Духов день (СИ)

Полегчало, но не сильно. Хорошо, что дотянул до сих пор. Потому что морок явно оказался не чета всем предыдущим, что мне попадались — сильнее, гораздо сильнее.
Я заставил себя переступить порог. Огляделся.
Темно было, как у колдуна в сердце. Все бойницы находились на верхних ярусах, но они были закрыты. А здесь, внизу — какие, нахрен, бойницы. Чтобы ласково целовать нападающих на башню тварей?
Я поднял руку и кастанул Красного Петуха. Огонь разлетелся по каменному потолку. Я быстро огляделся и оценил обстановку.
Зал внизу был пуст. На второй ярус вела каменная лестница слева.
— Айда за мной, — скомандовал я и зашагал по ступенькам.
На этом этапе уже вытащил меч, и до меня дошло, что его можно использовать в качестве самой экономичной подсветки. Я воззвал к нанесённому знаку, и клинок засветился. Этого вполне хватало, чтобы не оступиться — ступени были довольно высокими. Как по мне, недоработка. Предполагается ведь, что по ним будут носиться воины в полном боевом облачении. А тут — только ноги ломать.
Башня опять разразилась полудурочным хохотом, и теперь уже мне показалось, что это «ха-ха» неспроста. Башня пыталась замаскировать другой звук, более понятный и привычный.
Рычание.
По ходу, мы реально зашли по адресу.
— Ставни на бойницах выбивай, как поднимешься, — приказал я Захару. — Чтобы свет появился. Ясно?
— Сделаю.
Ступеньки пролегали меж внешней стеной башни и внутренней — это был такой коридорчик с небольшой кривизной, который и вывел нас на второй ярус.
Здесь рычание уже послышалось совершенно отчётливо, и из темноты на меня надвинулась бледная жуткая рожа.
— Чё ж вам не спится-то всем, а? — рявкнул я и взмахнул мечом.
Ну, как и следовало ожидать — удар в плечо, а по ощущениям, как будто терминатора попытался зарубить. Даже Знак не помог. Зараза.
А вон ещё один. И ещё… Да мать вашу так, три неупокоенных покойника!
Первый решительно атаковал меня. Я увернулся от удара и пинком в грудину повалил его. Второму зарядил Костомолкой, третьего заморозил.
Первый подскочил, и тут Захар начал выбивать ставни. Внутрь башни полился солнечный свет. Стало гораздо легче ориентироваться.
Первый мертвяк вскочил на ноги. Тот, которому досталась Костомолка, пока ползал, пытаясь прийти в себя. А замороженный уже начал двигаться, похрустывая ломающейся промёрзшей плотью.
Захар зарядил обмороженному Ударом — снёс половину рожи, но на костях это, разумеется, не сказалось. Просто мертвец начал выглядеть ещё отвратней.
— На рожон не лезь! — предупредил я. — На расстоянии бей!
Захар бил. Получалось у него весьма и весьма. Прикрывал меня на отлично, пока я сражался с тремя мертвяками по очереди.
Костомолка — очень прожорливый Знак. Тот мертвец, которого я ею оприходовал, таки поднялся, но перекосился на левый бок и двигался как-то полудурочно. Подумав, я кастанул Костомолку на того, что напал первым. Он удачно рухнул в коридорчик, из которого мы вышли, и покатился вниз по ступенькам. Захар отправил вслед Удар.
Отлично, этот нескоро вернётся. Осталось с двумя другими расплеваться.
Один за другим я кастанул три Меча по подмороженному. Тот, дёргаясь, попятился и таки потерял правую руку. Тут же потянулся её поднять, однако Захар Ударом отшвырнул руку подальше, а потом зарядил мертвяку в репу.
Я тем временем обрабатывал Костомолкой недобитого.
Сука, по ощущениям, всё. Выплеснул практически всю ману, что была. Но зато этот засранец рухнул в позу эмбриона, да так и застыл, не мог больше шевелиться.
Взмахнув мечом, я начал что есть силы долбить его по шее. И, наконец, усилия увенчались успехом. Башка откатилась в сторону, а меня шарахнуло молнией.
Я не обратил внимания, сколько мне досталось родий — будет потом время посчитаться — и сразу переключился на второго. Он ковылял за рукой, которая оказалась на другом конце зала.
Встав на пути мертвяка, я призвал Доспехи и, отбросив меч, вцепился в изуродованную башку голыми руками. Ну, как голыми — с прослойкой в виде «перчаток» от Доспехов, понятное дело.
 
Будь у мертвеца две руки, всё закрутилось бы иначе. Но с одной он не сумел оказать мне должного сопротивления. И я, с огромным усилием, и даже во весь голос выругавшись неподобающим аристократу образом, свернул ему башку.
Повалил ещё живую тварь на пол. И махнул Захару.
— Чего? — подскочил тот.
— Руби башку! Давай, я один всех не потяну. Прокачивайся, пока я добрый.
Захар принялся рубить, пыхтя и матюгаясь. А я подошёл к коридорчику, посмотрел вниз.
Мертвяк полз по ступенькам наверх, сверкая глазами и рыча.
— И вправду — терминатор, — вздохнул я. — Нахрена же вас тут столько?
Хватит меня на ещё одну Костомолку? Не, не хватит. Хотя…
Я сунул руку в карман, осенённый внезапной идеей. Захар же мне как-то подогнал пауэрбанк! Я про него забыл и забил, потому что до сих пор не надо было. Но вот случай!
Я быстро зарядил амулет одной из своих родий, а потом сам же от него и запитался.
Бам! — шкала маны поднялась если не до предела, то до двух третей точно.
— И снова здравствуйте!
Я использовал Костомолку — самый эффективный Знак против этой швали. И ползущего мертвяка тряхануло. Он взвыл и замер, парализованный.
Спустившись на несколько ступенек, я светящимся мечом отрубил ещё одну бошку. Пять ударов потребовалось. Сверкнула одна молния, а через несколько секунд — вторая, сверху. Захар тоже домучил своего.
Поднявшись, я увидел Захара лежащим на полу с осоловевшим видом. Ладно, пусть переваривает.
Я поднялся на третий ярус. И, в света меча, увидел то, что охраняли мертвяки. А именно — стул, к которому была привязана молодая красивая женщина. Судя по платью, не из бедных. Рот её был закрыт кляпом, по щекам струились слёзы. Рядом, прямо на полу, сидела девушка. Совсем молоденькая, лет шестнадцати. Этой, видимо, стула не досталось, только кляп. Одета куда проще, чем Наина Фёдоровна. И с обувью проблемы: одна нога в стоптанном башмачке, другая — босая.
«Только башмачок на краю могилы и остался», — вспомнил я недавний рассказ Ивана.
Обратился сначала к аристократке:
— Наина Фёдоровна, полагаю? — потом посмотрел на девушку, сидящую на полу. — Вашего имени-отчества не знаю, уж простите. Моё предложение, дамы: давайте переместимся отсюда в более уютное место. Там и перекусить, и побеседовать можно.
Наина замычала сквозь кляп с чувством глубочайшего согласия с моим предложением. Девушка на полу издала похожий звук.
А башня вновь захохотала.
— Тьфу ты, чёрт, — выругался я. — Захар! Ищи Знак!
— Чего? Какой Знак?
— На стене, на полу, на потолке где-нибудь! Должен быть Знак, который за всю эту какофонию отвечает. Не сама ж она работает, на чистом вдохновении.
— Понял, ищу!
Я освободил барышень от кляпов и пут. Той, что сидела на полу, помог подняться.
— Значит, так, уважаемые. Ваша задача сейчас — не мешать нам работать. Не визжать, не плакать, в обмороки не падать. Набраться терпения и ждать. Чем скорее мы тут управимся, тем скорее вы разбежитесь по домам.
— Этого мерзавца необходимо остановить! — всхлипнула Наина Фёдоровна. — То, что он вытворяет, просто немыслимо!
Безымянная девушка поддержала сестру по несчастью громким шмыганьем носа.
— Я папашу искала, мамка наказала домой его привести! А тут… А там…
Что было «там», я не дослушал.
— Владимир! — позвал Захар. — Нашёл!
— Стоим на месте, не дёргаемся, — приказал девушкам я. И бросился к Захару.
— Вот он! — Захар торжествующе ткнул пальцем.
Знак был начертан хитро — у самого пола, в том месте, где открывалась дверь. Если не искать нарочно, хрен заметишь. И убрать его с наскока не получится — это я понял сразу, как только взглянул на Знак. Его оставил кто-то очень сильный, не зря действие получилось таким убойным и продолжительным. Интересно, этот Знак только на морок работает? Или можно наложить на какое-то другое устройство — насос, например? Чтобы непрерывно, без проблем качать воду… Блин, опять я о своём. Не идёт из головы чёртов водяной и его гопнические замашки. Не хочется, чтобы мои люди лишний раз подходили к водоёмам. По крайней мере, до тех, пока мы с этой образиной не закроем все вопросы раз и навсегда… В общем, перед тем, как разрушить Знак, себе в память я его загрузил. Лишним такое приобретение точно не будет.