Вор воспоминаний

Тайрис посмотрел на часы: 17:25. Повернуть обратно? Ну нет, ведь тогда опять придётся со всеми разговаривать. А это ему не по силам.
Прихлопнув комара, который, похоже, собирался впиться ему в плечо, Тайрис зашагал дальше, но успел сделать лишь несколько шагов, и тут где-то хрустнул сучок.
Он остановился, прислушался, быстренько огляделся, ничего больше не услышал и пошёл дальше, миновал полусгнивший древесный ствол, заросший трутовиками и кишащий мокрицами.
  
Тайрис снова остановился, на сей раз твёрдо уверенный в том, что слышит сзади чьи-то шаги.
Он обернулся, рассчитывая увидеть маму. Никого, но он всё равно окликнул:
– Мам? Мам, это ты?
Тишина.
Только птица что-то негромко свистнула с верхних веток… А чем тут пахнет? Тайрис принюхался. Дымом. Как будто где-то жгут хворост. Тайрис нахмурился, посмотрел по сторонам. Снова хрустнул сучок, на сей раз ближе. Взгляд Тайриса заметался между деревьями.
– Марвин, если это ты, то не смешно, понял? Марвин? Марвин, кончай прятаться, выходи!
Тайрис облизал губы, понял, как пересохло во рту. Теперь он не слышал ничего, кроме собственного дыхания. Даже птица умолкла. Тишина обволакивала его, как подступающий прилив.
Он ещё раз всмотрелся в лес, старательно избегая тёмного коридора между деревьями. Может, действительно лучше просто вернуться домой к бабушке?
Он как раз собирался зашагать вниз по дорожке, но тут что-то привлекло его внимание… Да, там, за плотной стеной пальм и эвкалиптов. Что это? Тайрис сдвинул очки на кончик носа, прищурился – сердце так и бухало. Среди теней что-то двигалось…
 
Глава 4
 
Тайрис застыл, чтобы не шуметь. Подумал между делом – может, пора бежать, но любопытство взяло верх над испугом. Шагнул к краю дороги, посмотрел вниз на поросший лесом склон горы – по нему медленно расползался туман.
В первый момент Тайрису показалось, что на него тоже смотрят. Мысль, что он тут не один, стучалась в голову, расползалась на тысячу вымыслов.
Между деревьями что-то мелькнуло. Тайрис испуганно отскочил, задержал дыхание – как будто так можно защититься от чего-то неведомого.
Он не отрывал взгляда от склона, и, хотя больше там ничего не двигалось, Тайрис заметил кое-что ещё. За сломанным деревом, привалившимся к торчащему из земли валуну – он напоминал прыщ на лице горы, – виднелось что-то чёрное, прямоугольное.
Он озадаченно прикинул, как туда спуститься. А потом очень аккуратно, чтобы ноги не застряли среди переплетённых растений – те хватали его за лодыжки, – пополз вниз по склону, держась за ветки высоких гибискусов.
Спустился к валуну, встал там. Среди папоротников, между стволом дерева и камнем отчётливо проступил продолговатый тёмный предмет – каменная плита, глубоко ушедшая в подлесок.
Он осторожно приблизился, попробовал разглядеть…
Заброшенная могила.
Тайрис нахмурился, посмотрел вверх. Странное место для могилы. Кто это захотел, чтобы его похоронили на крутом склоне, вдали от людей?
Всё это явно сделали вручную: надгробный камень неправильной формы, и, хотя надпись на нём было не прочитать – она почти стёрлась, – Тайрис тем не менее рассмотрел остатки букв, грубо и неумело высеченных в камне.
Тайрис поправил очки. Могилу почти задушили лианы, по поверхности расползлись мох и лишайник, однако на камне было высечено что-то ещё. Тайрис встал на колени и стал оттирать слой засохшей грязи, потом сел на пятки, чтобы рассмотреть, что ему открылось.
Рисунок почти стёрся, но что это такое, можно было понять без труда. На поверхности камня была высечена крупная змея: она свернулась в кольцо и кусала себя за хвост. Было в ней что-то жутковатое, по спине снова пробежал пауком тревожный холодок. Взгляд метнулся туда-сюда, Тайрис сглотнул. Звук как-то необычайно громко прозвучал в тишине. Может, ему только показалось, но вроде бы воздух стал неподвижнее? Тяжелее? Будто после пожара.
Тайрис медленно поднялся на ноги и начал потихоньку отступать. Но тут в кустах что-то зашуршало – он резко развернулся и со всех ног бросился обратно наверх, сквозь гибискус, назад на дорожку.
Он запыхался, но облегчённо вздохнул, торопливо отряхнул одежду – хотелось поскорее оказаться дома у бабушки.
– Тай?
– Мама? – Он так и подскочил, услышав прямо за спиной её голос. – Мам, ну ты зачем так ко мне подкрадываешься?
Мама стояла, уперев руки в бока, и пыталась отдышаться.
– Прости, я не хотела… У тебя всё хорошо? Ты что делал там внизу? – Она посмотрела на склон. – Господи, да ты мог упасть, там вон какой крутой склон! – По лицу пробежала тревога, над верхней губой поблескивала плёнка пота.
– Да ничего не случилось бы.
– Это опасно, не лазил бы ты в такие места.
– Ты же вроде хотела, чтобы я подышал воздухом, – обиженно пробормотал Тайрис.
– Хотела, но ты пока здесь ещё не освоился. Недолго и заблудиться. Смотри, как деревья густо растут – тут можно часами бродить по кругу. – Она откинула чёлку со лба. – Ты правда в порядке?
– Нормально всё. – Разговаривать не хотелось, но маму это не остановило. И никогда не останавливало.
Оживлённо гримасничая, она завела:
– Знаешь, а я совсем забыла, как здесь замечательно. Ты представляешь – вышел из дома и сразу погрузился в природу? Приятное разнообразие после Сэлфордских доков, верно?
Он так не считал. Ему хотелось одного – вернуться домой в Манчестер. Так что он просто пожал плечами, засунул руки в карманы. И нащупал там что-то. Фотографию. Успел забыть, что она всё ещё там лежит.
Как только мама отвернулась, Тайрис вытащил смятую фотографию из кармана и бросил за спину – шарик покатился вниз со склона.
– Давай, пошли, здесь очень рано темнеет, – подгоняла мама; она обхватила его рукой за плечи. – И ещё, Тай: когда вернёмся, ты уж постарайся не расстраиваться, если Марвин или бабуля заговорят про…
– Ясно, понял, – резко перебил её Тайрис, точно зная, о чём речь.
Они зашагали вниз по дорожке, но Тайрис то и дело оглядывался через плечо на деревья на склоне. Было по-прежнему жарко и влажно, но он весь дрожал, кожу покалывало. Откуда это неотвязное чувство, что за ним следит что-то… или кто-то?
 
Глава 5
 
Ещё и девяти не было, а на улице совсем стемнело. Густой лес смутным силуэтом вырисовывался на фоне ночного неба, на котором лишь в нескольких местах мерцали звёзды, у самого горизонта висел полумесяц. Жара так и не спала, Тайрис чувствовал, как по затылку ползёт струйка пота.
Он вышел на крыльцо. Там горела электрическая лампочка, к которой слетелись десятки насекомых – ползали, заслоняя свет тёмными тельцами.
– Бабуля, привет, а я тебя искал, – сказал Тайрис вежливо, глядя, как бабушка развязывает холщовый мешочек с рисом.
Бабуля подняла глаза, широко улыбнулась внуку. Даже в полутьме глаза её ярко блестели.
– Ах, Тай, совсем большой мальчик. Какое счастье, что ты тут у нас. Уж как я рада, что ты приехал на каникулы. Такую радость доставил старушке.
Тайрис против воли улыбнулся, против воли почувствовал стыд за своё поведение, против воли подумал: вот бы всё было иначе. Да, ему совсем сюда не хотелось ехать – и сейчас не хочется здесь быть. Но всё же не поспоришь: повидаться с бабушкой приятно.
  
– Бабуля, – начал Тайрис, пиная ногой пустоту, – я просто хотел сказать, что, ну, в общем, я извиняюсь. Ну, что разозлился на Марвина. Я это зря.
Он ждал, что бабуля ему ответит, но она просто подошла ближе, заключила его лицо в ладони. Они были мягкие, гладкие, к щекам будто прижалась вата. Тайрис чувствовал, как они дрожат.