Через бурные волны (ЛП)

Я должен был сойти с ума, чтобы подумать, что это не просто совпадение. Не было никакой возможности…
Поэтому я нажал на газ, чтобы разогнаться, несмотря на встречный ветер. Это было последнее, что я мог сделать для Серены. Она просила меня сделать все, что в моих силах, чтобы спасти Майло. В конце концов, он пытался помочь мне помешать Вальдесу убить ее. Он пытался и потерпел неудачу, как и я. Но, возможно, то, что она помогла мне спасти его, было всего лишь ее способом сказать, что она простила нас. В ее сердце было слишком много страсти, чтобы испытывать горечь.
  
— Когда я ныряю, словно возвращаюсь домой после долгого отсутствия. Будто я была создана для того, чтобы находиться под водой. С этим ничто не сравнится.
— Мне нравится слушать, как ты говоришь об этом, — сказал я, целуя ее в лоб. — Мне нравится слушать, как ты говоришь обо всем. — Мы лежали на песке вдвоем, в уединении, позволяя приливу смыть следы нашего совместного времяпрепровождения. Серена села, водя пальцем по моей обнаженной груди, улыбка появилась на ее темных губах, припухших от поцелуев. — Теперь, когда мы повеселились, я могу сообщить тебе новости.
— Что? — Я тоже приподнялся на локте.
— Я получила работу. Я собираюсь стать русалкой в Буэнависте! Миссис Гутьеррес сказала, что я прошла прослушивание лучше всех! — Ее глаза засияли ярче лунного света, когда она говорила. Я не смог сдержать улыбку.
— Я знала, что ты справишься. Судя по тому, как ты относишься к воде. Ты настолько похожа на настоящую русалку, насколько это вообще возможно. — Я подмигнул. — Так когда ты приступаешь?
— Через несколько дней, когда появится мой хвост. Жаль, что у меня нет фотографии. Он великолепен! Она даже позволила мне выбрать цвет.
— Дай угадаю, — я вдохнул ее тропический аромат, наклоняясь ближе к ней и играя с тугими завитками на конце одной из ее кос. — Апельсиновый.
— Коралловый, если быть точным, — ухмыльнулась она.
Я закатил глаза, усмехаясь.
— Коралловый, — повторил я. — В этом есть смысл. Ты будешь выглядеть прекрасно, как всегда.
— Ты должен прийти на мое первое выступление. — Серена, дразня, схватила меня за руку, но я замер от ее слов. — Ты ведь придешь, правда?
Как я мог сказать ей, что не могу? Мы встречались вот так, под ночным небом, уже несколько недель, и я никогда не рассказывал ей правду о себе. О том, почему я мог встречаться с ней только ночью. Она никогда не спрашивала.
— Шоу проходят… днем?
— Ну, большинство из них. Иногда они будут проходить вечером. Но первое из них состоится в день открытия в следующую субботу. Пожалуйста, приходи.
Я выпрямился, стряхивая песок со спины и с ворчанием потирая лицо.
— Что? Что случилось? — спросила Серена.
Я действительно подумывал о том, чтобы просто нырнуть в воду и стать призраком, раствориться в морской пене и исчезнуть. И я, возможно, так бы и поступил, если бы уже не привязывался к этой девушке на протяжении незабываемых ночей.
— Я должен тебе кое-что сказать, — сказал я, беря ее нежное личико в свои ладони. Она впилась в меня своими большими невинными глазами под идеальными темными ресницами. Я колебался, но каким-то образом мне удалось сказать ей, что я был мертв уже много веков и привязан к ночи. И, верная своей дикой и бесстрашной натуре, она не обращала на это внимания.
Я вернулся в настоящее, когда корабль налетел на волну. Мне нужно было собраться с мыслями, чтобы сосредоточиться на открытом океане передо мной. Вода была неспокойной, а ветер дул не в нашу сторону. Я не мог так долго отключаться.
До Пуэрто-Рико оставалось еще как минимум два дня пути, а может, и больше, если мы не сможем ускориться. Мне нужно было, чтобы Катрина вернулась на корму и двигала нас вперед своей мощью. Я знал, что она разозлилась на меня за то, что я запер дверь в каюту ее мамы. Но ей придется подавить свою гордость и забыть об этом, потому что, судя по моим подсчетам за время, проведенное в одиночестве за рулем, за то время, что мы плыли, Майло уже почти год находился в ловушке своего времени.
Я попросил Ноя посидеть за рулем, а сама поспешил вниз, чтобы найти Катрину. Она как раз выходила из каюты мамы, и выражение ее лица сказало мне все, что мне нужно было знать.
— Не злись, — я прислонился к стене в крошечном, тесном проходе корабля. — Можно подумать, что к этому времени ты уже привыкла ожидать подобного от пирата.
— Ты мог бы, по крайней мере, сказать мне правду, когда я тебя спрашивала.
— Я сказал, что она была в своей комнате, не так ли? Умолчать о части правды — это не значит солгать, девочка. Не в этом мире. Не все делится на черное и белое. Иногда именно серое спасает твою задницу.
Закатив глаза, она повернулась, чтобы уйти, но я подскочил к ней, преграждая путь.
— Ты забыла, что у тебя есть должность на моем корабле? — Я ухмыльнулся.
— Ладно, теперь ты просто надоедливый, — усмехнулась она.
— Так ли это? — Я наклонил голову. — Или я просто пытаюсь помочь тебе вернуть твоего драгоценного возлюбленного? Теперь ты отдохнула, так что мне нужно, чтобы ты вернулась и занялась своими магическими штучками с водой.
Со стоном она скрестила руки на груди, признавая поражение.
— Я все еще злюсь на тебя до поры до времени.
— Хорошо. — Я похлопал ее по плечу, когда она проходила мимо меня. — Используй это, чтобы зарядиться энергией.
Буквально через несколько секунд я почувствовал сильный толчок лодки вперед, который сбил меня с ног и, вероятно, предназначался мне. Я улыбнулся, поднимаясь с пола. Теперь мы двигались.
17. Fuente (исп. «Фонтан»)
Беллами
Вот и он. Пуэрто-Рико. Я помнил это дикое побережье с новыми открытиями и пышными пляжами, но теперь оно было застроено небоскребами и курортами, расположенными вдоль берегов. Попросил Ноя посидеть за рулем минутку, пока пойду в свою каюту подготовиться.
Подойдя к прикроватному столику в комнате, выдвинул ящик и заглянул внутрь. Там, в пустом ящике, лежал заряженный пистолет. Я заметил его здесь, когда мы только взошли на борт, но держал при себе. Но я, конечно, не собирался оставлять его, когда нам предстояло встретиться лицом к лицу с Бастианом. Я поднял его, ощущая тяжесть, и провел большим пальцем по стволу. Не совсем то же самое, что пистолеты, которыми привык пользоваться, но, возможно, это и к лучшему. Я засунул его за пояс под рубашку и повернулся, чтобы вернуться на палубу.
Вскоре мы достигли порта Сан-Хуан. На материке возвышался величественный форт, такой же внушительный, как и столетия назад. Я пришвартовал наш корабль в полумиле от берега, где нас было меньше всего шансов заметить. У нас не было времени доплыть до бухты и проделать весь обратный путь к месту, указанному в координатах. Если они верны, то это было недалеко от побережья.
Крикнул Ною, чтобы он бросил якорь и помог спустить шлюпку на воду. МакКензи и Катрина присоединились к нам, отвязывая веревки и закрепляя вещи на борту. Грейс последовала за Катриной на буксире, все еще явно нервничая.
— Так кто же останется на этот раз? — Я оперся локтем о борт.
— Мы все идем, — я не мог поверить своим ушам. Выпрямился, чтобы взглянуть на мать Катрины, сказавшая эти слова. Я ждал ответа от Катрины, пока она покачивалась рядом с ней.
— Я не оставлю ее здесь одну. И по отношению к МакКензи несправедливо больше оставлять ее на этом судне.
— Тогда один из вас останется с ней. — Я жестом указал на Катрину и Ноя.
Ной встретил меня убийственным взглядом.
— Думаешь, я захочу нести ответственность, если мама Катрины прыгнет за борт и уплывет, как рыба? Я абсолютно точно на это не подписывался. Ты хочешь, чтобы я отправился в поход по джунглям? Отлично. Сражался с ордой пиратов? Конечно. Украл древнюю реликвию у этого парня, короля пиратов? Я «за». Но я не останусь здесь с ней наедине.
  
— Она останется с МакКензи и Ноем на материке. Просто для нее там безопаснее, чем на корабле, окруженном со всех сторон водой. Там меньше… соблазна… если ее сирена вернется, — объяснила Катрина, и ее мама кивнула в знак согласия. — Мы с тобой поищем Бастиана, и если нам понадобится их помощь, то тогда… тогда мы с этим разберемся.