Братство. Дилогия

Боже, что я несу?!
Он смотрит на меня как на дуру. Я издаю нервный смешок, и он тоже негромко смеется. Снова.
– Ничего подобного. Просто мы умеем держаться в тени.
Вот и весь ответ.
Эйден молчит, явно не собираясь добавлять что-то еще, и я вздыхаю.
– Ладно, проехали. Долго еще? – жестом указываю на пробирки.
– Почти закончил. Мне нужно разобраться с твоей кровью – сделать некоторые анализы, чтобы понять, какую дозу лекарства тебе давать для снижения побочных эффектов от «V», – монотонно объясняет он, уйдя с головой в какие-то свои размышления.
  
– С чего такое рвение? – интересуюсь я, желая понять, для чего ему все это нужно. – Почему ты решил создать лекарство? Или это секрет?
Он отвечает без запинки:
– Не секрет. Но пока я не готов с тобой этим поделиться. Готово.
Эйден извлекает иглу из вены. И мы вместе наблюдаем, как ранка почти мгновенно зарастает, будто ее и не было секунду назад. Жуть какая. Я в полнейшем шоке продолжаю сидеть, а Эйден тем временем измеряет мне давление и температуру, считает пульс, а затем записывает все показатели в блокнот. После этого еще и заставляет встать на весы. Когда все эти процедуры выполнены он говорит:
– Можем идти. Пора завтракать.
Еда – последнее, о чем я могу сейчас думать. Меня слегка подташнивает от осознания того, что моя жизнь изменилась и вряд ли когда-нибудь снова станет прежней. Тяну время как могу, потому что не хочу сейчас встречаться с остальными.
– Подожди, а где живет Аманда? Я бы хотела ее увидеть.
– Зачем тебе это? – Эйден с недоверчивым любопытством смотрит на меня.
Как будто я собираюсь устроить большой побег из тюрьмы. Еле удерживаюсь, чтобы не закатить глаза. По-моему, этот парень проявляет подозрительность не там, где надо.
– Просто посмотреть, какие у нее условия проживания, – невинно хлопаю ресницами, чем, похоже, ввожу его в легкий ступор. – И какие условия ждали бы меня, если бы я не согласилась жить в твоей комнате.
Все это звучит как-то дико и непривычно для меня. Ведь с детства я жила в отдельной спальне, которую ни с кем не приходилось делить, более того, я никогда ни с кем даже не ночевала. Это будет как минимум странно.
Эйден все-таки направляется к черной двери, которую я приметила ранее, оборачивается, смотрит на меня и зовет, иронично изогнув бровь:
– Пошли, покажу тебе условия.
Шагаю следом, и уже через пять секунд мы заходим в соседнюю комнату. Вижу узкий коридор и три камеры, по-другому их никак нельзя назвать. Они достаточно просторные, но все равно – это камеры, а не комнаты! На каждой двери установлено большое смотровое окно, как будто это какая-то тюрьма. В одной из камер вижу Аманду. Она сидит на кровати и с удивлением пялится на меня. Останавливаюсь напротив и смотрю на девушку. Это не то же самое, что видеть ее в клетке, но очень похоже.
– Интересно, – говорит она, насмешливо растянув губы. – Что же такого ты им предложила и на какие условия согласилась, что тебе разрешили передвигаться только с одним конвоиром?
Не нахожу, что ответить. Неприятное чувство теснится в груди, воздуха не хватает. Я хочу уйти.
Эйден же просто качает головой на замечание Аманды. Вероятно, он уже привык к ее яду.
– Ничего особенного я не делала, – нахожу наконец в себе силы на ответ. – Просто согласилась на несколько условий с их стороны, и выдвинула пару своих.
Аманда выглядит удивленной. Возможно, она даже не задумывалась о том, что у них можно что-то попросить.
Раздается стук в дверь лаборатории, и Эйден предупреждает меня:
– Только без глупостей! – разворачивается и уходит открывать.
Аманда смотрит на меня и с насмешливой улыбкой замечает:
– Как-то уж слишком легко ты продалась. Не ожидала, что это произойдет так быстро. – А потом улыбка пропадает с лица блондинки, когда она добавляет. – Правильно я говорила, что ты такая же дура, как остальные!
Хмыкаю в ответ, ничуть не обидевшись. По ту сторону решетки она, а не я. Кто из нас дура?
– Посмотри, чего я добилась всего за несколько часов нахождения здесь. А чего добилась ты за полгода? – выдерживаю многозначительную паузу и озвучиваю свою мысль. – Ну и кто из нас теперь дура?
До нее удивительно быстро доходит, к чему я веду. Теперь Аманда смотрит на меня по-другому, совсем без насмешки. Ее зрачки расширяются, это выглядит довольно странно. Обычным зрением я бы и не заметила, но теперь у меня зрение супер-человека. Фу… как это звучит отстойно, тем не менее так и есть. Пора уже признаться, что что-то во мне изменилось, и мне только предстоит разобраться, что именно.
Аманда улыбается и одними губами произносит:
«У тебя есть план?».
Точно так же произношу в ответ:
«Работаю над этим».
Заговорщицки переглядываемся, и на миг я чувствую странное родство с этой девушкой, и что я не одна, но тут возвращается Эйден, а за ним заходит Кай.
Стираю с лица все эмоции, но парни, кажется, ничего не замечают. Рыжий улыбается во весь рот и сообщает:
– Мэнди, принес тебе завтрак. Как ты и заказывала: тут булочки с корицей, кофе и фрукты.
Хмм… И снова это его Мэнди, больше ее, вроде, никто так не называет. И он что – подрабатывает официантом?
Аманда переводит на него взгляд, кивает и отходит от двери. Тоже отступаю в сторону. Эйден открывают замок, а Кай заносит в камеру завтрак, оставляет его на столике возле кровати и разворачивается на выход.
Машу девушке на прощание, она делает то же самое теперь уже без всякой злобы. Перед тем как уйти, замечаю, что Аманда приступает к завтраку.
Чувствую, что тоже проголодалась, поэтому молча следую из лаборатории за парнями. Тянуть дальше нет смысла.
Кай с любопытством смотрит на меня, отвечаю ему дерзким взглядом, на что он показывает мне большие пальцы.
Больной что ли?
Проходим до конца коридора. Останавливаемся неподалеку от двери, ведущей в кабинет Джона, и мое сердце на миг замирает, но, когда Эйден открывает противоположную, не сразу, но начинает биться нормально. Застываю, потрясенно оглядывая обстановку. Никогда не видела подобной кухни вживую, только по телевизору и в каталогах на сайтах дизайнеров. Она, что уже неудивительно, большая, похоже, как и все в этом доме, с ультрасовременной мебелью и техникой. Все уже собрались за столом, а у плиты стоит пожилая женщина, она поворачивается и тепло улыбается мне, мастерски делая вид, что не замечает странных глаз:
– Привет! Меня зовут Кристина, – представляется она и добавляет, понизив голос, – я готовлю еду и убираю за этими оболтусами.
Звучит нестройный хор возражений, а потом все смеются, словно большая дружная семья.
Это очень неожиданно. Ну вот вообще не ожидала увидеть здесь никого, кроме членов Братства.
– Доброе утро, – бормочу с заминкой.
К столу прохожу не сразу, а только заметив, что Эйден и Кай уже заняли свои места, и абсолютно все выжидательно смотрят на меня.
Наконец, тоже сажусь за стол. И мне снова «везет» – напротив оказывается Маркус.
Черт бы побрал его и снисходительную ухмылку, застывшую на его лице!
От мыслей меня отвлекает голос женщины:
– Что будешь на завтрак, милая?
Ее тон заставляет мое сердце замереть от тоски по прежней жизни. Каждое утро мама спрашивала у меня то же самое. Быстро беру себя в руки, улыбаясь в ответ.
– Немного фруктов, пожалуйста, и, если можно, кофе.
– Сахар, сливки? – спрашивает Кристина с теплой улыбкой.
– Да, пожалуйста.
Бросаю взгляд на Маркуса, он насмешливо смотрит в ответ.
Да сколько можно? Что ему от меня нужно?
Отворачиваюсь и стараюсь смотреть только в свою тарелку, где Кристина красиво разложила тосты и порезанные фрукты, будто мне шесть лет, но все равно это приятно.
  
Завтрак проходит в полнейшей тишине, никаких разговоров или насмешек в мою сторону. Чему я удивлена. Делаю последний глоток кофе и смотрю на Эйдена.
– Закончила? – тут же уточняет он. Молча киваю. – Пойдём, устрою тебе небольшую экскурсию. Покажу, куда можно заходить, а куда не стоит.