Перекресток судеб (СИ)
– Не двигаться, вы арестованы! — снова раздалась команда, и я невольно подняла руки верх.
К нам подошел высокий, очень красивый мужчина лет сорока, и криво ухмыльнувшись, произнес:
– Ну, здравствуй, братец, давно не виделись.
– Тарим⁈ — изумленно произнес Сарим и, встав с колен, подошел к говорящему. — Но как? Ты же погиб, затонул вместе с эскадрой?
– Наш отец очень этого хотел, но не достиг желаемого, я жив, как видишь и вернулся, чтоб избавить герцогство от гнилой длани нашего отца, — произнес мужчина и крепко обнял Сарима, а тот растерянно позволил себя обнять и увести из комнаты. Нас же подняли на ноги, связали и повели темными коридорами вниз в тюрьму. Мне почему-то было ни капли не страшно, во мне лопнул новый пузырек, маленький такой, неприметный пузырик, который заставил меня считать шаги, повороты и ступеньки, который успел сосчитать стражников, увидеть в узкие окна направление нашего движения, и я была уверена, что, когда придет время, я с легкостью сумею выбраться из темницы. Вот только меня заперли в одной камере, а моих друзей повели куда-то дальше и явно значительно ниже.
Я осмотрела свою камеру и, обнаружив, что окон нет, туалета нет, соломы нет, ничего кроме мрачных холодных стен, я вздохнула и, опустившись посреди комнаты на пол, села в позу лотоса и закрыла глаза. Бор Бар всегда так делал, когда нужно было терпеливо ждать, и я решила поступить так же. Нужно было узнать, кто и зачем нас схватил, а главное, какие у них планы на наш счет, и только потом решать, как поступить мне. Как поведет себя Сарим в данной ситуации, я не знала и потому решила на него не надеяться, а вот собрать информацию было жизненно необходимо, и потому я ждала, повторяя как мантру про себя:
– С ними все в порядке, им не причинят вреда, им нужна я, а не Акая и Захар.
Лязг открываемого замка и скрип петель раздался как раз тогда, когда я почувствовала, что хочу пить, есть и у меня затекла спина. Я приоткрыла один глаз и увидела того самого брата Сарима, он снисходительно улыбался, разглядывая меня как зверюшку.
– Значит, вот ты какая? — хмыкнув, сказал он.
– Какая? — спросила я в ответ.
– Слава Богам, симпатичная, — ответил мой собеседник.
Ему принесли стул и он, усевшись, положил локти на колени и добавил:
– Видишь ли, Поля, я собираюсь на тебе жениться, и потому рад, что ты симпатичная, мне нужны наследники, а делать их со страшненькой женой мне не очень хотелось.
От удивления я не сразу нашлась что ответить, а он, похоже, не любил молчать и продолжил, отвечая на еще только возникший в моей голове вопрос:
– Ты наверно, думаешь, с чего тебе так повезло, что я, Тарим, герцог Алонтрийский и глава гильдии магов герцогства решил взять в жёны безродную пришлую?
Я молча кивнула, и Тарим, снова снисходительно улыбнувшись, продолжил:
– Видишь ли, уже почти весь Тон-Тон в курсе того, что ты сосуд, наполненный мощью двадцати одной души. К тому же, я пообщался с братишкой, и он поведал мне интересную вещь, ты можешь контролировать все эти души. Это просто великолепно, значит, мои планы по созданию империи будут осуществлены значительно быстрее, а ты мне родишь много крепких и здоровых наследников.
– Не совсем понимаю, как совмещаются ваши имперские планы, и я? — наконец сумела я вставить слово.
– Притом, что ты со своей мощью будешь покорять земли наших соседей и подносить мне их на золотом блюде, — совершенно уверенно ответил герцог.
– А с чего вы решили, что я это буду делать? — обалдело спросила я.
– Иначе я буду долго, очень долго пытать твоих друзей, а потом дам им восстановиться и снова буду их пытать! — ответил этот мерзавец.
– Рано или поздно даже их боль перестанет на меня влиять и что тогда? — зло прищурившись, спросила я.
– А к тому времени у нас народятся дети, да и ты привыкнешь быть моей женой, может, даже будешь желать большего, — самоуверенно ответил новоявленный тиран и, откинувшись на спинку стула, стал ждать моего ответа.
– Сарим где? — спросила я вместо ответа.
– Мой милый младший братишка? О-о-о, на него можешь не рассчитывать. Он в благородные рыцари стал играть совсем недавно, после того как по его вине погибло десять человек. Он, знаешь ли, любитель погулять и повеселиться, вот однажды он по пьяни устроил дуэль, и магия вышла из-под контроля. Чтобы замять шумиху, наш отец отправил его шпионить в образе рыцаря по княжествам и королевствам. Так что благородного спасителя из него не получится. Он еще и поможет мне раздвинуть твои ножки в брачную ночь, — хохотнув, поведал мне Тарим.
Я не отвела взгляда и не испугалась, чего-то подобного я, честно говоря, ожидала и потому решила потянуть время.
– Я могу подумать? — тихо и почти смиренно спросила я.
– Можешь, — ответил он мне и, взмахнув рукой, показал мне образ из пыточной камеры. На деревянных столах лежали Акая и Захар, они были почти полностью раздеты и над ними стояли инквизиторы в серых рясах и в кожаных фартуках. Один из них прощупывал ногу Захара и примерял к ней деревянные колодки с винтами, явно собираясь расплющить ногу парня. У Акаи на груди были нарисованы какие-то узоры, и, судя по ужасу на лице подруги, они не сулили ей ничего хорошего.
– Пока ты думаешь, твои друзья пройдут через первый круг боли, — Сказал он и щелкнул пальцем, и я увидела, как узоры на груди подруги засияли, и как она, даже не способная закричать от боли, выгнулась дугой. Захар тоже мучился, но зло рычал и старался не кричать. Похоже, боль Акаи его терзала больше, чем его собственная.
– Я согласна!!! — закричала я, вскакивая на ноги.
– Отлично, — мягко улыбнувшись, произнес Тарим, и, встав, снова щелкнул пальцами. Палачи сразу отошли от моих друзей. — Помни, мне стоит только щелкнуть пальцем. А еще, если я умру, то мое посмертное проклятие поглотит и твоих друзей!
– Я это учту, — тихо пообещала я, когда за Таримом закрылась дверь, и я осталась одна. Мне вдруг стало жутко холодно, и я, обхватив себя руками, стала искать способ освободить друзей. Магией я воспользоваться не могла, вокруг меня по-прежнему не было магической энергии, как будто ее что-то блокировало, и потому я могла рассчитывать только на свои силы. Тихонько подойдя к двери, я попыталась увидеть хоть что-то в замочную скважину, но там была лишь темнота, прижав ухо к двери, я услышала тихие голоса невдалеке, а значит, меня охраняли как минимум три человека, да еще я понятия не имела, где находятся Акая и Захар.
Я прошла один круг по комнате, потом второй, идеи все были какими-то глупыми и киношными. Пройдя по комнате еще кругов двадцать, я провела руками по шее и случайно задела кожаный шнурок с черной подвеской. Меня ведь даже не обыскали, забрали кинжалы и все. А еще у меня есть моя чудо сумка, которую нельзя украсть или отнять. И стоило мне только вспомнить о моей сумке, как она с легким хлопком появилась возле моих ног.
– Ну вот, это уже куда лучше, — произнесла я, и достав небольшой складной ножик из сумки, положила его в карман брюк. Накинув сумку на плечо, я встала посередине комнаты и, достав амулет призыва, закрыла глаза и стала молиться Мороше о помощи. Я мысленно рассказывала ей о том, как разочаровал меня Сарим, какой жуткий жених у меня появился, и что он сотворил с моими друзьями, я рассказывала и рассказывала о том, какая хорошая Акая, и какой молодец Захар, и как они любят друг друга. В какой-то момент мне показалось, что Мороша не откликнется, хотя раньше мне стоило только подумать о ней, как я ощущала ее присутствие поблизости. Я вздохнула расстроенно и открыла глаза, и тут мне пришлось зажать себе рот ладонями, чтоб не заорать во весь голос. Мороша стояла у двери, скрестив руки на груди, и смотрела на меня своими пустыми глазницами.
– И чего замолчала, — тихим печальным голосом спросила она. — Можешь мне всю свою жизнь рассказать, ты, похоже, не торопишься.
– Простите, я не знала, что вы уже здесь, — пролепетала я.
– Вообще-то, достаточно было просто сжать амулет в ладони и позвать меня по имени, — ответила Мороша, явно наслаждаясь моим замешательством и испугом. — Ну, да ладно, ты не местная, так что прощаю. Но в следующей раз не будь столь многословной.