что они ждали начала превращения, чтобы как следует позавтракать и в общей суматохе исчезнуть. Мы подобрались к ним как можно ближе, но пока не нападали. Тоже ждали, а вдруг и правда найдём иммунных. Наш заводной комсомолец дал отмашку и первыми пошли кровососы, за ними уже тронулась вся колонна, размахивая флажками и выкрикивая лозунги. Некоторые даже разучили речёвки и теперь во весь голос орали их. В основном все они сводились к прославлению коммунистического строя и партийных лидеров. Колонну сопровождали несколько милицейских машин. Многочисленная толпа спустилась в низину к райисполкому и притормозила. Здесь к ней должны были присоединиться старшие товарищи, целая плеяда пламенных коммунистов. Всевозможных заведующих, инструкторов и секретарей райкома. Для них уже заготовили красные флаги и портреты на палках с ликами партийных бонз. Наша колонна встала в ожидании старших братьев. Минут через пять из дверей райисполкома повалила толпа хорошо одетых людей. Мужчины были в костюмах, женщины кто в брючных костюмах, но в основном в строгих платьях с красными косынками на головах. У всех были приколоты к одежде красные банты, а к лицам намертво присобаченные неестественно радостные улыбки. Впереди всех шёл первый секретарь, солидный дяденька с не менее солидным пузом и двумя смазливыми секретаршами на высоких каблуках в легкомысленных юбках намного выше колен.
 
— Товарищи! — хорошо поставленным голосом выкрикнул он колонне школьников и повернулся к своим. — Соратники! Героическим трудом советский народ вчера запустил первый космический спутник в мире! Мы, как всегда, впереди планеты всей доказываем, что коммунистические идеи самые… — какие они самые он не успел объяснить и зарычал, брызгая слюной. Закатив глаза, он неестественно выгнулся назад и упал на асфальт. К нему тут же бросились секретарши на помощь, но вместо того, чтобы откачивать своего патрона, одна вцепилась ему в горло, а вторая, пардон в пах. При всём честном народе у неё сработали инстинкты и совершенно забыв, что они сейчас не в бане, а перед многотысячной толпой стала кусать его сквозь штаны. Главный коммунист удовлетворённо замычал, прожевывая ухо первой секретарши.
— Дяденька, физрук! — Иванов вцепился в руку Черепа и подняв голову спросил его. — А что тётеньки делают с начальником?
— Они делают ему хорошо, — хохотнула Лиана и подняла руки. — Ну что, Жень? Поехали?
— Погоди, давай посмотрим. Кобра, присматривай за нейромантами, — сказал я. Выстроившись в колонну по пять человек коммунисты, цвет нации Тушинского райкома Коммунистической Партии Советского Союза побросали на асфальт портреты с ликами святых начальников. И отбросив ложный стыд затеяли смертельную возню прямо перед портретами Ленина и Карла Маркса, укоризненно наблюдавшими за ними с балкона над крыльцом райисполкома. Из толпы вылетела чья-то голова и брызнул фонтан крови обагрив и без того красные знамёна. Кто тащил кого-то в кусты за ноги, кто-то посмел пробежать по крыши чёрной «Волги» первого секретаря. Милиционер, красный от натуги свистел в свисток пока его же коллега не сломал ему шею подкравшись сзади.
— Кровососы начали пиршество, — сообщила внезапно появившаяся Кобра. Я повернулся и увидел, как комсомолку в коротком чёрном платьице с белым фартуком два нейроманта тащат в подъезд. Ещё один гонялся за пионерами, а трое непонимающе крутили головами.
— Убирайте тех, кто остался на улице, а я к ребятам в подъезд.
— Наконец-то! — Лиана запустила две ракеты. Они выпрыгнули из ранца на высоту метров двадцати и по спирали, огибая деревья врезались в здание райисполкома с двух сторон. В окнах рассадника коммунизма творилось уже чёрт знает что. Все его жители, отбросив ложную скромность развлекались по полной. Кого-то выбросили в окно с откушенными руками. Одна дамочка в неглиже ползла по вертикальной стене на крышу и шипела на всех. Мне запомнились её очки в массивной оправе. Два некогда благообразных молодых человека били друг друга. У одного в руках мелькал бронзовый Ильич, второй отбивался тяжёлым прессом. Из окна второго этажа выпал ответственный работник, расплющив свою башку о гранитные ступени, но тут же встал на ноги и как ни в чём не бывало и не выпуская из рук портфель отправился восвояси. Уйти с вечеринки ему правда не удалось, ползающая по стене дамочка ловко спланировала ему на спину, и с удовольствием стала слизывать с пиджака фрагменты мозга второго секретаря райкома.