Через бурные волны (ЛП)

Мы с Катриной подробно объяснили им все, что произошло с Бастианом и его огромным подземным логовом. Я предложил им остаться здесь, потому что, как только мы найдем кракена, спасения не будет. И, конечно, не обещал, что мы переживем это.
— Мы будем бороться с этим вместе. На яхте есть сигнальные ракеты и, возможно, еще оружие. — Ной расправил плечи, словно пытаясь доказать свою полезность. В глазах Грейс промелькнуло беспокойство, но она ничего не сказала. К этому времени я уже понял, что она была не из тех, кто громко говорит. Мне было даже интересно, о чем думала МакКензи, учитывая, что она тоже была необычно молчаливой.
  
«Нет. Соглашение было между мной и вами обоими. А не вашими друзьями. Они остаются».
Я обхватил голову руками. Голос врезался в мое сознание, словно ножи, царапающие кожу. Голос Бастиана. Он заглушил мои мысли, как черный дым в темной комнате. Он был в моей голове. В конце концов, его метка имела надо мной власть.
Катрина и МакКензи бросились поддерживать меня, когда я запустил пальцы в волосы. Я был в порядке. Клянусь, так и было. Но я был слишком взбешен, чтобы найти слова и ответить им, когда они спросили, все ли со мной в порядке. Я изо всех сил старался не обращать внимания на мысленный приказ Бастиана, но тот эхом отдавался во мне, пока я не признался себе в том, что слышал.
— Он говорит, что вы не можете пойти, — я с трудом выдавил из себя эти слова. — Думаю, мы пробудили к жизни эту дурацкую татуировку. У Бастиана есть прямая связь со мной. И будет, пока мы не сделаем это. Если мы нарушим его условия сделки, он навсегда останется в моих мыслях.
— Беллами, — Катрина мягко коснулась моего плеча, — я не знала.
— Потому что ты меня не слушала. Я же говорил тебе, что он всегда берет больше, чем обещает.
— Прости. Что мне оставалось делать? Только не говори мне, что ты действительно ушел бы оттуда, зная, что упустил единственный шанс помочь Майло. Я знаю тебя. Ты бы этого не сделал. Он тебе как брат.
— Хммм, — проворчал я, отворачиваясь. Я уже не был уверен, что поступил бы так же. Майло, без сомнения, был моим братом в море. Но стал бы я обменивать жизнь Катрины на его жизнь, натравливая ее на это чудовище? В любом случае я проиграл. Я всегда проигрываю. С каждой минутой я чувствовал, что жалкие крохи веры, которые у меня еще оставались во все и вся вокруг, ускользают из рук. Бесконечная битва за то, чтобы не потерять самых близких мне людей, начинала меня утомлять.
— Вам будет хорошо здесь, в Пуэрто-Рико, — я говорил твердо, не оставляя места для возражений троице, наблюдавшей за мной. Если бы они попытались, я бы быстро заставил их замолчать и оставил бы их здесь без выбора. — Нам в любом случае нужен кто-то, кто присмотрел бы за Бастианом. Вы сможете сообщить нам, если увидите, что он пытается что-то предпринять, например, переехать или сбежать.
Внезапно Грейс показалось, что она набралась храбрости.
— Трина, я не могу просто оставаться здесь и позволять тебе это делать. Я знаю, ты привыкла все делать сам, я тоже. Но это… это слишком опасно.
— Мама, — выдохнула Катрина, — я должна это сделать. Если я этого не сделаю, то никогда себе этого не прощу. Я не могу оставить Майло.
Мне почти хотелось закатить глаза, когда Катрина продолжила успокаивать и умолять маму. Грейс не поняла бы той бесстрашной жертвы, о которой говорила Катрина. Она никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Ее всегда спасали. У нее не было права говорить Катрине, чтобы она этого не делала… Возможно, я тоже не понимал. Я больше не знал.
— Пожалуйста, Катрина. Что, если я снова почувствую вой сирены? Что, если я не смогу противостоять ему без тебя? — В голосе Грейс было больше отчаяния, чем я когда-либо от нее слышал. Я не верил, что она на самом деле не беспокоилась по этому поводу. Она просто искала то, что, как она надеялась, могло бы удержать Катрину здесь.
— Катрина, — пробормотал я, прерывая мольбы Грейс. — Сейчас важна каждая секунда.
Катрина перевела взгляд на меня, Грейс переводила взгляд с меня на нее. Ной вмешался, чтобы успокоить ее мать, потому что он, должно быть, знал, что я не собираюсь этого делать.
— Миссис Дельмар, если кто-то и может это сделать, так это Катрина. Мы с МакКензи будем здесь, рядом с вами, и будем ждать ее возвращения. Она вернется.
Грейс моргнула, нервно сглотнула и покачала головой.
— Знаю, я не смогу остановить тебя, — сказала она дрожащим от слез голосом. — Но просто помни, что ты должна вернуться ко мне. Никто другой не сможет показать мне, как быть русалкой. — Я заметил мимолетную улыбку Катрины.
— Я так и сделаю. — Катрина высоко вздернула подбородок. — Я так и сделаю. — Грейс наклонилась к ней, чтобы обнять, что с самого начала выглядело неуклюже, но постепенно смягчилось и стало похоже на то, как должны выглядеть объятия матери и дочери. Я отвел взгляд, борясь с чувством неловкости, повисшим в атмосфере.
— По крайней мере, позволь мне помочь тебе подготовиться, — обратился ко мне Ной мрачным тоном. — Ты не можешь уйти с пустыми руками. В этих антикварных магазинах наверняка найдется что-нибудь полезное.
Это была неплохая идея, поэтому я согласился, но при условии, что мы поторопимся. Девочки отправились регистрироваться в отеле, где должны были остановиться МакКензи и Грейс, а мы с Ноем тем временем прошлись по немногочисленным магазинам, которые еще были открыты. Несомненно, здесь было множество артефактов и старинного оружия из моего времени и не только, но найти что-нибудь пригодное для использования было непросто.
В последнем магазине, который мы обыскивали, мой взгляд скользнул по стене, заставленной старыми, разбитыми винтовками и мушкетами, ржавыми мечами и остатками кремневых ружей. И тут я увидел это. Гарпун. Со следами очевидного использования, но все еще цельный и крепкий. Наконечник был прочным. Я смогу заточить его по дороге.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — Ной взглянул на меня, заметив, что я сосредоточен на гарпуне. Не прошло и пяти минут, как мы вышли из магазина с нашим новым гарпуном, завернутым так, чтобы он выглядел как весло или что-то менее опасное, и встретились с остальными на городской площади.
Еще несколько раз сердечно попрощавшись и пожелав всего наилучшего, мы расстались, а МакКензи, Ной и Грейс согласились остановиться в ближайшем отеле в Сан-Хуане. Мы с Катриной поплелись обратно к берегу, теперь залитому лунным светом и сиянием города над ним. Мы вошли в воду, поднялись на борт гидроцикла с гарпуном в руке и помчались обратно к покачивающейся вдалеке яхте, отправляясь в путешествие, более пугающее, чем все, с чем я когда-либо сталкивался в качестве пирата.
Я помог Катрине подняться на борт, все еще сдерживая гнев из-за нашей встречи с Бастианом.
— Я знаю, тебе нравится таить обиду, — проворчала Катрина, — но если мы хотим, чтобы у нас был шанс выжить, тебе, наверное, стоит поговорить со мной.
— Почему? Чтобы ты могла делать прямо противоположное тому, что я говорю? — прорычал я, поднимая якорь, пока Катрина тянулась к топливному баку. — В конце концов, ты сделаешь все, что решишь, со мной или без меня.
— Почему ты так себя ведешь, Беллами? Ты сам сказал, что у нас нет времени!
— У нас — нет! Но это не имеет значения, потому что, в конце концов, ты совершишь какую-нибудь глупость и погибнешь, что бы я ни говорил! Ты такая же, как она! Ты безрассудная и упрямая, и ты не слушаешь, и это приведет тебя к смерти! Я не хочу жить здесь, на этой дерьмовой земле, один, без тебя тоже! — Я ударил кулаком по корпусу, уверенный, что позже пожалею о синяках, которые останутся у меня на костяшках пальцев.
  
Я даже не осознавал, что говорю. Я погрузился в свои мысли о Серене, которые проносились перед моим мысленным взором. Все это казалось слишком знакомым. Слишком повторяющимся, чтобы быть реальным…
— Это ведь не обо мне, не так ли? — Голос Катрины смягчился, и я понял, что она все поняла.
— Ты — часть этого, — проворчал я. — Но… но… это действительно не про тебя. Не стесняйся взять штурвал в руки. — Я отошел и удалился в каюту. Сосредоточив внимание на полу, я погрузился в воспоминания…