Генеральный попаданец 4 (СИ)

С некоторой оторопью наблюдаю, как из эллинга выползает сигарообразная «дура». Хоть и светило солнце, но ветрено. Кутаюсь в меховой воротник, Брежнев просто поднял капюшон своего пуховика. Кошусь в его сторону. Тоже, что ли, такой себе завести? Ильич вечно достает чрезвычайно удобные вещи! Его комфортный и светлый кабинет стал буквально примером для всех остальных. Сейчас любой первый секретарь или министр желает нечто похожее. Но надо признаться, что такой интерес номенклатуры дал крепкий толчок нашему мебелестроению. Уже несколько заводов производят самую современную мебель. Зачинщиками стали рижане. Импорт теперь зато не всегда требуется, сами делаем. Хитрый ход Ильича! Знал, номенклатура продавит для себя что угодно!
  
Серебристая «сигара» переливается солнечными отражениями, рядом с ней суетятся люди. Канаты прикреплены к тяжелым тягачам, вытянувшими аппарат из эллинга.
— Это что — дирижабль? Откуда, Леонид Ильич? В авиапроме я ничего про них не слышал.
— Они и не собирались дирижабли строить. Вот наши заказчики и производители, — Брежнев кивает в сторону подходящих «нефтяников». — Здравствуйте, товарищи! Будем запускать?
Один из тех, кому СССР обязан «большой нефтью», Виктор Иванович Муравленко спешит радостно пожать руку важным гостям. За ним маячит замминистра, ответственный за проект.
— Сейчас моторы прогреют и начнут подниматься. Спешить, сами знаете, нам некуда.
Ошарашенно посматриваю на Брежнева и нефтяников и качаю головой. Мне как раз все понятно. Бурная дискуссия по вопросу возобновления строительства дирижаблей состоялась не так давно в 1964 году на совместном заседании научно-технических советов министерств авиапромышленности и гражданской авиации. Тогда было признано нецелесообразным их возрождение. Понятно, что авиаторам лишняя ноша не нужна, им бы свою донести. Тем более что появление вертолетов обещало в доставке грузов заметную революцию. Которой почти не случилось. Сложно было заранее подсчитать их максимальную грузоподъемность? Да и доставка выходили чересчур дорогой. Грузовые самолеты еще не скоро смогут тягать на дальние расстояния тяжелые объекты. Яркий пример, как некое лобби может зарубить отличную идею.
Генеральный пошел другим путем. Зачем долго и нудно пробивать стену? Он с шутками и прибаутками рассказывает, как наработки 'Долгопрудненского конструкторского бюро" были отданы на откуп конечному заказчику. Нефтяники идеей ожидаемо загорелись. Логистика в Западной Сибири аховая, местность — одни болота и озера. А промыслы осваивать требуется в срочном порядке. Почти вся доставка тяжелой техники идет по зимникам или вертолетами. В итоге горят сроки и затрат немерено. Ильич сказал, что каждую копеечку в бюджете считает, и я могу это подтвердить. Как он пропесочивает тех, кто кидается государственными средствами! А то выдумали: все у нас народное! То есть ничье.
— Не опасно? — с интересом смотрю на дирижабль, около которого возятся техники. Моторы начинают работать ровнее, канаты натягиваются. Дирижабль готов устремится к небесам.
— Сейчас оболочка наполняется гелием, он не взрывается. И каркас мы переработали в пользу современных материалов. Наука обещает еще более легкие и крепкие. Моторы проверенные, авиационные. Чехи выпускают на основе немецких Вальтер-минор М-332. Они могут работать долго без ремонта, а это для нас важно. Особенно в тех краях. Но в перспективе нужны газотурбинные установки. Мы сейчас апробируем саму возможность летать в Сибири. И сколько потребуется обслуживающего персонала, эллингов и сервисных станций. Все требуется подсчитать перед тем, как запускать серию. Ведь тогда дирижабли будут официально записаны в транспорт и на них делаться расчет.
Бросаю взгляд на молодого человека, что буквально сыплет информацией!
— Вы из ДКБ?
— Да, инженер-разработчик.
— И как вам перспективы?
В разговор вмешивается Муравленко:
— Товарищи, вы лучше Алексея об этом не спрашивайте. Он вам лекцию часа на три устроит.
— Ну, это же хорошо! Я к вам позже заеду, Алексей. Самому интересно. А если вкратце?
— Форму дирижаблей будем менять. Перспективней в аэродинамичном плане фигура «чечевицы». Мы ее сначала отработаем в виде модели на ЭВМ, а потом у авиаторов в трубе.
— Если будут палки в колесе ставить, сразу сообщайте мне.
Алексей поскреб подбородок.
— Да не сказал бы. Нам много ребята с авиационных конструкторских бюро помогали. Им тоже любопытно.
— Вот как?
Все-таки зря мы не верим в страну. Столько в ней хороших людей! Наладим порядок в управлении и рванём вперед!
Также вверх и вперед пошла с рокотом сигароподобная бандура. Люди радостно замахали сидящим в кабине пилотам.
— Пошел, родимый!
— Леонид Ильич, приезжайте к нам на Самотлор, покатаем!
Брежнев радостно улыбается:
— Обязательно буду!
— А сейчас, товарищи, торжественный банкет.
Леонид Ильич разводит руками и хитро подмигивает мне.
— Пошли, раз угощают. Наверняка, стервецы, рыбки сибирской привезли.
Комната «А»
Питовранов старался смотреть на вождя безо всяких эмоций. Хватит с него их первых встреч, где этот странный человек на раз просекал его настроение. Как у него так получалось? Кто, спрашивается, учился разведке столько лет? Бывший начальник 2-го Главного управления (контрразведки) МГБ СССР уже не пытался найти информацию, кто же на самом деле готовил товарища Брежнева для рывка наверх. Ну, не мог обычный секретарь партии быть так подкован в специфических вопросах. В какой-то момент поисков генерал вовремя спохватился и наступил себе на горло. Потому что между собой «глубинники» называли Ильича «Наш Мефистофель». Европейский дух зла. Но его он приносит лишь чужакам и врагам. Питовранов чуть не передернул плечами.
«Чур меня!»
— Структура вам понятна?
— Так точно!
Питовранов переглянулся с Грибановым. Идея не то чтобы была отличной, она была гениальной. «Мефистофель» наш родной Ильич буквально русский Макиавелли! Вот это игра в долгую! Даже не завтра, а послезавтрашний день. Их не будет, система останется.
— Самое лучшее прикрытие — это наш Фонд Мира, — Ильич останавливается и не сдерживает усмешки. — Я же туда свои гонорары посылаю. Вот это всем сарказмам сарказм!
Матерые разведчики сами еле удерживаются от ухмылок. И точно, лучше не придумать! Создать под такой милой вывеской организацию по захвату реальных позиций в государствах по всему миру. Сетецентричность, неумолимость, аполитичность. Кто интересно Брежневу эту гениальную идею подал? Говорят, что он встречался с Молотовым. Вспоминаем, чем тот руководил после войны? А это может сработать! Питовранов непроизвольно дернулся.
— Евгений Петрович, вы что-то хотели спросить?
— Леонид Ильич, вы упомянули некую страну как учебную площадку.
Брежнев останавливается и пристально смотрит на «глубинников».
— А вы с ней уже работаете.
Генерал ахает:
— Финляндия? Там вроде все и так неплохо.
— Не скажи. Постоянно кто-то палки в колеса ставит.
— Каждый блюдет свой интерес, Леонид Ильич. У них все-таки капитализм.
  
Евгений не мог не признать, что еще не так давно имел совсем иной взгляд на будущее Союза. Работа в разведке привела его к неожиданному выводу. Социализм проиграл. Да, мы выиграли войну, стали второй сверхдержавой с… нищим населением и отсталой донельзя промышленностью. Все предыдущие колоссальные успехи достигались крайне дорогой ценой и за счет советских же граждан. Революционные бедствия, жесточайшая война, даже при высочайших темпах развития мы проигрывали средней европейской державе в достатке населения. Ради чего тогда стараться? Не проще отпустить вожжи и вернуться в общемировое русло прогресса? Рано или поздно, без вырывания жил мы придем к тому же знаменателю.