Ступень Четвертая. Часть вторая (СИ)
Я поразился скорости распространения информации по кланам. Мне еще не передали, а уже все всё знают.
— Не совсем, — погрешил я против истины, — но вкладываться придется сильно. Добираться, опять же, долго…
— Сплошные минусы, короче, — хохотнул он. — Продавать не думаете?
Глаза Волошина блестели слишком заинтересованно, чтобы не догадаться — вопрос он задал не праздный, желающих наложить лапу на пока еще убыточное место хватает. Наверняка отец просил его прозондировать почву и по этому поводу.
— Чтобы что-то продать, нужно это что-то иметь, — отшутился я. — Это пока все не наше. Предварительная договоренность может не перейти в окончательную.
Но про себя я добавил, что заниматься с Тумановыми начну не раньше, чем у Серого будут документы на руках. Не то что я не доверял императору, но в делах должен быть порядок.
Волошин собирался продолжить разговор, но тут в дверь снова постучали. Я открывать не рвался, да и стояла за дверью опять не Светлана, а Мальцева. Впрочем, Светлана стучать не будет, просто зайдет. Мальцева нетерпеливо стукнула еще раз, и я все-таки встал с дивана и пошел ей открывать, потому что одного моего разрешения было недостаточно — в блок мог провести только тот, кто здесь жил.
— О, Ярослав, ты уже тут? Я так и знала. Привет, — обрадовалась Диана, чмокнула меня в щеку и прошла в блок. При виде Волошина она недовольно скривилась. — Леш, а тебе чего в своем блоке не сидится?
— А тебе? — вопросом на вопрос ответил он. — У нас с Ярославом общие интересы есть.
— У нас тоже, — она ослепительно улыбнулась и сказала: — Ярослав, дед просил узнать…
— Нет, — прервал я ее.
— Что нет? — удивилась она.
— Не продам.
— То есть я не первая? — уточнила она, с неприязнью смотря на Волошина.
— То есть я не продам никому, если получу, — уточнил я. А то с Мальцевой станется поскандалить с Волошиным прямо тут из-за того, что никому из них не достанется.
— У вас денег не хватит на то, чтобы привести имущество в порядок.
— Ничего, мы не торопимся. Там все равно часть имущества нужно строить заново, — я ей широко улыбнулся, намекая, что разговор нужно переводить. — Чай будешь?
— Буду, — сразу согласилась она и плюхнулась на диван, в противоположную сторону от Волошина. — Леш, шел бы ты к себе, а? У нас с Ярославом почти свидание.
— Здесь и без меня полный блок людей, — не растерялся Волошин. — Так что уйду я или нет, а вдвоем вы не останетесь. А печенье тут вкусное.
— Не люблю конкурентов, — недовольно бросила Диана и, принимая у меня чашку с чаем, тут же расплылась в улыбке. — Спасибо, Ярослав, ты лучший.
— Диана, ты меня все равно не уговоришь, будет здесь Алексей или нет.
— Но если мы останемся вдвоем… — грудным голосом с интонациями заядлой соблазнительницы сказала она и наклонилась ко мне, давая возможность оценить вид на декольте. Вид не впечатлял. Но это пока.
— Беги, Ярик, беги, — расхохотался Волошин, — на тебя объявлена охота.
Привлеченный голосами, выглянул Ден.
— Что за шум, а драки нету?
— Да так. Диана, как обычно, пытается делить то, что ей не принадлежит, — ответил я.
— Разве я возражаю, чтобы принадлежало? — выдала Диана. — Некоторые вон мешаются под ногами, а так бы мы все полюбовно решили.
— Диан, если ты продолжишь в том же духе, то я тебя попрошу на выход, — разозлился я. — Я уже сказал, что в моих планах нет продажи.
И Мальцевой в моих планах тоже нет.
— Только покупка, — поддержал меня Ден. — У нас слишком мало собственности, чтобы ею разбрасываться.
Диана тяжело вздохнула, отхлебнула из чашки и направилась к синтезатору. Показывать, что она умеет не только языком мести. К приходу Светланы к нам подтянулись и Тимофей с Шуваловой, хотя последняя всячески показывала, что она недовольна гостями, особенно Мальцевой. Но Мальцева считала себя настолько выше, что просто не обращала внимания на подколки. Они с нее скатывались как вода, не имея возможности пробиться под толстую кожу самомнения. Ну так и основания у нее были: если у Дианы в авторитете был только дед, то у Шуваловой хватало тех, перед кем она прогибалась. Видимо, чувствуя это, она злилась и пыталась показать себя наилучшим образом на фоне соперницы. За синтезатор они чуть ли не дрались.
— Весело у вас тут, — шепнул Волошин.
— Представление исключительно в твою честь, — ответил я. — Обычно у нас поспокойнее.
Тут наконец появилась Светлана, и я сразу впился взглядом в ее лицо. Обиженной и раздраженной она не выглядела или хорошо скрывала эмоции, которыми делилась разве что с Шуваловой. Подсказать ей что ли, что не стоит так доверять тому, кто стучит на тебя Ефремову?
Интерлюдия 13
Светлана слишком хорошо знала Ангелину, чтобы не понять, что с той что-то не так. В компании она выглядела непривычно дерганной, а когда они остались вдвоем, стало заметно, что подруга с трудом удерживается от слез.
— Лина, что случилось?
— С чего ты взяла? — буркнула та.
— Я же вижу, что ты расстроена. С дядей поругалась?
Глава клана Шуваловых был Ангелине двоюродным дядей, но для простоты слово «двоюродный» всегда опускалось, и поэтому создавалась видимость большей близости, чем было на самом деле. Дядя Ангелину не то чтобы привечал, но частенько давал мелкие поручения — узнать что-то у одноклассников так, чтобы те даже не догадывались что их расспрашивают. Девушка справлялась с поручением выше всяческих похвал, именно поэтому ее присмотрел Ефремов м предложил работу на Императорскую гвардию. Шувалову об этом, разумеется, не сказали, но Светлана знала, потому что считалось, что это способствует ее безопасности.
— Да при чем тут дядя? Он мной и не интересуется в последнее время.
Это была неправда, потому что Шувалова весьма интересовало все, что происходит в школе, особенно рядом с великой княжной. По просьбе Ефремова Ангелина выдавала лишь информацию определенного рода, умалчивая о части происшествий. Было ли это правильно по отношению к собственному клану? Возможно, нет. Но Ангелина не считала этот клан своим, потому что к ней и ее родственникам относились не слишком уважительно. Они были Шуваловыми, но только с обязанностями, почти без прав. Нет, их сильно не ущемляли, но поручения иной раз давали довольно грязные, а денег выделяли ровно столько, чтобы не пошли слухи, что у клана проблемы. И это злило. Поэтому, когда Ефремов заявил, что практически устроил ее будущее, она обрадовалась. Конечно, Елисеевы — не слишком большой клан, не слишком важный и довольно малочисленный, но зато она будет главой клана и сможет на равных говорить с женой Шувалова, вздорной теткой, которая в любом жесте видела неуважение к себе. Ангелина была уверена, что Ефремов сможет договориться с Шуваловым о переходе двоюродной племянницы в другой клан безо всяких проблем.
— Тогда Дмитрий Максимович что-то сказал сделать из того, что тебе не по нраву?
Ангелина закрутила головой.
— Я ему сразу сказала, что не буду делать ничего из того, что считаю недостойным. Одно дело — следить чтобы тебя не обидели и совсем другое — шпионить хотя бы в пользу той же Императорской гвардии.
Слова были красивыми и кого другого бы обманули, только Светлана прекрасно знала о некоторых поручениях Ефремова, которые в эту схему не укладывались, как их ни ломай и ни впихивай. Или мораль у Ангелины была настолько гибкой, что позволяла впихнуть все? Светлана подругу не осуждала, прекрасно понимая ее обстоятельства. Отец иной раз говорил, что клан Шуваловых по отношению к своим людям завяз в прошлом веке. С одной стороны, клан у него был полностью под контролем, с другой — именно это и тормозило развитие, потому что каждый опасался даже пикнуть без одобрения главы. Такие отношения между людьми, как, к примеру, у Елисеевых, у Шуваловых были невозможны в принципе. Даже завуалированные возражения против своей политики глава клана воспринимал в штыки и наказывал за них только так. Когда деньгами, когда ссылкой, а когда и блокировкой.