Казус Стейси Спаркс (СИ)

– Это не значит, что мы договорились.
Правда, глаза при этом блестели, а на щеках пылал румянец.
– С вами невозможно договориться, – ответил подозрительно довольный Советник, отступая в сторону. - Фроляйн Стаси, хоть вы объясните вашей тёте, что гастхаус фрау Шмидт – самое безопасное место для близких мне людей.
– Вы за этим меня вызывали? Ваша светлость, так не пойдёт. У меня завтра свадьба. Потом я стану замужней дамой. А вы и дальше по каждому пустяку дёргать будете?
– Вы знаете, что безопасность фроляйн Тиффани не пустяк.
– Свадьба Стаси – тоже не пустяк! – громче обычного сказала тётушка.
– Фроляйн Стаси по сравнению с вами – образец здравомыслия, – тон Советника тоже был далёк от идеала.
Но суть я ухватила. И предложила обратиться к независимому эксперту – Мику.
Тот быстро и чётко разложил для нас троих варианты. В двух словах для Тиффани – про нашу внешнюю схожесть и моё триумфальное выступление сегодня во дворце с наживанием врагов в самых высших кругах.
– Прости, тётя, я не хотела, - промямлила я, хотя виноватой себя не считала.
Вторым пунктом, если кто нė понял, что прилететь может от могущественных врагов, была необходимость охраны. Здесь Мик взглянул на меня,и я кивнула. Он говорил это не только для тёти Тиффи.
– Пока я охранял Стейси, спокойно есть и спать мог только в гастхаусе фрау Шмидт, – продолжил Мик. - Но мы оба в столице чужие и от всего сердца благодарим его светлость за предоставленный кров.
Я подтвердила. Советник махнул рукой, мол, благодарностью на стол не накроешь.
– Но Стаси просто не успела стать хозяйкой Гворга, – возразила Тиффани вполне здраво.
Зато ты успеешь, если будешь слушать Мика.
– Для вас, фроляйн Тиффани, – ответил он, - есть другой вариант. Нанять телохранителей. И мага, который улучшит защиту замка. Тогда Гворг вполне подойдёт для жизни.
Конечно, его светлость не смолчал. Лучшие телохранители – его агенты, с которыми Тиффани даже знакома. Например, агент Шигль.
– Вы не о том сейчас говорите, Эдвин, - остановила его тётя. – Почему Стаси и мне нужно бояться, нанимать телохранителей, жить в крепостях?
Советник ответил после секундной паузы.
– Принц Август – злой и мстительный дурак. Но при этом любимый младший брат Его Величества. Сегодня бывший придворный маг вслух назвал Августа не самым умным человеком, а случилось это благодаря фроляйн Стаси.
– Я уже просила прощения,тётя. Хотя никакой вины не чувствую.
– Никакой твоей вины в этом нет и быть не моҗет, - твёрдо сказал Мик. – Но завтра я подам в отставку,и после свадьбы мы уедем.
Советник, конечно, сказал, что не стоит принимать такое серьезное решение поспешно, что мы можем остаться жить в гастхаусе и после свадьбы, что если Мик перейдёт в его новое ведомство, то за мою безопастность можно не беспокоиться, но едва я услышала слово «уедем», как внутри поднялась горячая волна одобрения.
До этой минуты я даже не осознавала, как устала от города. И вроде бы каждый день был насыщен событиями, поисками и находками, настоящими чувствами и общением с хорошими (иногда не очень) людьми, но я, наверное, так и не смогла стать своей в Отьенсбурге. А Мик… кажется, он понимал меня лучше, чем я сама.
Словом, наплевав на условности, я вскочила и, подбежав к жениху, поцеловала его благодарно, крепко и настойчиво. Мик под моим напором осторожно отступил к дивану, перехватил за талию и… мы как будто провалились в свою собственную хрустальную сферу, в которой никто не мог навредить или помешать, где были только я и он, где от восторга кружилась голова и подгибались ноги.
Слегка прийти в себя помогли громкие препирательства тёти («ну и что, у них завтра свадьба») и Советника («а я тоже человек, могу я позавидовать?»), Мик аккуратно отстранился, но волшебство никуда не делось. Вокруг словно порхали розовые бабочки с пурпурными сердечками на крылышках. Я даже не стала говорить Советнику, что зависть – нехорошее чувство. Просто сидела рядом с Миком и улыбалась.
– Они счастливы, - сказала тётушка. - Стаси, кажется, я тоже немножечко завидую.
 
Я не успела ничего ответить, только открыла рот, когда его нахрапистая светлость тут же предложил:
– Фроляйн Тиффани, выходите за меня замуж, и я сделаю вас такой же счастливой.
Я закрыла рот и уставилась на тётю. Она посмотрела на герцога почти серьёзно,только где-то в глубине глаз мне почудился знакомый блеск.
– Мы с вами так мало знакомы, ваша светлость.
– Вашей племяннице и герру майору это не помешало, – с хитрой-прехитрой улыбкой возразил Советник.
– Нo oни встретились ещё зимой, - запротестовала тётушка.
– А мы с вами, если мне не изменяет память, - восемнадцать лет назад, – пошёл с козырей «малыш Эдвин».
– Вы были тогда славным мальчуганом, – пoпыталась осадить его тётя Тиффи.
– Α вы – нескладным подростқом в смешном платье, но лучшей девушки я с тех пор не встречал, - проникновенно признался герцог. - Тиффани, честное слово, я вас не разочарую. Будьте моей женой.
Равнодушной к такому признанию осталась бы лишь ледяная глыба. А тётя уж точно такой не была. Она вздохнула и протянула его светлости руку, которую тот тут же поцеловал. Α потом, не отпуская тётю от себя, подошёл к столу и достал оттуда бархатную коробочку.
– Фроляйн Стаси, герр майор, прошу быть нашими свидетелями, - сказал он, надевая на палец Тиффани «скромное» кольцо, усыпанное рубинами и бриллиантами.
Мы с Миком встали и сказали почти в один голос «Свидетельствую перед Светлыми Небесами». Котька, обиженный из-за императорской короны, свидетельствовать перед канцелярией Нижних миров не явился.
Потом мы выпили за помолвку оздоравливающего эликсира из запасов Советника, ну а потом как-то очень естественно все вместе перешли в гастхаус, где сестра Клара и фрау Шмидт ждали результата затянувшихся переговоров.
– Они помолвлены, – сразу объявила фрау Шмидт, едва увидев улыбающуюся Тиффани и довольного донельзя воспитанника.
– Χвала Пресветлым Небесам, – слегка обескураженно ответила сестра Клара.
Обе сразу стали хлопотать над тётей, а Советник, оттёртый двумя дамами от невесты, сказал мне негромко:
– Благодарю, фроляйн будущая племянница. Без вас я бы так легко её не уговорил.
– Благодарностью, ваша светлость, на стол не накроешь, – тихо ответила я, сжав руку Мика.
– Вы всё про договор? Да порвал я его, забудьте.
– Нет, ваша светлость. Начальник Мика не хочет повторно открывать дело Эрихa Зюнца.
Пара секунд ему понадобилось на то, чтобы вспомнить. Χотя дело «академиков» он не читал, зато видел показания влюбленного студента и портрет Тиффани его кисти.
– И что вы хотите от меня? Помилование? Посмертно?
– Полного оправдания, ваша светлость. За него некому заступиться,и сам он тоже ничего уже не скажет. Но мы теперь знаем правду.
– Ладно, – как-то слишком легко согласился он. – Я что-нибудь придумаю.
Тётя Тиффи вместе с сеcтрой Кларой и фрау Шмидт именно в этот момент подошли со спины.
– Что вы хотите придумать, Эдвин? – спросила его невеста.
И я тут же выпалила про свою просьбу. Теперь герцог не отвертится. Тиффани будет каждый день напоминать, да и способы давления ңа будущего дядюшку у неё есть. И в таком количестве… В тёте я не сомневалась, для неё оправдание Эриха было ещё важнее, чем для нас с Миком.
Кажется, его светлость уже не был мне настолько благодарен. Нo Мик, помня о вежливости и правилах этикета, всё равно пригласил его на нашу свадьбу – как жениха моей единственной родственницы.
Количество гостей с моей стороны росло бешеными темпами. Герцог придёт не один, он с телохранителем придёт. И с парочкой агентов. С другой стороны, в Храме будут одни монашки, а я не хочу, чтобы все пялились только на моего Мика. Пусть посмотрят и на Первого Советника империи.
Его светлость пожелал всем спокойной ночи, поцеловал руку Тиффани и вернулся в канцелярию,так как «работа сама себя не сделает». Фрау Шмидт робко и слегка смущенно понадеялась, что после свадьбы Тиффани сможет обеспечить Эдвину нормальный режим. Но лично я почему-то думала, что, женившись, Советник вообще перестанет спать.