Младший близнец, или Спасённая "Лесным демоном" (СИ)
И она взяла меня за другую руку, развернув её ладонью вверх. А потом осторожно, едва касаясь, провела пальцем по шраму, пересекавшему её.
- Именно здесь была рана у моей Лунды, нанесённая рукой повитухи, пометившей младшего близнеца. Эта рана мне потом долго в кошмарах снилась.
- А кто-то ещё?.. - мне почему-то не хватало дыхания заканчивать свои вопросы.
- Нет, больше никто не знает. Я понимала, насколько это опасно, и скрывала ото всех своё знание. Но теперь, когда опасности нет... Вы точно хотите уехать? У вас с Джуни ведь есть семьи...
- У нас есть семья, - кивнула я. - Но не здесь. Простите.
Я ничего не чувствовала ни к этой женщине, когда-то меня родившей, ни к отцу, отдавшему меня жрецу, ни к четверым братьям и двум сёстрам. Ни ненависти - у них не было выбора, - ни любви. Возможно, к Марийде я испытывала жалость, но не более.
Семья у меня была другая. Дружная и сплочённая, такой её сделал бабушка. Я наблюдала за семьями, в которые приходила сначала помогать бабушке, а потом лечить людей вместо неё. Видела ссоры, склоки, драки. Родные братья и сёстры порой ненавидели друг друга, конкурируя за лишний кусок, лучшую вещь, родительское внимание.
У нас было не так. Мы знали, что являемся опорой друг для друга, что только в единстве наше спасение, только объединившись, мы выживем в этом мире. В нас не текла общая кровь, но мы были роднее кровных родственников.
- Я понимаю, - кивнула Марийда. - Но если что - помни, мой дом всегда для тебя открыт.
- Спасибо, - кивнула я, точно зная, что никогда сюда не вернусь. Просто не буду знать, как после этого откровения общаться со своей кровной, но не родной семьёй. - Прощайте.
- Храни тебя боги, - кивнула Марийда, не пытаясь больше меня коснуться.
Я развернулась и вышла на улицу. Джуни, увидев меня, махнула рукой стайке ребятишек и подбежала ко мне. Мы скорым шагом направились к дому деда Петра и бабки Мореты, возле которого оставили свою Дымку.
- Уилли, а что это? - спросила Джуни, попытавшаяся взять меня за руку и обнаружившая, что я что-то сжимаю в кулаке.
- Бусы, - я раскрыла ладонь, показывая подарок. - Марийда дала мне. На память.
- Твоя мама? - оглянувшись, не слышит ли кто наш разговор, шепнула Джуни.
- Да. Оказывается, она знала всё это время. Догадалась по шраму.
Я ждала ещё вопросов, но их не было. Джуни замолчала, словно что-то обдумывая. Молча мы дошли до Дымки и поехали домой. Где-то на полпути я не выдержала.
- Знаешь, она предложила мне остаться. Раньше было опасно, но теперь мы ведь можем открыться всем. Никто уже не станет нас убивать, как детей лесного демона.
- А ты?.. Что ты решила? - мне показалось, что голосок сестрёнки перехватило от испуга, но лица её я не видела, она сидела за моей спиной, а для того серьёзного разговора, который я затеяла, мне нужно было видеть её лицо.
- Давай-ка немного пройдёмся, время у нас есть, - предложила я и первой спрыгнула с Дымки. Джуни последовала за мной, и мы пошли по лесной тропе, ведя кобылку в поводу.
- Я отказалась. - Кажется, Джуни облегчённо выдохнула. - И не только потому, что не чувствую никакой привязанности к кровной родне - даже пожелай я с ними остаться, я бы не смогла. Я дала слово Поузи поехать с ней. И я не могу бросить Крофа - ему-то оставаться не с кем. И хотя он уверен, что уже взрослый, я всё равно должна о нём позаботиться.
- А обо мне? Почему ты не говоришь, что будешь заботиться обо мне? - в голосе Джуни послышались слёзы. - Ты хочешь меня бросить?
Я выпустила повод Дымки - никуда она не денется, - и обняла сестрёнку.
- Я никогда тебя не брошу, не выдумывай! И буду заботиться о тебе столько, сколько нужно, даже когда ты уже бабушкой станешь - буду зудеть: «Опять плащ забыла! Ноги не промочи, шапку надень, ешь, как следует!» - Услышав смешок Джуни, порадовалась. - Ещё гнать меня будешь, так надоем!
- Не буду, - помотала сестрёнка головой, не отрывая лба от моего плеча. - Не оставляй
меня.
- Ни за что! Обещаю! - я слегка отодвинула Джуни и заглянула ей в глаза. - Просто я подумала, что нечестно не дать тебе выбора. В отличие от Крофа, у тебя он есть. Там, - я мотнула головой в сторону села, - у тебя есть родители, сёстры, брат-близнец. И раз тебе уже не нужно скрываться, может быть, ты захочешь остаться с ними?
- Нет! - мотнула головой девочка.
- Ты не решай сразу, подумай, - я обняла Джуни за плечи, подхватила Дымку под уздцы, и пошла к дому. - Я очень тебя люблю, мы все тебя любим, но у тебя должен быть выбор, понимаешь? Возможно, твои родители до сих пор тебя оплакивают...
- Не оплакивают! - перебила меня сестрёнка. - Они меня отдали лесному демону, значит, я им была не нужна!
- У них не было выбора...
- Был! - закричала Джуни почти в истерике, вырываясь из-под моей руки, отпрыгивая в сторону и сжимая кулаки. - У них был выбор! Был! И они выбрали не меня!
- Но... никто не выбирает. Жрец бы просто пришёл и забрал младшего, помеченного повитухой младенца, и...
- У него тоже есть шрам, - глухо уронила сестрёнка. Потом развернулась и быстро зашагала в сторону дома.
Какое-то время я растерянно смотрела ей вслед, потом подхватилась и кинулась догонять.
- У кого есть шрам?
- У него, - буркнула Джуни, продолжая сжимать кулачки.
- У Вестра? - назвала я имя её близнеца.
Просто ткнула пальцем в небо. Меня всегда удивлял шрам на ладони Джуни - зачем помечать разнополых близнецов, их и так не перепутать. Но, возможно, повитуха метила «демонёнка» сразу же, даже не успев ему между ног заглянуть и пуповину перерезать.
- Да, - дёрнула Джуни плечом. - У него точно такой же шрам. На этом же самом месте, - она разжала кулачок и продемонстрировала мне ладонь. - Зачем бы его тоже метить, не догадываешься?
- Нет, - растерялась я.
- А я много об это думала и всё поняла. Это он был младшим, не я. Но отдали меня, поэтому мне тоже руку порезали.
- У тебя четыре старшие сестры... - пробормотала я.
- Да! Они не захотели отдавать долгожданного сына. И отдали меня. Пятую дочь не жалко.
- Мне жаль, - я всё же догнала Джуни и крепко обняла её.
Как же моей сестрёнке было больно! Меня утешало то, что выбора у наших родителей просто не было, а оно вон как вышло. И всё это бедная девочка многие годы держала в себе - не вчера же она обнаружила шрам у брата на ладони, не сегодня сделала выводы.
Почему промолчала повитуха - понятно, она приходилась родной тёткой отцу Джуни. Видимо, и сама была не рада, что пометила младенца, не заметив, что дети разнополые, и вторым оказался долгожданный сын. И понятна реакция сестрёнки - возвращаться к таким родителям никто бы не захотел. Всё, что вчера высказала Поузи про нужного и ненужного ребёнка - а я ей возразила, потому что, она-то как раз была не права, - должна была бы сказать Джуни. В отношении неё это было правдой.
- Я должна была спросить, понимаешь? Должна была дать тебе выбор. Я не знала всего этого, и почему-то подумала, что если моя мать страдала от того, что пришлось отдать своего ребёнка на смерть, то и твои родители тоже. Я не знала, что у тебя всё по-другому.
- Ты ведь меня не бросишь? - прошептала Джуни.
- Никогда. Мы же с тобой сёстры, значит, вместе навсегда!
- Навсегда! До самой старости! - закивала сестрёнка.
- Вот наши мужья-то обрадуются, - хихикнула я.
- Но можно же жить всем вместе.
- Давай сначала доживём, ладно? Вот вырастешь ты, встретишь мужчину, самого лучшего на свете, полюбишь его, выйдешь за него замуж - вот тогда и будем решать, кому и с кем жить. А до этого времени мы не расстанемся, договорились?
- Договорились, - широко улыбнулась мне Джуни.
- Домой?
- Домой.
- Тогда забирайся на Дымку, нас уже, наверное, заждались.
И мы поскакали домой. Мне было очень жаль сестрёнку, но в глубине души я радовалась тому, что услышала. Мне было немного страшно затевать этот разговор - вдруг она решила бы остаться, ну, вдруг? Но и не поговорить не могла - меня бы потом мучило чувство вины. А теперь нам точно не придётся расставаться.