Блуждающие огни 3 (СИ)
— Я сделаю! Не сомневайтесь! — При упоминании о мине механик, имя которого я так и не узнал, побледнел ещё сильнее, но уверенности в том, что у него получится не растерял. — А в цитадели я покажу вам как её отключить, не вскрывая! Я полезный!
— Витя! — Я обернулся к бывшему ГРУшнику, который внимательно слушал наш разговор — Ты же у нас спец по рейдам в тыл противника? Бери пятерых бойцов на своё усмотрение и идите в цитадель. Вот этот деятель вас отведёт. Если сможете пройти, отключите цитадель и занимайте там оборону! Мы будем давить с двух сторон, отвлекая на себя все охранные системы! Не рискуй зря, если поймёшь, что проводник обманул или наврал, грохнешь его на месте и возвращайся!
— Есть командир! Сделаем, не сомневайся, не в первый раз! — Виктор залихватски улыбнулся — Диверсии — это моя фишечька!
Чтобы диверсионная группа прошла к тому месту, где им предстояло начать свой путь, нам пришлось повоевать. Бросив все силы, мы потратили четверть часа на захват нужного технического тоннеля. Шестеро офицеров спецназа скрылись в узком энергоканале, ведомые механиком-предателем, а я усилием воли отогнал от себя тревогу за парней. Они справятся, если пленный не соврал! А чтобы у них всё получилось, нам придётся как следует пошуметь! Штурм корабля, который нам не особенно-то и нужен продолжается, нам нужно тренироваться перед предстоящим захватом курьера с секретным грузом!
Глава 19
Витя сказал, Витя сделал! Мне и раньше импанировал этот шебутной и лихой боец, а сегодня я был готов его на руках качать. Мы уже утратили всякую надежду на благополучный исход затеянной авантюры с проникновением в цитадель крейсера, когда вдруг в очередном атакуемом нами отсеке, турели, сбивающие наши дроны один за другим, вдруг застыли неподвижными изваяниями, а абордажные роботы перешли в оборону, перестав ходить в контратаки. Управление обороной крейсера было потеряно, и только автономные боевые системы продолжали выполнять последнюю команду своего отключенного искина.
Заметили изменения не только мы, но и экипаж крейсера. Один за другим члены команды Норга начали выходить с нами на связь и сдаваться, сначала по одному, мелкими группами, а потом поток желающих остаться в живых превратился в полноводную реку. Для сдачи у меня было только одно условие — группа обороны очередного отсека, тоннеля или коридора должна была деактивировать роботов и разоружится. Если эти условия выполнялись, я гарантировал жизнь пленным.
Мы торопились, ведь утрату контроля над цитаделью Норг заметил сразу. Виктор, до поры до времени хранивший молчание теперь вышел на связь и докладывал, что диверсанты с трудом удерживают оборону. Пока весь остальной экипаж сдавался, отсек управления готовился к обороне и предпринимал неимоверные усилия для того, чтобы вернуть себе контроль над искином корабля. По словам пленных, в рубке и в районе цитадели оборону держали офицеры и личные телохранители Норга. Они были лучше вооружены, лучше подготовлены и мотивированны. Каждый из них, как приближенный Норга, не рассчитывал на снисхождение и милость от победителей.
Витя держался, а я гнал свой взвод вперёд, чтобы оказать ему помощь. Послать подкрепления тем же самым путём, которым в цитадель прорвалась группа Виктора не представлялось возможным. Витя докладывал, что противник, понял свою ошибку и то, каким путём врага оказался у них в тылу. Норг попытался повторить тот же трюк и теперь заброшенный энергоканал заблокирован, в буквальном смысле намертво, ибо завален трупами телохранителей Норга так, что по нему и мышь теперь не пройдёт. И ладно бы только трупы, но этот энергоканал теперь самое опасное место на корабле, так как заминирован обоими сторонами конфликта. Мин там как грибов после дождя в лесу, а если учесть, что эти маленькие взрывающиеся ублюдки ещё и агрятся на всё что движиться… Без робота сапёра там не обойтись, а у нас такой только один, и сейчас далеко от места боя, я, идиот, даже и не подумал брать его с собой на штурм.
Обе штурмовые группы моих бойцов прорвались к цитадели практически одновременно. Я знал, что вторая группа рядом, буквально за переборкой, я даже на оперативной карте их видел, но, когда в разгар перестрелки с антиабордажным роботом Норга рядом со мной вдруг на куски разлетелась переборка, и в пролом ввалился покрытый выбоинами и вмятинами робот прорыва, я чуть в штаны от неожиданности и страха не наделал. Тут же оставив в покое практически «безобидного» по сравнению с тяжёлым роботом антиабордажника, я судорожно перевёл прицел своего орудия на покоцанную боевую машину и не смог выстрелить! Сработала система «свой-чужой», но тогда я нисразу это понял. Пока я покрывался холодным потом и с ужасом думал, что я сейчас откину коньки, робот прорыва пошёл в атаку и буквально за один залп отправил нашего противника в Вальхаллу для композитных воинов.
Витьку мы отбили буквально в последний момент. Всё же шестерым десантникам, даже в штурмовых комплексах последней модификации тяжело выстоять без поддержки роботов в обороне отсека космического корабля. Им повезло только в том, что отсек этот был не обычным, а одним из самых защищённых на крейсере. Бронированная громада защитной оболочки искина хорошо укрывала бойцов от плазменного и энергетического оружия, а тяжёлое вооружение противник не использовал, боясь повредить искусственный интеллект. И всё равно, когда мы прорвались к диверсантам, на ногах из них не осталось никого. Увешанный минами, как какой-то шахид, Витя отстреливался от вражин из ручного излучателя единственной уцелевшей рукой, а на его скафандре застыли многочисленные латки из гермогеля, перемешанные с кровью. Остальные десантники выглядели не лучше, но все они как один продолжали сражаться. А о том, как они тут бились, говорили многочисленные обломки антиабордажных систем, трупы телохранителей Норга и практически полностью уничтоженные декоративные панели переборок цитадели.
— Етить колотить! — Я смотрел на этих шестерых парней, которые вытащили на своих плечах буквально половину сражения за крейсер и спасли многих своих товарищей от смерти и ранений, и не мог перестать улыбаться. Живы! То, что ранены тяжело, вообще не проблема, раз стрелять могли и до сих пор в сознании, то Габур их быстро починит — Витя, вот тебя куда не отправь, везде разгром устраиваешь. Может тебя Мамаем перекрестить?
— Вроде Мамай не крещёный был, да и не святой совсем, так что не получится командир, не по канонам! — Через силу отшутился мой телохранитель.
— Куда проводника дел, чего-то я его не вижу? — я и правда не видел среди лежащих в цитадели трупов пленного, который переметнулся на нашу сторону.
— Так на нём инженерный скафандр был, да и дебил он был по жизни. — Начал рассказ Виктор — Когда нас тут прижали как следует, он решил, что рановато хозяина сменил, и дёру дал обратно по энергоканалу, а там уже гости к нам шли. Он к ним в лапки и попал, да и давай жалится, что мол сбежал! Я-то всё слышал, он нам сам доступ к своему имплантату открыл! Красноречивый гадёнышь был! Герой, почти Сусанин, завёл мол отряд врага в ловушку. Лично своей жизнью рисковал! Я ему сам почти поверил, когда слушал, ну и те ослы уши развесили. И всё бы у него проканало, только забыл болезный, что вы ему командир на спину мину приделали, а нам это как раз на руку оказалось. Рванул я эту мину, вместе с механиком оленем и штурмовой группой. Удачно получилось. От штурмовиков хотя бы трупы остались, а механика, в его инженерном скафандре на мелкий фарш порубило. Ну вот как-то так. И это… Я бы ещё с вами командир побазарил, но мне кажется, что нам с парнями пора на боковую, устали мы чего-то, да и аптечка эта долбанная пищит…
— Это она тебе намекает, что до того, как ты сдохнешь остались считаные минуты Витя. — Подбодрил я героя и снова посмотрел на остальных бойцов-диверсантов — Эгей, а двое из твоих похоже уже совсем сомлели. Прав ты, пора вам подлечится. Эвакуационные роботы будут тут через несколько секунд, поговорим завтра, когда вы из капсул повылазите. Ну а нам тут немного осталось, только рубку взять. И ещё одно… спасибо мужики!